Его губы беззвучно произнесли: — Поймай меня, если сможешь!
Провокация. Самая что ни на есть наглая провокация.
Цяо Ицянь сильно занервничал: — Капитан Ян, что делать?
Ян Цзиндун оперся руками о стол для переговоров с крайне раздраженным видом: — Не слышал, что он сказал? Лови его!
Цяо Ицянь: — Ты думаешь, это он свел людей с ума? Что всё это — его личная постановка?
Ян Цзиндун: — Нет, с чего бы мне так думать?
Цяо Ицянь: — Тогда почему он ничего не сделал и просто сбежал?
Ян Цзиндун: — Полагаю, он пытается дать нам более явную подсказку.
Ян Цзиндун внезапно усмехнулся, приподняв уголки рта: — Только сородич способен понять другого сородича. Мне очень интересно, во что он вздумал поиграть.
Сородич? У Цяо Ицяня по спине пробежал холодок.
По правде говоря, он считал Ян Цзиндуна бессердечным и опасным типом, который любит лишь поглазеть на чужие неприятности. Разве мало того, что в Спецбюро и так завелась одна главная ходячая проблема в его лице?
— О чём задумался? Почему не работаешь?
Внезапный приказ прервал целый поток жалоб Цяо Ицяня, и тот возмущенно возразил: — Да сейчас и делать-то нечего! Этот чокнутый водитель по имени Ши Нянь, его жена работает в массажном салоне, ну, в таком, где оказывают особые услуги. Мы же не можем вламываться в частный дом.
— Массажный салон? Иначе говоря, сходи-ка закажи сеанс особых услуг, а после всех дел вытяни из нее нужные слова.
— Ты серьезно?
— Я похож на шутника?
— А сам-то ты что собираешься делать?
— Вламываться в частный дом.
— ... — Цяо Ицянь даже растерялся: не слишком ли нагло он это заявляет?
Цяо Ицянь: — Я пойду отвлекать его, а ты полезешь в чужой дом? Ты сошел с ума? У меня вообще-то пара есть!
Ян Цзиндун в шутливой манере бросил: — Хочешь поменяться со мной местами?
— ... — Цяо Ицянь в отчаянии закрыл лицо руками: — Умоляю, не надо.
Отправить Яна Цзиндуна на особые услуги к этой бабе? Звучит еще страшнее, черт побери!
Цяо Ицянь попытался отбиться: — Послушай... Капитан Ян, я что, похож на неудовлетворенного мужика, который пойдет в салон искать продажных девиц?
Ледяной тон Ян Цзиндуна чуть было не отправил Цяо Ицяня на тот свет: — А я похож?
— Нет-нет-нет... — поспешно открестился Цяо Ицянь.
Пока Цяо Ицянь, разодетый в пух и прах, с толстой золотой цепью на шее, зазывал «сестрицей» массажистку из заведения с особыми услугами, Ян Цзиндун неспешно ковырялся в чужом замке; когда Цяо Ицянь чуть было не лишился чести, Ян Цзиндун только-только переступил порог квартиры; когда Цяо Ицянь истошно вопил на все лады, Ян Цзиндун уже вовсю шарил по шкафам и ящикам...
Квартира была крошечной, пульт от телевизора покрылся толстым слоем пыли, а на подлокотниках одинокого кресла сигаретными ожогами прожгло несколько дыр...
Ян Цзиндун провел пальцем по столу — на коже остался плотный налет пыли.
Это жилище совсем не походило на место, где живут люди, к тому же от этой пыли слабо веяло ароматом сандалового дерева.
Кухня выглядела относительно аккуратной, в холодильнике лежали свежие продукты, так что заброшенной квартира не казалась.
Прямо посреди спальни висел лубок с изображением синеликого и клыкастого божества: многорукий и трехглавый монстр яростно опутал красными шелковыми лентами остальные свои две головы, три искаженных лица перекосило, и они свирепо таращились друг на друга безумными глазами.
Ян Цзиндун опустил взгляд на обугленный уголок новогодней картинки и сорвал ее со стены.
Три головы, шесть рук — неужели это Нэчжа?
Ему доводилось видеть, как поклоняются Майтрее или Тайбо, но чтобы поклонялись Нэчже — такого он еще не встречал.
Ян Цзиндун с поистине аристократическим и холодным презрением выронил два слова: — Какая гадость!
Пачки с лекарствами аккуратными рядами были расставлены в шкафу: средства от гипертонии, от диабета, от жара, всевозможные растворимые порошки... Ян Цзиндун бегло окинул их взглядом и перевел внимание на чужой компьютер.
Системный блок безнадежно тормозил, история переписей и файлы были подчищены на совесть, а на рабочем столе красовались всё те же обои с трехглавым и шестируким монстром.
Как раз в тот момент, когда Ян Цзиндун делал снимок экрана на телефон, раздался звонок — в трубке посчастливилось услышать голос Цяо Ицяня, близкий к панике: — Братуха, ты закончил? Тут ситуация меняется.
Тот настолько перепугался, что даже забыл назвать его капитаном Яном и прямо перешел на обращение братуха.
— Что, не справился?
— Да пошел ты! Эту бабу куда-то уволокли.
— Кто уволок?
— Откуда я знаю?! Я сейчас в погоню сорвался, координаты скинул.
Глава 4
— Ладно, жди. — Ян Цзиндун даже не стал запирать дверь, схватил ключи от машины и бросился бежать.
В этот же момент из-под кровати выкатилась человеческая фигура. Цао Мао с унылым видом отряхнул одежду, извлек из-под одеяла хуцинь, бросил насмешливый взгляд на лубок с трехглавым и шестируким монстром в спальне и вытащил из сердцевины свитка, который только что голыми руками переломил пополам, сверток с порошком.
...
Ян Цзиндун выжал педаль газа до упора, точка координат на экране телефона неслась вперед с бешеной скоростью. Никто не смел расслабляться, никто не смел сомневаться: кто-то влачил жалкое существование, кто-то бредя́л в одиночестве.
Кто-то испытывал напряжение, кто-то — отчаяние.
Женщина в машине съежилась в багажнике и глухо мычала. Позади нее застыл ствол, дуло которого было нацелено прямо ей в сердце.
Сидевший сзади мужчина натянул на голову чулки вместо маски, прорезав в них две дырки для глаз, и заговорил мягким, вкрадчивым голосом: — Где вещь?
Женщина задрожала так, что заныли все внутренности. Ей казалось, что от ужаса поры на ее коже сейчас начнут кровоточить: — Ка... какая вещь?
Мужчина ни капли не рассердился: — Лекарство. То самое лекарство, которым твой муж цепляется за жизнь.
— Нет, нет. — Женщина судорожно извивалась, трясясь всем телом еще сильнее. Она засунула в рот три пальца, не в силах сообразить, куда смотреть от подступающей паники: — Он выпил его... Правда всё выпил! Честное слово!!!
— Он не смел. — Вкрадчивая интонация мужчины в чулке не менялась. — Вещь, поддерживающую в нем жизнь, как он мог сожрать за один раз?
Женщина жалко закричала, наконец высунув наполовину язык с мертвенно-бледным налетом, ее губы бессильно опустились, и она едва не заплакала: — Я выпила. Это я выпила.
— Зачем?
— Я боюсь смерти! Умоляю, сжальтесь, верните лекарство...
Мужчина в чулке зловеще усмехнулся: — Выходит, ты тоже подсела?
http://bllate.org/book/33016/4047615
Готово:
