Лучший способ отомстить Фан Яньянь — обратить её собственные методы против неё. Она провела с тем мужчиной больше двух лет, и невозможно, чтобы за всё это время не осталось ни единого следа.
Просто раньше она была слишком наивной и ничего не замечала. Но теперь, оглядываясь назад, Линь Мэн ясно видела множество проколов Фан Яньянь — улики были на поверхности.
При этой мысли она вдруг вспомнила, как одна из старшекурсниц с того же факультета в Руисине предупреждала её: «Осторожнее с Фан Яньянь. Не дай бог, продадут тебя — а ты ещё и деньги пересчитывать будешь». Как же она тогда ответила? Ах да: «Фан Яньянь вполне порядочная. Наверное, у вас с ней недоразумение».
Вот и выходит — виновата только она сама. Слепа была к людям, и нечего теперь жаловаться на свою судьбу.
Линь Мэн сжала губы. Она уже умирала однажды, и в этой жизни больше не намерена совершать глупостей. А эти лицемерные мужчины, которые хотят за ней ухаживать, но боятся подойти, а вместо этого шепчутся за спиной, называя её золотоискательницей и любовницей богачей? Фу! Раз уж все считают её лисой-искусительницей, так она и будет ею! Кто сказал, что лиса-искусительница обязательно должна быть любовницей? Чтобы зваться таковой, нужно быть по-настоящему ослепительной, с изящной, соблазнительной фигурой. Так почему же такой женщине обязательно становиться чьей-то наложницей? Не оскорбляйте лис, пожалуйста!
Хотя… если старшекурсница так сказала, возможно, она что-то знает? Надо будет при случае расспросить её, когда пойду в офис.
Но нельзя возлагать все надежды на неё. Нужно самой придумать способ разузнать о Фан Яньянь. Жаль, сейчас она всего лишь бедная студентка, на карте всего несколько сотен юаней — частного детектива не нанять. Придётся искать другой путь.
Живот громко заурчал. Линь Мэн потрогала живот — вчера она задержалась на работе до поздней ночи, а сегодня не ела ни завтрака, ни обеда. Неудивительно, что чувствует слабость во всём теле. Наверное, просто голодна.
Пусть дела с Фан Яньянь подождут. Завтра подумаю. Сейчас главное — утолить голод.
Линь Мэн встала и открыла шкаф. Внутри — только футболки, толстовки и джинсы. Как только заработает деньги, всё это сразу же выбросит. Она будет смело демонстрировать свою красоту. Если у неё есть такой дар — зачем его прятать? Ради чувств других женщин, которые завидуют? За все эти годы в обществе она окончательно поняла: это бессмысленно. Пока у неё такое лицо, зависть и сплетни неизбежны.
Быстро умывшись, она переоделась и вышла из комнаты.
На их этаже живут только четверокурсники. Те, кто не готовится к вступительным экзаменам в магистратуру, уже уехали на стажировки или домой, так что людей почти нет. Линь Мэн не спешила съезжать, ведь её стажировка проходила недалеко от университета. Но теперь она решила: надо переезжать как можно скорее.
Когда живёшь одна, потом трудно снова привыкнуть к соседству. Да и отношения в общежитии у них всегда были прохладными — жить вместе неловко.
За четыре года в университете многое забывается, но где вкусно кормят — в столовой или за пределами кампуса — запоминается наизусть.
Выйдя через западные ворота, где вся улица усеяна закусочными и кафе, Линь Мэн по памяти направилась в маленькую лавку. Помещение — всего десяток квадратных метров, четыре столика, но хозяйка готовит превосходно. Многие студенты заходят сюда, чтобы побаловать себя.
— Фан Цзе, дайте мне миску лапши с рёбрышками! — Линь Мэн выбрала место и окликнула владелицу заведения.
— Сейчас будет! — Фан Цзе проворно бросила лапшу в кипяток и вскоре принесла горячую, ароматную миску. — Нашла работу? Где теперь трудишься?
— Прохожу стажировку в Руисине, — ответила Линь Мэн. Она часто бывала здесь, и со временем они с Фан Цзе подружились, иногда перекидываясь парой слов.
— Ого! Руисин — крупная компания. Ставь цель остаться там на постоянной основе! — Фан Цзе торговала здесь уже десятилетиями и знала: студентам Хуада не проблема найти работу, но попасть в большую компанию — задача непростая. В Наньчэне много престижных вузов и талантливых выпускников, конкуренция огромная.
Линь Мэн кивнула, поблагодарив за добрый совет. Руисин действительно хорош — зарплаты и льготы одни из лучших в отрасли. У неё был отличный шанс остаться на постоянной основе, но из-за Фан Яньянь она чуть не лишилась диплома и потеряла работу.
При этой мысли её рука на мгновение замерла. Вскоре Руисин открывает филиал в Ханьчэне. Стоит ли постараться попасть туда?
Она тут же покачала головой. Пока главное — разобраться с Фан Яньянь. С работой можно подумать позже.
Вскоре вся большая миска лапши оказалась съедена. Поглаживая слегка переполненный животик, Линь Мэн подумала: «Руки Фан Цзе по-прежнему волшебны. После переезда в Бэйчэн долго не удавалось найти такую вкусную лапшу».
— Фан Цзе, счёт, пожалуйста! — Линь Мэн достала телефон и на секунду замерла. Сейчас ведь не 2023-й, когда все расплачиваются смартфонами. Многие магазины ещё не принимают безналичные платежи. Она только что вернулась в прошлое и по привычке вышла без наличных. Удастся ли оплатить через Alipay?
— Забыла деньги? Ничего страшного, заплатишь в следующий раз, — махнула рукой Фан Цзе. Она часто видела студентов, которые спешили и забывали кошелёк. Доверие к студентам Хуада было полным — никто не станет убегать из-за одной миски лапши.
— Нет, просто забыла наличные. Можно перевести через Alipay? — смущённо спросила Линь Мэн.
— Конечно! Просто переведи мне, — Фан Цзе достала телефон и улыбнулась. — Вот ведь какая нынче технология! Прямо волшебство: деньги приходят мгновенно, да ещё и проценты выше, чем в банке. Я уже все свои сбережения перевела в Alipay.
Линь Мэн удивилась. В 2012 году Alipay уже так популярен? Она открыла свой аккаунт и увидела, что на счету те же несколько сотен юаней. Из-за давности лет она уже плохо помнила детали.
Она перевела деньги — десять юаней. Раздался звук «динь!», и Линь Мэн увидела, что Фан Цзе получила перевод. Она собиралась выйти из приложения, но вдруг заметила: баланс не изменился. До перевода на счету было пятьсот двадцать юаней — число настолько примечательное, что она даже про себя усмехнулась. После перевода должно было остаться пятьсот десять, но цифра осталась прежней — 520.
— Фан Цзе, вы получили деньги? — спросила Линь Мэн, подняв глаза.
Неужели перевод не прошёл?
— Получила! — Фан Цзе показала экран. — Всё на месте. Что случилось?
— Ничего, просто уточнила. Ладно, я пошла, — ответила Линь Мэн спокойно, хотя внутри бушевал настоящий шторм. Выйдя из закусочной, она снова открыла Alipay. Перевод действительно прошёл, но баланс по-прежнему пятьсот двадцать.
Неужели это системный сбой?
Или… может, у неё появился «золотой палец» — то самое волшебное преимущество, о котором читают в романах о перерождении?
С замиранием сердца Линь Мэн зашла в ближайшую чайную и заказала чашку маття. После оплаты через Alipay она снова проверила баланс — по-прежнему 520 юаней. Деньги не уменьшились ни на копейку.
Что за чудо происходит? Неужели правда «золотой палец»?
Когда она вышла из приложения, значок Alipay изменился: раньше он был светло-голубым, теперь стал золотистым, а под иероглифом «чжи» появился маленький летающий слиток. Она точно помнила: когда только открыла телефон, значок был обычным. Значит, её Alipay действительно изменился?
С тревогой и надеждой в сердце Линь Мэн пошла дальше и купила ещё кое-что — еду, бытовые мелочи, от нескольких юаней до сотен. Независимо от суммы, баланс оставался неизменным. У ворот университета она вдруг осознала, сколько всего накупила. Если это действительно «золотой палец» — замечательно. Но если это ошибка системы… не посадят ли её в тюрьму за мошенничество? Эта мысль её испугала: она только что вернулась в прошлое и совсем не хочет оказаться за решёткой.
Вернувшись в общежитие, Линь Мэн увидела, что Лю Цянь уже лежит на кровати и громко болтает по телефону. Услышав шаги, та заговорила ещё громче, смеясь до колик и снова переходя на слащавый тон.
Линь Мэн не обратила на неё внимания. Положив покупки на стол, она забралась на свою койку и задёрнула шторку. Сейчас ей не до мести Фан Яньянь — нужно прийти в себя.
Сначала она умерла. Потом переродилась. А теперь, похоже, получила «золотой палец». Если это правда… значит, у неё неисчерпаемый источник денег?
Сердце Линь Мэн забилось быстрее. Она уставилась на золотистый значок Alipay и прошептала: «Система? Система?»
Никакого ответа. Она попробовала разные заклинания — тоже безрезультатно. Видимо, это не игровая система.
Тогда она решила изучить приложение внимательнее. Как только нажала на иконку, золотистый оттенок начал тускнеть, и появилась надпись: «Идёт обновление».
Что это значит? Обновление? Неужели система всё-таки исправляет ошибку?
Хотя она и понимала, что дармовые деньги — не лучший путь, в душе всё равно поднялась горькая волна разочарования.
Линь Мэн долго ворочалась, то и дело проверяя телефон. В какой-то момент она уснула, так и не дождавшись окончания обновления.
Будильник зазвонил в семь утра. Линь Мэн потёрла виски, которые слегка болели, и сразу же взяла телефон. К сожалению, обновление всё ещё не завершилось.
Вздохнув, она шлёпнула себя по щекам, чтобы проснуться. Ладно, придётся честно зарабатывать.
Она ведь не совсем обманывала Фан Яньянь — в компании действительно есть дела, просто они не срочные. Но раз уж решила играть роль, надо играть до конца. Переодевшись, она отправилась в офис. Проходя мимо отдела финансов, Линь Мэн на мгновение остановилась и заглянула в окно. Там сидела Нянь Ваньцинь.
— Тук-тук-тук, — постучала она и вошла. — Старшая сестра, ты тоже задерживаешься?
— Да, — Нянь Ваньцинь подняла глаза и увидела перед собой ослепительное лицо Линь Мэн. Ей показалось, или Линь Мэн стала ещё ярче и привлекательнее? Поправив очки, она спросила: — Тебе что-то нужно?
— Да, хотелось бы кое-что у тебя спросить. Не пойдёшь ли сегодня в обед пообедать вместе? — В офисе много народу, не место для разговоров.
Глаза Нянь Ваньцинь блеснули. Она немного помолчала, потом ответила:
— Хорошо.
Линь Мэн только села за рабочее место, как коллега толкнула её в бок.
— У тебя же дел немного, зачем пришла в выходной? — сказала Сяомэй, стажёрка, поступившая в компанию одновременно с Линь Мэн. На её миловидном лице играла тёплая улыбка, а в голосе звучала забота, будто перед ней — лучшая подруга.
Когда-то Линь Мэн действительно считала её подругой. Но позже поняла: вся эта доброта и забота — яд в мёде.
Обе они — выпускницы этого года, обе прошли стажировку в Руисине. Но Сяомэй — из Хуагунда. Хотя название похоже на Хуада, разница огромна: Хуада — университет двойного первого класса, и при равных способностях у Линь Мэн шансов остаться на постоянной основе гораздо больше. Поэтому Сяомэй и делала вид, что дружит с ней, советуя «не торопиться с работой», а сама усердно трудилась, чтобы произвести впечатление на начальство.
Вот и сейчас: у обеих мало задач, в пятницу обещали отдыхать, а в понедельник Линь Мэн уже застала Сяомэй за работой.
— Свободное время — тоже время, — улыбнулась Линь Мэн и включила компьютер. Многое тогда было непонятно, но с опытом всё стало ясно.
Понимание — одно, а поведение — другое. В будущем она просто будет держаться подальше.
После обеденного перерыва Линь Мэн пригласила Нянь Ваньцинь в ресторан у подножия офисного здания.
Когда они уселись, Нянь Ваньцинь с интересом оглядела Линь Мэн:
— Почему вдруг захотела пообедать со мной?
Нянь Ваньцинь была невзрачной внешности, но обладала прекрасной аурой — интеллигентной, уверенной, элегантной. По современным меркам — «фейс премиум-класса». Именно такой уверенности не хватало Линь Мэн… или, точнее, прежней Линь Мэн.
По идее, с такой внешностью она должна была быть самоуверенной. Но из-за развода родителей, воспитания у бабушки, которая предпочитала внуков, школьных издевательств мальчишек и отчуждения девочек, она с детства страдала от неуверенности в себе. Лишь выйдя в общество и начав работать, она постепенно обрела внутреннюю силу и стала независимой городской женщиной.
Но теперь…
Раз уж она уже умирала однажды, что ей теперь не по плечу? Она больше не будет унижать себя. Она будет гордо нести голову и проживёт эту жизнь по-другому.
http://bllate.org/book/3308/365344
Готово:
