Чжан Чжан, услышав это, неосознанно вздохнула:
– Ты слишком придираешься, но я уверена: стоит этому человеку появиться, всё будет выглядеть прямо как в молодёжной дораме.
– В молодёжной дораме? – Ин Чжиань презрительно фыркнула.
– Ага! В тот самый момент, когда главные герои встречаются, дует лёгкий ветерок, лепестки цветов срываются и кружатся в воздухе, а когда они встречаются взглядами, кажется, будто даже время замедляет свой ход. Любое движение человека излучает безграничное очарование, словно его озаряет луч света.
Говоря это, Чжан Чжан расплылась в глуповатой умилённой улыбке.
Ин Чжиань холодно и с внезапным прозрением произнесла:
– О, ты имеешь в виду рапидную съемку.
Чжан Чжан закатила глаза:
– Ну ты и абсолютная безнадёга в романтике!
Ин Чжиань улыбнулась:
– Спасибо за комплимент.
Для Ин Чжиань больше всего в её профессии требовались хладнокровие и объективность. Ей необходимо было в рамках закона добиваться максимальной выгоды для своих доверителей. Ей нужно было быть холоднее абсолютного большинства людей, по крайней мере, действовать продуманнее адвоката противоположной стороны – это и было важнейшим качеством, позволяющим ей оставаться непобедимой в суде.
Вернувшись домой, хладнокровная и сдержанная адвокат Ин сначала с удовольствием приняла ванну, а затем рухнула на свою большую кровать. Она включила проектор, запустив случайный фильм на экране, и, вооружившись сборником типичных судебных прецедентов, время от времени перелистывала страницы. Воздухоочиститель и кондиционер работали одновременно, превращая эту уютную комнату в изолированный островок прохлады посреди знойного лета.
И этот уголок дарил Ин Чжиань ощущение уюта, свободы и покоя.
В одиннадцать часов вечера, закончив уход за кожей, Ин Чжиань вовремя легла спать.
Стоило завтрашнему солнцу взойти, как Ин Чжиань встретила первый день своего тридцатилетия.
По заведённому порядку, прихватив стаканчик кофе, она появилась у входа в адвокатское бюро на десять минут раньше положенного. Припарковав машину на подземной парковке, Ин Чжиань вошла через лифт с цокольного этажа. В одной руке она держала кофе, в другой – крошечную сумочку, а в той же руке, сжимавшей сумочку, зажала ещё и свежекупленный протеиновый порошок. Едва справляясь с ношей, она с трудом вытянула один мизинец, чтобы нажать кнопку нужного этажа.
– Подождите! – раздался звонкий женский голос, но двери лифта уже медленно закрывались.
Ин Чжиань, которая уже сделала полшага назад, услышав окрик, поспешно оттопырила мизинец и застучала по кнопке открытия дверей.
Чья-то рука опередила Ин Чжиань. Это была пара чётко очерченных, сухих и изящных рук – тех самых рук, которые только что кричали: «Подождите!».
Ин Чжиань подняла взгляд и увидела, что эти руки как раз преграждают путь закрывающимся дверям лифта.
Двери медленно разъехались, и в поле зрения Ин Чжиань предстала женщина с рюкзаком за плечами! Словно луч света упал прямо из-за спины незнакомки, озаряя её худощавый силуэт и мягкие, улыбчатые глаза.
– Спа... си... бо... а.
Голос женщины словно замедлили в полтора раза, но от этого её звонкий и чувственный голос зазвучал лишь ещё более отчётливо!
Бух! Бух! Бух!
Что-то забилось в груди с дикой силой!
Спохватившись, Ин Чжиань прижала руку к груди, и в следующее мгновение стаканчик с кофе от её движения наклонился, пролив содержимое прямо на её белую рубашку.
Опустив взгляд, Ин Чжиань заметила, что даже кофе проливался в замедленной съёмке! Это совершенно противоречило здравому смыслу и законам физики!
Какого чёрта! – опешила Ин Чжиань.
– Да, в тот самый момент, когда главные герои встречаются, дует лёгкий ветерок, лепестки цветов срываются и кружатся в воздухе, а когда они встречаются взглядами, кажется, будто даже время замедляет свой ход. Любое движение человека излучает безграничное очарование, словно его озаряет луч света.
Ин Чжиань нахмурилась и отнесла испачканную белую рубашку в химчистку. Тётенька-приёмщица, принимая вещь, пробормотала:
– Везде чисто, только пятно на груди. Постараюсь отстирать как можно лучше.
Ин Чжиань кивнула:
– Буду вам признательна.
Эту рубашку она действительно ещё не надевала – она специально приобрела новую вещь для сегодняшнего судебного заседания. Не то чтобы она была суеверной, просто со дня своего первого самостоятельного дела она всегда надевала обновку под мантию адвоката. Это служило и своеобразным ритуалом для самой себя, и напоминанием о том, что к каждому делу нужно относиться со всей серьёзностью. В то же время она надеялась, что адвокат противника не станет выдумывать каверзные трактовки законов.
И надо же было такому случиться – приключилась столь странная вещь!
При мысли о том, что произошло только что, Ин Чжиань снова слегка нахмурилась.
Прекрасно: первое в жизни ощущение учащённого сердцебиения наложилось на упомянутую Чжан Чжан рапидную съемку. Эта мистика действительно происходила наяву! Ин Чжиань находила это полным бредом, а вспоминая недавнюю картину, всерьёз задумывалась: не подводит ли её память?
– Вчера плохо спала? В глазах рябило? Или это у меня крыша едет?
Ин Чжиань закусила губу: среди бела дня, в самом центре города с толпами людей, будучи убеждённым членом партии, она никак не могла столкнуться с призраками!
Но небеса словно решили воочию подтвердить, что виденное в лифте было самой настоящей реальностью: когда Ин Чжиань шла обратно в офис, та самая женщина с рюкзаком появилась снова.
На этот раз она следовала за партнёром адвокатского бюро Ло Цинчэном. Ло Цинчэн и Ин Чжиань были выпускниками одного юридического университета, он приходился ей старшим товарищем, и они втроём с Цзян Чао частенько собирались вместе на мини-встречи выпускников. Разумеется, они были ближе друг к другу, чем остальные коллеги, и Ло Цинчэн, заметив Ин Чжиань, церемониться не стал:
– Чжиань, это новенькая стажёрка, её просил твой наставник. Забирай её к себе, как раз избавишь меня от лишней беготни.
Ло Цинчэн указал на девушку:
– Соня Сидань, это адвокат Ин Чжиань, она ведёт в основном бракоразводные процессы. Пойдешь с ней. Да, кстати, не забудь зарегистрировать лицо в системе распознавания лиц на первом этаже офисного здания, и карточку доступа тоже оформляй у них, иначе без неё ты даже этаж в лифте не сможешь выбрать, а в нашем бюро без этого ни шагу ступить.
– Спасибо, адвокат Ло, – Соня Сидань кивнула Ло Цинчэну, а затем перевела взгляд на Ин Чжиань. – Здравствуйте, адвокат Ин.
Когда и взгляд самой Ин Чжиань переместился с лица Ло Цинчэна на лицо Сони Сидань, та чертовщина повторилась снова!
Мгновенно из тусклого окна напротив брызнул яркий луч света, приземлившись ровно на половину лица Сони Сидань. Лицо молодой девушки будто покрылось слоем мягкого сияния, невыносимо теплого и нежного. К тому же у неё были удивительно красивые брови: глаза, скрывавшиеся в тени надбровных дуг, лучились озорным блеском. Всё её лицо, как и те руки, отличалось чётким контуром, сочетая в себе мальчишескую удаль и девичью чистую невинность.
Ин Чжиань же, словно увидя привидение, испаганно покосилась на Ло Цинчэна – и луч у окна тут же исчез. Бодрые напутственные слова Ло Цинчэна: «Мы крупное адвокатское бюро, темп работы сумасшедший, все заняты, распределяй время сама. Будет тяжело, спорить не стану, но молодёжь должна пахать!» – мгновенно вернулись к нормальной скорости.
Ин Чжиань тут же перевела взгляд обратно на Соню Сидань – луч зажглся снова, а голос Ло Цинчэна опять замедлился в полтора раза:
– Чи... ань... а... твой... на... став... ник... дав... но... не... брал... ста... жë... ров, мо... жет, те... бе... и... от... дал... бы.
Под замедленный в полтора раза смех Ло Цинчэна Соня Сидань снова одарила Ин Чжиань улыбкой. Когда она улыбалась, её глаза превращались в изящные полумесяцы, разя Ин Чжиань наповал своей милотой. В этот момент Ин Чжиань отчасти поняла чувства мужчин, любующихся милыми девчонками.
Без улыбки – лихо и дерзко, а стоит улыбнуться – сладкая, как летний колотый лед. Слишком сладко!
Она невольно затаила дыхание, а сердце снова забилось в диком, неконтролируемом ритме!
В крови бурлило доселе неведомое ей возбуждение и трепет, истошно вопящие: «Какая она милая и сладкая! Так бы и поцеловала в губы!»
Поцеловала в губы какого чёрта! Да пошли вы все к чёрту! – в тот самый момент, когда эта мысль промелькнула в голове, Ин Чжиань пришла в себя. Мат едва не сорвался с её губ, но к счастью, она сдержалась.
Осознав, что дело нечисто, Ин Чжиань отвела глаза и уставилась на горшечные цветы в коридоре – и впрямь, всё вокруг мгновенно вернулось в норму.
– Чего это ты? Настроение испортилось? Я тут распинаюсь, а ты и слова в ответ.
Ло Цинчэн обладал типичным складом характера ENFP. Несмотря на то, что он уже дослужился до партнёра в адвокатском бюро, он оставался эмоциональным и чутким человеком, легко улавливающим чужие настроения.
Услышав, что Ло Цинчэн заговорил в обычном темпе, Ин Чжиань тяжело вздохнула:
– Ладно, я отведу её на место. Иди работай.
– Ну хорошо. Обед с собой не брала? Тогда сходим куда-нибудь перекусить вместе.
Ин Чжиань, занятая тем, чтобы продолжать пялиться на те цветочки и избегать взгляда Сони Сидань, бросила дежурную фразу и направилась к лифту.
Наблюдая за тем, как Ин Чжиань спешит по своим делам, Ло Цинчэн сам себе озадаченно вздохнул:
– Не зря говорят, что слава адвоката Ин растёт с каждым днем, а дел становится всё больше. С таким темпом ей скоро придётся записываться к психотерапевту.
Слова Ло Цинчэна как нельзя лучше отражали душевный раздрай Ин Чжиань. Доставив девушку в кабинет своего наставника Чэн Циюнь, она не посмела задержаться там и на секунду:
– Учитель, вы же просили человека, вот я и привела. Я пойду работать.
Чэн Циюнь как раз писала исковое заявление. Подняв голову, она успела заметить лишь удаляющуюся спину Ин Чжиань.
– Вот девчонка, – усмехнулась Чэн Циюнь.
Ей было уже под шестьдесят, и у неё росла дочь-ровесница Ин Чжиань. Хотя Чэн Циюнь взялась наставлять Ин Чжиань лишь на полпути, она вложила в это все силы, опекая её до тех пор, пока та не стала вести дела самостоятельно. Она давно уже воспринимала Ин Чжиань как вторую дочь.
Сама она специализировалась преимущественно на уголовных делах. Уголовных адвокатов её возраста, ведущих столь активную практику, оставались считанные единицы – многие предпочитали брать дела по настроению. Однако Чэн Циюнь приходилось содержать старшую сестру с ментальной инвалидностью, поэтому её рабочая нагрузка оставалась колоссальной.
Переведя взгляд на Соню Сидань, она даже не стала требовать представления, а мягко и участливо произнесла:
– Сидань, верно? Мы с твоей мамой старые добрые подруги, так что я с радостью даю тебе этот шанс. Я изучила твоё резюме: окончила столь престижный юридический факультет, почему же ты не сдала квалификационный экзамен?
Для выпускников юрфаков этот экзамен был сродни второй половине диплома – большинство студентов посвящали всю учёбу тому, чтобы завладеть обоими этими свидетельствами.
Для крупного адвокатского бюро кандидаты без профильного юридического образования отсеивались ещё на этапе проверки резюме. Но отсутствие сданного квалификационного экзамена означало, что государство не признаёт за соискателем квалификацию юриста. Если сравнивать их значимость, то на практике экзамен, пожалуй, весил даже больше: ведь без него не получить лицензию адвоката, а без лицензии какая же ты к чёрту адвокат.
http://bllate.org/book/33044/4053257
Готово:
