Ми Ян отправился в обратный путь. На этот раз бабушка Чэн через знакомых купила билеты в жёсткий спальный вагон, причём специально на нижнюю полку. Старшую дочь и внука она жалела и сделала для них всё, что могла.
Чэн Цин везла множество больших и маленьких сумок. Но благодаря спальному месту дорога оказалась даже легче, чем по пути сюда.
В поезде Ми Ян не только как следует выспался, но и в обед попробовал обед, который продавали в поезде в коробках.
В спальном вагоне людей было сравнительно мало. Туда-сюда ездили тележки с перекусами, а в обед привезли и горячее, несколько раз громко предложив пассажирам пообедать. Чэн Цин купила рис с говядиной, чтобы поесть с ребёнком. Ми Ян попробовал мясо: вкусно, но разжевать трудно. Зато рис с мясной подливой тоже оказался очень хорош.
На станции их встретил сам Ми Цзэхай. Высокий крепкий северянин одной рукой нёс сумки весом в несколько десятков цзиней, другой держал ребёнка. Чэн Цин с маленькой сумочкой шла рядом и улыбалась. С того мгновения, как увидела мужа, дорожная усталость заметно отступила.
Через два дня после возвращения в военный городок Ми Яну стало казаться, будто кого-то не хватает.
Маленького Бай Лочуаня не было. Обычно этот демон, когда находился здесь, был готов по три раза на дню к ним прибегать. В последнее время он бегал очень быстро, и солдат охраны, гоняясь за ним, обливался потом.
Сердца матери и сына связаны: стоило ему об этом подумать, как Чэн Цин тоже не удержалась и заметила:
— Лочуань всё ещё не вернулся.
Помянешь — и явится. Не прошло и пары дней после этих разговоров, как госпожа Бай пришла с маленьким Бай Лочуанем на руках.
Едва они вошли во двор Ми Яна, маленький демон заизвивался, требуя спустить его. Коснулся земли носками — и бросился к Ми Яну, волоча игрушку по полу. Тот испугался: сидя на маленькой табуретке, едва не свалился от наскока. Только кое-как удержался — ему уже сунули в руки огромную игрушку: того самого трансформера, которого притащили.
Ми Ян посмотрел на игрушку, потом поднял глаза:
— Вместе играть?
Маленький Бай Лочуань подумал и согласился:
— Ну ладно.
Ми Ян: «…»
Это кто тут кого просит поиграть?
Как бы там ни было, Ми Ян всё же добросовестно уселся развлекать ребёнка. В своём возрасте он и мог-то только это. Заодно, воспользовавшись хорошим настроением барчука, достал стопку собственных карточек для обучения чтению. Нарочно изобразил большой интерес, стал одну за другой раскладывать и читать. Юный господин ожидаемо заинтересовался разноцветными картинками и принялся повторять. Наверное, считал это игрой — «играл» очень серьёзно.
А госпожа Бай рядом жаловалась Чэн Цин:
— …Ты не представляешь. Только домой вошли, я даже переодеться не успела — уже хватает игрушки и требует к Ми Яну. Не удержать. Мы там меньше полумесяца пробыли, а он мне всю голову прокричал. Стоит выйти — покупаем две игрушки, непременно одинаковые. Вот таких трансформеров целую кучу привезли. Сейчас выбрал самого любимого и принёс. — Пока она говорила, её озорной сын небрежно бросил игрушку, которую последние дни любил больше всех, и придвинулся к Ми Яну заниматься карточками. Госпожа Бай заморгала, не веря глазам. Сын был смышлёный, всё схватывал сразу, но из озорства нарочно не хотел учиться. Таких карточек дома уже неизвестно сколько накупили. Обычно он не успевал и один раз всё прочесть — раскидывал подчистую.
Неужели солнце на западе взошло? Её Бай Лочуань сам взялся учиться?
Госпожа Бай обрадовалась неимоверно. Посмотрела с одной стороны, с другой и спросила Чэн Цин:
— А где ты эти карточки купила? — Она решила: наверняка Чэн Цин выбрала хорошие, вот они детей и привлекают.
Чэн Цин поспешно нашла ещё коробку и отдала ей с улыбкой:
— Сёстры на родине купили. Несколько коробок есть. Это Лочуаню.
Госпожа Бай церемониться не стала:
— Тогда возьму. Впервые вижу, чтобы он так серьёзно учился читать по картинкам.
А маленький учитель Ми Ян тем временем старался обучать юного господина Бай, обходясь как можно меньшим запасом слов и терпел всевозможные приставания. По-моему, у Бай Лочуаня самая настоящая гиперактивность! То карточки потрогает, то его. Скажешь «капуста» — он уже полдня сам себе смеётся.
Ми Ян похлопал по карточке с розовым поросёнком, поднял глаза на Бай Лочуаня и серьёзно произнёс:
— Свинья.
Маленький Бай Лочуань снова засмеялся.
Дома у госпожи Бай карточки никакого эффекта не дали. Юный господин совсем не поддался. Дома не играл ими и, сколько ни уговаривали, такого терпения, как у Ми Яна, не проявлял. Просто не учился.
После нескольких попыток госпожа Бай наконец поняла: дело не в карточках. Вот сын командира Ми — настоящее сокровище. Она решила, что вдвоём дети учатся быстрее, и больше особо не препятствовала Бай Лочуаню. Каждый день отправляла его с солдатом охраны к Ми Яну. Её саму только перевели на новую работу, днём её тоже не было дома, оставлять сына одного тревожно. Раз ему хочется к друзьям, пусть сразу и отводят к семье Ми.
С тех пор, если Чэн Цин приходила с работы и не находила сына дома, достаточно было спросить у Бай: непременно оказывался там.
Двух малышей словно невозможно было разлучить. То играли на первом этаже у Бай с кубиками и игрушками, то вместе крепко спали в детской на втором, где пол застелили мягкими матами. Рядом валялись открытые пакеты со снеками…
Жизнь шла спокойно и гладко. Но Ми Яну всё казалось, что он о чём-то забыл.
Пока однажды Ми Цзэхай не поднял книгу и не принялся серьёзно читать. Только тогда Ми Ян вспомнил: он совсем упустил отцовское поступление в военное училище.
По памяти хорошая новость должна была прийти в ближайший год-два. Иногда Ми Ян тоже подбегал взглянуть, какие книги читает отец. Ми Цзэхай обожал его: увидев, поднимал маленького Ми Яна, усаживал на шею и предлагал учиться вместе.
Сверху Ми Ян смотрел, как отец читает. Вероятно, после перевода из полевых частей в штаб дивизии условия стали лучше: хотя Ми Цзэхай по-прежнему участвовал в тренировках, всё же не так, как на прежнем месте. И книг доставать удавалось больше. Он усердно читал днями и ночами. Не только глаза покраснели от недосыпа — сам тоже похудел.
Ми Ян считал, что отец слишком надрывается.
Но сам Ми Цзэхай думал иначе. После больших учений он поднялся на одну должность, однако в штабе дивизии выделиться было труднее. Хочешь хорошо работать — надо стараться. Прежде он хотел быть лучшим солдатом, теперь планка поднялась: хотел стать хорошим офицером.
Систематического обучения Ми Цзэхай не проходил, во всём разбирался сам. Любую книгу читал внимательно, но времени совершенно не хватало. Он страшно уставал, и Ми Ян тоже тревожился.
В тот год экзаменационные задания в военное училище были немного неожиданными: много вопросов по военной теории. Отец когда-то гордо рассказывал, как ему повезло прочесть одну книгу за два вечера перед экзаменом. Ми Ян прекрасно помнил её. Она много лет стояла у них дома, твёрдый переплёт даже разваливаться начал, и чинил его сам Ми Ян. Отец хранил книгу как семейную реликвию и каждому гостю заново рассказывал историю. Ми Ян знал её слишком хорошо.
Заметив рядом с Ми Цзэхаем ту самую «семейную реликвию», Ми Ян похлопал родного отца:
— Папа, смотри ту.
Ми Цзэхай поднял глаза:
— Мм? Эту, красную?
Ми Ян кивнул:
— Да. Эта интересная.
http://bllate.org/book/33026/4089724
Готово:
