Чжоу Юэ тоже заметил эту сцену и перевел взгляд с одного на другого, переводя его туда-сюда:
— Вы двое… что случилось?
Только ведь всё было хорошо, почему стоило ему отойти попить воды, как погода из ясной резко сменилась пасмурной?
Увидев, что Юань Е ушел, Цзян Сюй тоже отвел взгляд, развернулся, стряхнул руку Чжоу Юэ со своего плеча и негромко произнес:
— Не сдержался, напугал его.
— Да с твоим-то характером — и не сдержался? Что ты натворил? — допытывался Чжоу Юэ. Он решительно не мог вообразить, каким образом всегда хладнокровный и рассудительный Цзян Сюй ухитрился довести человека до такого состояния.
Цзян Сюй не ответил. Помолчав немного, он произнес:
— Что мне теперь делать?
Он повернулся к Чжоу Юэ, и в его угольно-черных глазах читалось совершенно искреннее недоумение:
— Как вернуть его?
Чжоу Юэ опешил, глядя на предельно серьезное лицо Цзян Сюя. Он никак не ожидал, что этот человек когда-нибудь станет у него чему-то учиться.
Его глаза со смешком изогнулись. Редко доводилось увидеть, как человек, обычно столь скупой на эмоции, теряется. Чжоу Юэ бросил взгляд на не ушедшего далеко Юань Е, а затем чеканно произнес, обращаясь к Цзян Сюю:
— Действуй постепенно. Нельзя сразу форсировать события, так ведь испугаешь человека.
— Просто потакай ему сейчас, раз уж сам его распугал.
— Как там говорится? Сначала подружись, потом стань ему братом, а в конце превратишься в милого котика.
Только Чжоу Юэ умолк, как Цзян Сюй тихонько усмехнулся, словно только что осознал, какие вообще вопросы задает.
Действовать постепенно? Словно варка лягушки на медленном огне: шаг за шагом затягивать ничто не подозревающего человека в свои сети. При характере Юань Е, сколько ни вари, пожалуй, ничего и не сообразит.
Поддержка на трибунах по-прежнему звучала страстно, и взгляд Цзян Сюя невольно упал на Юань Е, стоявшего неподалеку.
Тот запрокинул голову, делая глоток воды, легкий верок чуть шевелил красную футболку, а краснота на задней стороне шеи, казалось, еще не до конца спала.
Цзян Сюй взял лежавшую рядом куртку и направился к краю поля. С безразличным выражением лица он бросил, неизвестно, слушал ли вообще:
— Я пошел.
Чжоу Юэ махнул рукой с видом человека, который всё понял и не требует объяснений, и повернул обратно к трибунам.
С тех пор как он узнал, что Юань Е прошел дифференциацию, он и помыслить не мог о том, чтобы оставаться с ним просто друзьями. Будь то чувства к Юань Е, которые становились всё очевиднее, или его собственный взгляд, с каждым разом всё более прямой и недвусмысленный, — всё это выдавало те скрытые эгоистичные помыслы, что прятались под отстраненной оболочкой Цзян Сюя.
Слова Чжоу Юэ были не лишены смысла: действовать постепенно — отличный метод, но Цзян Сюй не мог ждать. Юань Е лишь с виду казался трудным в общении, но стоило узнать его поближе, как становилось понятно: этот парень на самом деле добросердечный и легковерный.
Однако заставить его полностью разомкнуть душевную защиту было непросто. Юань Е слишком легко читался, все его эмоции были написаны на лице. Обычно он держался холодно, но стоило шепнуть что-то на ухо или обнять — как он тут же краснел, а во время поцелуя и вовсе терялся, выглядя донельзя беззащитным.
Вспомнив, как Юань Е с покрасневшим лицом взял бутылку с водой из рук той девчонки, Цзян Сюй легко коснулся пальцами собственных губ, и его взгляд постепенно помрачнел:
— Это ведь можно считать предательством после клятв в верности?
Он вел себя как старый, искушенный в интригах повеса, чересчур ушлый, — пользуясь чужой слабостью, он с абсолютно невозмутимым видом требовал ответа от самой же жертвы.
Глава 13. Можно ли за тобой ухаживать?
— Мой Юань!! Ты в порядке?!
— Я иду!!
Надрывая горло, вопил во всю мочь бежавший к Юань Е Чэн Шэн. Прохиндей Чжоу Юэ только что снова оттащил его в сторону и с бесстыдной ухмылкой попросил проверить, не попала ли ему в глаз песчинка. Чэн Шэн отборно выругал наглеца и сломя голову примчался обратно.
В дикой спешке подняв сидевшего Юань Е на ноги, он принялся его осматривать:
— Чего это ты уселся здесь один? Не болит ли чего? Я сейчас же отведу тебя в медпункт.
Юань Е невольно рассмеялся от этих слов. Он похлопал Чэн Шэна по плечу:
— Я в порядке, не болит, всё просто замечательно, не переживай.
Получив твердый ответ, Чэн Шэн наконец успокоился. Он огляделся по сторонам, и тут снова зазвонил телефон. Достав его и увидев имя Чжоу Юэ, он даже не подумал отвечать — закатив глаза, Чэн Шэн тут же сбросил вызов.
— Кто это? Чего ты так злишься?
— Да этот придурок Чжоу Юэ, — с возрастающим возмущением выпалил тот. — Просто сил моих нет! Какого черта ему понадобилось тащиться ко мне из-за соринки в глазу? Бред какой-то, я ему что, окулист?
— Замотал он меня окончательно. Староста только что велел пересчитать оставшиеся припасы, Сяо Чжао и остальные уже обсуждают там, как праздновать победу. Ты-то почему убежал сюда один?
Телефон зазвонил снова — с поистине ослиным упорством. Юань Е улыбнулся:
— Может, ответишь? Вдруг что-то срочное.
Чэн Шэн перевел взгляд с него на экран телефона и спустя пару секунд нерешительно произнес:
— Ты точно справдишься один? — С этими словами он многозначительно кивнул в сторону шеи Юань Е. — Тебе нехудо?
Юань Е очень серьезно кивнул:
— Со мной всё в порядке, иди спокойно. Если что-то понадобится, я сам дойду до медпункта.
— Ладно, если что — сразу мне набегай, живо примчусь! — выпалил Чэн Шэн, подхватил телефон и, бранясь на ходу, побежал обратно.
Юань Е сидел в зоне отдыха. Бутылка с минералкой в его руке уже опустела, верок трепал пряди волос. Лишь когда улеглась прежняя горячка, Юань Е ощутил прохладу, пришедшую на смену испарине. Он опустил взгляд на пустую скамейку, вспомнив, что школьная форма-куртка так и осталась лежать где-то в раздевалке.Направление этого ветра дуло прямо на него, отчего в голове зашумело, а тело забилось в ледяной дрожи.
Юань Е мысленно выругался и, колеблясь, не вернуться ли ему за верхней одеждой, вдруг почувствовал тепло на спине — просторное пальто отрезало ледяной порыв, и знакомый холодный аромат мгновенно снова окутал его.
Табурет был небольшим, и когда рядом кто-то опустился, стало заметно тесно.
Юань Е повернул голову вбок, а Цзян Сюй опустил взгляд на него. Рассмотрев пришедшего, Юань Е тут же резко отвел глаза.
Цзян Сюй невольно улыбнулся, глядя на его растерянный вид. Он потянул за край пальто, наброшенного на Юань Е, помог ему поправить одежду и непринужденно обнял за плечи.
— Ты сердишься на меня?Они подошли слишком близко, и аура Цзян Сюя словно полностью окутала его. Юань Е с некоторым неудовольствием попытался отступить чуть в сторону, но в то же время признавал, что под воздействием этого холодного аромата его эмоции успокоились, а бушевавшее в душе раздражение немного улеглось.
Наконец он заставил себя поднять взгляд на Цзян Сюй, и в его глазах читалась сложная гамма чувств, а кончики ушей снова начали краснеть.
— Нет.
Сказав это, Юань Е подумал, что его тон прозвучал слишком резко, и поспешно добавил:
— Я не сержусь на тебя.
Произнеся это, Юань Е снова нахмурился. Встретившись взглядом с Цзян Сюем, он открыл рот, собираясь спросить, зачем тот поцеловал его и даже укусил, но слова застряли в горле, и он так и не смог их произнести.Слишком странно, словно с ним обошлись излишне вольно. Как взрослый мужчина может вести себя так жеманно? Юань Е сжал в руке бутылку минеральной воды, отвернулся вбок и спросил: — Ты, ты почему только что…
Досказав это, Юань Е, казалось, вновь обрёл уверенность в этой исполненной бесстрашия атмосфере. Он вернулся к своему обычному виду, и в его взгляде, устремлённом на Цзян Сюя, прямота смешивалась с крупицами едва заметного напряжения. Выражение его лица было серьёзным и сосредоточенным, а в произнесённых словах сквозило напускное упрямство.
Вот ведь.
Как можно быть таким милым, даже когда играешь в открытую.
Веселье на дне глаз Цзян Сюя стало ещё глубже, ему даже захотелось не к месту снова поцеловать его. Мелькнула мимолётная мысль: интересно, ответит ли Юань Е на поцелуй или замахнется на него кулаком.
Возможно, царившая вокруг атмосфера была слишком хороша и так располагала к тому, чтобы выложить все секреты до последнего, а возможно, взгляд, который Юань Е перевёл на него, был донельзя наивным и перед ним просто невозможно было устоять. Он выпрыгнул из круга, именуемого хладнокровием и рассудком, и по доброй воле выложил как на ладони то, что скрывал долгие годы, не возражая даже против полного отказа.
Цзян Сюй легко похлопал Юань Е по плечу. Его взгляд опустился на губы Юань Е, а затем поднялся выше, встретившись с глазами парня — влажными и полными нежности.
— Чего ты боишься?
— Юань Е, о чём ты хочешь спросить?Юань Е замер — не только от слов Цзян Сюя, но и от этого взгляда, полного улыбки.
Цзян Сюй смотрел на него так, словно вот-вот должен был сорваться с губ некий ответ. Он прямо смотрел на него, лишь улыбаясь и храня молчание.
В конце концов Юань Е не выдержал первым и отвел взгляд.
С тех пор как его железы пострадали и началась вторая фаза, изменения в поле их притяжения оставались тем, с чем Юань Е упорно не хотел мириться. Сначала он списывал это смущающее и непонятное поведение на побочные эффекты незавершенного развития желез или же воспринимал как простую дружескую помощь. Но именно сейчас Юань Е начал осознавать: тот, кто в детстве семенил позади и нуждался в защите, давно превратился в высокого, статного юношу.
Цзян Сюй прошел вторичную дифференцировку и стал альфасью, причем с очень высоким показателем уровня. Обладая яркой внешностью и блестящими успехами в учебе, со всеми остальными он держался холодно и вежливо, и лишь к нему одному неизменно проявлял снисходительность. Хотя Цзян Сюй был младше его по возрасту, во многих ситуациях он велся гораздо взрослее самого Юань Е. Стоило кому-то завести двусмысленные шуточки, как Юань Е тут же спешил все отрицать, но Цзян Сюй, казалось, никогда ничего не опровергал.
В его голове пронеслось множество воспоминаний: по большей части это были взгляды Цзян Сюя, обращенные к нему, а еще слова Чэн Шэна, которые в свое время привели его в оцепенение.
То, что было понятно даже посторонним, упорно отказывался замечать лишь он один.Юань Е думал: если Цзян Сюй и вправду любит его, то сколько же мерзостей он сам натворил? Отношения, от которых он так спешил откреститься после того, как силой поцеловал Цзян Сюя в период течки, те близкие прикосновения, к которым прибегал, когда боль становилась невыносимой… Юань Е был готов поднять руку и отвесить себе пару пощёчин. Сейчас ему пришлось с позором признать: Цзян Сюй действительно перешёл с ним ту грань, что подобает друзьям.
— Сяо Цзян… — Юань Е замолчал. Голос его звучал глуховато и тихо, но Цзян Сюй всё же расслышал слова, давшиеся тому с таким трудом.
— Ты… случайно, не любишь меня?
Вымолвив это, Юань Е вновь ощутил волну запоздалого раскаяния: а не слишком ли он самонадеян?
Вокруг снова воцарилось молчание. Он опустил голову и не смел смотреть на Цзян Сюй, вся его смелость испарилась без остатка, стоило лишь задать этот вопрос.
В этой затяжной тишине кто-то властно развернул его за плечи. Не услышав воображаемых отрицания или отказа, Юань Е уловил лишь очень лёгкий вздох — в нём слырелась то ли насмешка над его тугодумностью в сердечных делах, то ли облегчение от того, что его чувства наконец-то стали известны после стольких долгих дней.
— Как же ты только сейчас догадался?
Услышав это, Юань Е поднял взгляд, и в этот же миг все те неясные эмоции на дне глаз Цзян Сюя, которые прежде ускользали от его понимания, обрели простое объяснение.
http://bllate.org/book/33075/4057817
Готово:
