Шэнь Юй — родная старшая сестра Цзи Сяо.
До появления детей Мама была настоящей королевой в доме, поэтому она сразу заявила: дочь будет носить её фамилию, а сын — отцовскую.
Сейчас семьи, где отдают предпочтение мальчикам, уже редкость — обычно царит полное равновесие между полами. Однако, сколько Цзи Сяо себя помнил, вряд ли на свете нашлось бы ещё одно семейство, где культ девочек и пренебрежение мальчиками доходили до столь абсурдных пределов.
Говорят, Мама давным-давно мечтала о дочке. Когда она носила под сердцем Шэнь Юй, то попросила знакомых в больнице сделать УЗИ. Узнав, что будет девочка, она прямо там разрыдалась — слёзы так и хлынули рекой. Доктор-приятель принялся её робко утешать, мол, какая разница, мальчик или девочка... Но Папа тут же вытащил красный конверт с деньгами и сунул ему в руку со словами: «Будь у нас пацан, этот конверт ты бы в жизни не получил!»
И вот, в атмосфере всеобщего ликования, для будущей малышки накупили горы одёжки. Мама только и делала, что ела да спала, в результате чего перед самыми родами чуть не угодила на кесарево сечение из-за избыточного веса.
А когда родился Цзи Сяо, это, выражаясь словами Мамы, стало досадной случайностью.
Случайностью настолько масштабной, что Цзи Сяо до сих пор удивлялся. Ладно ещё, залетели по невнимательности — сойдёт за компанию для Шэнь Юй. Но Папа потом сокрушался: «Эх, когда ты уже родился, мы вдруг сообразили, что тебе-то одёжку купить забыли...»
Лишь на второй день после его появления на свет Папа примчался в больницу со спешно купленной обновкой.
Впрочем, Шэнь Юй всеобщей любимицей делало не только то, что она девочка. Она с пелёнок росла писаной красавицей и умницей: за что ни возьмётся — музыку, шахматы, каллиграфию, живопись — всё у неё получалось с полуслова. На её фоне Цзи Сяо, целыми днями валявшийся в грязи и похожий на извалявшийся в пыли мяч, казалось, существовал лишь для того, чтобы подчёркивать невероятные таланты сестры.
Иерархия в их семье выстраивалась следующим образом: с появлением Шэнь Юй Мама автоматически утратила статус верховной правительницы; Шэнь Юй превратилась в домашнее солнце, Мама стала луной, а Папа... ну, Папа тянул разве что на скромный спутник.
Что же до самого Цзи Сяо... он считал себя от силы блуждающей космической пылью в бескрайнем космосе.
Он тяжело вздохнул, сел на кровати и снова набрал Мамин номер:
— Какой номер рейса? Встречать-то где?
— Оденься поприличнее, хватит вечно в одной футболке шастать, — продиктовала номер Мама. — Слышишь меня? Смени шмотки, сестра два года дома не была, нечего её пугать.
— Понял я.
Цзи Сяо повесил трубку, поднялся на ноги и натянул другую футболку. Напугать Шэнь Юй?
Дорога до аэропорта занимала часа два, а если вляпаться в пробку — и того больше. Он сбежал вниз по лестнице, чтобы одолжить машину у У Чжицзюня. Старенькая джетта Капитана У, бегавшая уже десятый год, служила чуть ли не общим транспортом для всего отряда — стоило кому-то сорваться по делам, как сразу шли к нему.
— Куда-то собрался? — У Чжицзюнь бросил на него взгляд и швырнул ключи. — Разве у тебя не выходной?
— Угу, сестру в аэропорту встречаю, — Цзи Сяо поймал ключи и сунул в карман. — Спасибо, Капитан У.
— Сестра из-за границы вернулась? — улыбнулся У Чжицзюнь. — Заглядывайте как-нибудь к нам в гости, пусть проведёт экскурсию.
Цзи Сяо довольно усмехнулся и выбежал за дверь. Фотографию Шэнь Юй он как-то приносил в казарму, и за каких-то два часа она обошла весь отряд. Местные вояки единодушно сошлись во мнении, что она писаная красавица, но, к сожалению, Шэнь Юй постоянно жила за границей, так что вживую её никто не видел.
Прождав больше часа, Цзи Сяо наконец увидел на табло сообщение о прибытии рейса Шэнь Юй. Выискивая сестру глазами, он принялся вглядываться в медленно движущийся людской поток.
Шэнь Юй была высокой, да еще и на каблуках, так что Цзи Сяо без труда разглядел её в толпе. Стоит признать, его сестра действительно принадлежала к числу тех редких красавиц, которых издалека видно среди любых прохожих. Уткнувшись носом в смартфон, Шэнь Юй прошла мимо, даже не заметив брата.
— Красотка, — Цзи Сяо подступил ближе. — Не желаете пропустить по стаканчику в свободное время?
Шэнь Юй повернула голову, увидела Цзи Сяо, и на её лице расцвела широкая улыбка. Она звонко хлопнула его по макушке:
— Красавчик, гляди-ка, возмужал за два года!
— Ты что, одна прилетела? — Цзи Сяо подхватил дорожную сумку сестры и заглянул ей за спину. — А где будущий зять? Не привезла нам на зубок попробовать?
— Ишь чего захотел! Разве я могу так рано чужих сынков портить? Года через два, — Шэнь Юй подхватила Цзи Сяо под руку. — Я в этот раз надолго приехала, может, присмотришь мне кого-нибудь прямо в вашем отряде?
— Ой, брось ты. Ты хоть одного женатого в нашем отряде видела, чтобы жена не жалела? — Цзи Сяо распахнул дверцу машины и закинул внутрь чемодан. — Ни графика, ни покоя, сплошной риск.
— И всё равно работаешь, не боишься остаться бобылем? — Шэнь Юй цокнула языком и забралась в салон.
— ...Сестрёнка, — поморщился Цзи Сяо.
— Ладно-ладно, молчу, — улыбнулась Шэнь Юй. Причины, по которым Цзи Сяо подался в пожарные, она знала куда лучше родителей. — А братец у меня — золото. Других достоинств нет, зато за справедливость горой.
Всю дорогу Цзи Сяо гнал на предельной скорости, под непрекращающиеся звонки нервничающей Мамы — он даже боялся, что эта развалюха развалится на куски прямо посреди пути.
Стоило въехать в центр города, как они увязли в пробке. Мама трезвонила с такой настойчивостью, будто, не доставь он Шэнь Юй домой сию же секунду, он покроет вечным позором всех предков. Кое-как свернув на знакомую улочку позади сквера, где из-за отсутствия ожиренного движения почти не было машин, он резко вдавил педаль газа.
— Осторожно, кошка! — сидевшая рядом Шэнь Юй вдруг указала вперёд и испуганно вскрикнула.
Метрах в десяти перед ними посреди дороги неспешной рысцой семенил маленький черный кот. Его хвост торчал вверх ровной палочкой, и на приближающуюся машину животное даже не косилось.
Цзи Сяо экстренно затормозил и яростно вдавил клаксон.
Маленький черный кот явно витал где-то в облаках. Резкий звук сигнала напугал его до смерти: подпрыгнув всеми четырьмя лапами прямо на месте, он плюхнулся на задницу и резко обернулся, однако уходить с дороги вовсе не собирался.
— Бестолковый! — высунувшись из окна, гаркнул на него Цзи Сяо. — Кыш!
Окрикнув зверя, Цзи Сяо присмотрелся и вдруг поймал себя на мысли, что эта мелочь выглядит подозрительно знакомо. Он улыбнулся и помахал уставившемуся на него котенку:
— Эй! Не ты ли случайно? Тот самый, которого я давеча выудил из канализации? Помнишь меня, малыш?
Эй ты, голова садовая! Сам ты голова садовая!
Он действительно висел в мыслях далеко отсюда. Солнце так приятно пригревало, шерстка на теле распушилась, и коту хотелось лишь одного — закрыть глаза и блаженствовать, так что дорогу он переходил без задней мысли.
Глядя на ухмыляющегося и машущего ему мужчину, кот испытывал гамму чувств, которую попросту невозможно было описать словами. Конечно же, он помнил этого типа! За последние пару дней тот попадался ему на глаза с упрямством призрака, так что забыть его было просто нереально.
Кот прищурился, лениво лизнул лапку, затем задрал хвост кверху, подпрыгнул и важно семенил дальше через дорогу. Подумаешь, пожарный! Подумаешь, какая встреча, какая неожиданная связь! Тьфу!
Что там этот тип бормотал вслед, кот слушать не стал и юркнул прямо в придорожные кусты.
— Ты знаком с этим котом? — Шэнь Юй проводила взглядом пушистый зад черныша, скрывшийся в зелени. — Какая прелесть.
— Наверное. Вчера вытащил одного из канализации — тоже угольно-черный, точь-в-точь такой же мелкий. — Цзи Сяо тронулся с места, бросив мимолетный взгляд на кусты.
— Надо было выйти и поймать его, — Шэнь Юй всё ещё оборачивалась назад. — Ах... До чего же хочется завести кошку!
— Хочешь, я тебе куплю?
— Ой, нет. Мне нужна именно эта. Ты видел его взгляд?
Взгляд? Разве у котов бывает какой-то особенный взгляд? Цзи Сяо покачал головой:
— Не обратил внимания.
— С таким пренебрежительным прищуром, красавчик! Если уж заводить кота, то только такого, а от излишне смирных толку ноль, — Шэнь Юй хлопнула его по плечу.
— Знаю-знаю, тебе лишь бы такие, которые ни в грош человека не ставят, — кивнул Цзи Сяо.
— ...Ну и словечки у тебя, — Шэнь Юй со смешком откинула волосы назад. — Хотя в точку, прямо в стиле моего брата.
Квартира, которую Лу Куань подыскал для Дин Вэя, и впрямь находилась прямо за задворками сквера. Район оказался отменным: в стороне от шумных магистралей, тихо и спокойно. И хотя жилье представляло собой лишь скромную студию без панорамных окон, крошечный незастекленный балкончик привел Дин Вэя в полный восторг.
— Давай сегодня устроим тебе выходной, обустраивайся, — Лу Куань бросил ему ключи.
— Есть подвох? — Дин Вэй поймал ключи и легко закрутил их на пальце.
За последние годы Лу Куань немало помогал Дин Вэю, но регулярно выдвигал донельзя странные условия — порой доходило до того, что он заставлял Дин Вэя воровать чужие колбасы с чужих балконов.
— Никакого подвоха, — улыбнулся Лу Куань. — В другой раз. В следующий раз поможешь мне...
— У тебя же вроде дела в четыре часа, ступай давай, — перебил его Дин Вэй. Он отдёрнул занавеску и выглянул наружу. Квартира располагалась на семнадцатом этаже, и с высоты отлично просматривалась лужайка парка. Ему нестерпимо хотелось спуститься туда и вволю поваляться на солнце среди травы.
Лу Куань не стал настаивать, развернулся к выходу, но у самой двери вдруг замер и бросил через плечо:
— Мелкий, вчера дядюшка выходил на меня. Он всё еще надеется затащить тебя в учебное заведение, подумай над этим.
— И думать нечего, — не раздумывая ответил Дин Вэй. Учиться? Впитывать всю эту человеческую белиберду для него не имело ни малейшего смысла. Знание подобных вещей Девятипалой Кошке ничего, кроме захламления головы, не принесло бы.
Ему хотелось лишь одного — спокойно отрастить девять хвостов. С какой стати ему вечно околачиваться среди людей?
Когда Лу Куань ушёл, Дин Вэй всерьёз подумывал сигануть с балкона напрямую, но, поразмыслив и свесившись с ограждения, всё же передумал. Учитывая, что на дворе стоял белющий день, он скрепя сердце предпочел лифт.
Стоило выйти из подъезда, как на него накатила волна блаженства. Солнце пекло вовсю, теплая волна окатила тело, шерстка тут же встала дыбом. Сначала он с наслаждением вытянул передние лапы, выгнув спину дугой, но посчитав этого мало, задрал хвост и потянулся всем телом еще раз, после чего вприпрыжку побежал по тропинке.
Встреча с тем пожарным на переходе оказалась полной неожиданностью. Шмыгнув в кусты, кот украдкой оглянулся, дождался, пока машина скроется за поворотом, и только тогда выскорзнул обратно, продолжая путь к скверу.
Добравшись до края лужайки, он вдруг вспомнил слова крысы: твой спаситель, мол, благодетель твой...
Если подумать, этот парень и впрямь выручал его уже дважды, пусть в этом не было никакой нужды.
За исключением тех, с кем у него имелась кармическая связь, он редко обращал внимание на случайных прохожих. Но к этому пожарному, попадавшемуся на глаза раз за разом в течение каких-то суток, он присмотрелся — по крайней мере, только что.
Из-за его улыбки.
Когда этот человек улыбался, лицо его озарял такой свет, что невольно хотелось улыбнуться в ответ. Кот тряхнул головой, потёрся мордочкой о лапу и рухнул на траву. Наверное, всё дело было в сегодняшнем прекрасном солнце.
Трава под лучами основательно высохла. Покатавшись по ней и изрядно потеревшись боками, кот перевернулся на спину и замер, подставляя солнцу пушистое брюхо.
Лучи ласково пригревали мордочку, он прикрыл глаза, а кончик хвоста лениво покачивался из стороны в сторону. Для него не существовало блага слаще, чем валяться на солнышке, когда никто не докучает.
Прошло совсем немного времени, как он уловил легкий шорох шагов. Впрочем, особого значения он этому не придал: через сквер то и дело срезали путь прохожие, но никому и в голову не придёт пялиться на кота, греющего пузо у обочины. К тому же сейчас у него насчитывалось всего семь хвостов, так что случайной встречи с предназначенным судьбой человеком опасаться не стоило.
Однако шаги не затихли вдали — они тихо приблизились и замерли совсем рядом.
Какая назойливость.
Он попытался нахмуриться, но бровей у него отродясь не водилось, а даже если бы и были, вряд ли кто-то смог бы разглядеть пару бровей среди сплошного черного меха.
Сверху донесся негромкий тихий звон колокольчика. Кот мгновенно распахнул глаза — этот чарующий перезвон металла обладал для него непреодолимой притягательной силой.
Задрав мордочку к ослепительному солнечному свету, он заметил протянутую руку, в которой покачивался крошечный бубенец.
Заметив, что кот проснулся, обладатель руки чуть сильнее качнул колокольчик. Дин Вэй не удержался, вскинул переднюю лапу и попытался зацепить его когтем.
Рука мгновенно ускользнула вверх, а над ухом раздался легкий смех.
Кот раздраженно скосил глаза. Он ненавидел, когда с ним сюсюкают, как с каким-нибудь домашним котенком, хотя, по правде говоря, он им и являлся...
Кто-то присел рядом на корточки. Перед ним предстало молодое лицо — бледноватое, но сияющее искренней улыбкой, от которой уголки глаз сжались в лучики.
http://bllate.org/book/33018/4047959
Готово:
