Нань Бяо не взглянул на Бай Цзюйши, а обратился к Линчжу:
— Седьмая госпожа ещё не ужинала? Вон впереди американский госпиталь. После осмотра зайдём в «Вазелин» поужинать — как вам такое предложение?
Линчжу не возражала. С того самого момента, как час назад она передала Нань Бяо контракт, села в автомобиль и приехала в Тяньцзинь, она поняла: в этой игре ей больше нечего делать. Теперь всё свелось к противостоянию между Нань Бяо и девятым господином Баем, а ей оставалось лишь беречь себя до тех пор, пока девятый господин Бай не уладит всё окончательно.
Что до господина Лу — Лу Цзиня, то Линчжу его не особенно волновалась. Она слишком хорошо его знала: если добыча сама не лезет в пасть, то из гордости он никогда не станет её требовать.
Теперь ей не нужен был господин Лу в качестве покровителя, а значит, она больше не станет разменной монетой или подарком в руках этих всемогущих господ.
— Хорошо, — слегка кивнула седьмая госпожа и вместе с Нань Бяо направилась в госпиталь навестить шестую наложницу, не оглядываясь на прошлое — на то время, когда она была всего лишь хрупкой вазой, любимой фарфоровой принцессой при дворе последнего императора, стоявшей рядом с господином Лу.
…
В госпитале почти не было простых людей — в основном толпились богатые господа и иностранцы.
Доктор Ван Цюнь, в золотых очках, уже поджидал Линчжу у входа. Увидев, как Нань Бяо и Линчжу подходят, он сначала кивнул Нань Бяо, а затем сказал Линчжу:
— Состояние вашей шестой тётушки крайне тяжёлое. Сильное кровотечение, инфекция… Даже если удастся спасти, в будущем, скорее всего, она уже не сможет иметь детей. А ребёнок слишком долго испытывал кислородное голодание — боюсь, его развитие будет отставать от нормы.
— Что вы имеете в виду? — Линчжу в прошлой жизни умерла слишком рано и не знала, были ли у шестой наложницы проблемы с ребёнком. — Вы хотите сказать, что мой брат будет умственно отсталым?
— Нет-нет, не до такой степени. Просто ему понадобится больше времени для развития интеллекта. Вашей семье придётся особенно заботиться о нём и уделять внимание обучению, — ответил доктор Ван Цюнь, ведя их в палату к шестой наложнице и новорождённому.
Линчжу хоть и не считала себя виноватой — она делала всё возможное, чтобы всё исправить, — но, увидев мать и ребёнка, лежащих с капельницами, всё же почувствовала лёгкую тяжесть в груди. Это не её вина… но всё же как-то связано с ней.
— Я поняла. Я буду заботиться о нём, — сказала она доктору.
Нань Бяо тем временем без интереса стоял у окна и курил. С пятого этажа он смотрел на Тяньцзинь: внизу копошились грузчики, тянувшие рикши, и воришки, выискивающие подходящий момент для кражи.
— Кстати, доктор Ван, скажите, пожалуйста, когда шестая тётушка сможет поправиться? — Линчжу бросила взгляд на Нань Бяо и нарочно заговорила с врачом подольше, стараясь избежать наедине с ним.
Доктор Ван задумчиво помолчал и ответил:
— Честно говоря, я никогда не видел таких тяжёлых разрывов. Говоря прямо, подозреваю, что ребёнка кто-то насильно вытащил наружу. Но это ваши семейные дела — решайте сами. Что до выздоровления: если повезёт, через неделю она сможет вернуться домой на восстановление, а встать на ноги — только через месяц. Остальное — решайте между собой. Если что — спрашивайте.
С этими словами он поправил очки и собрался уходить по делам.
Линчжу насторожилась и тут же добавила:
— Доктор Ван, с первого взгляда на вас я поняла: вы настоящий профессионал и очень ответственный врач! Не могли бы вы подробнее рассказать, как ухаживать за моим братом? Шестая тётушка, похоже, месяц не сможет за ним присматривать, да и мы сейчас не дома — слуг с собой не привезли, а хороших нянь в Тяньцзине с ходу не наймёшь. Я хочу сама за ним ухаживать.
Доктор, с аккуратно зачёсанными назад волосами, обернулся. Казалось, его никто никогда так не хвалил. Он снял золотые очки и протёр линзы белым халатом:
— П-правда? На самом деле… вам не обязательно самой этим заниматься. Я могу порекомендовать вам опытных нянь — они специально ухаживают за богатыми дамами после родов.
Этот врач, несмотря на строгий внешний вид, оказался на удивление наивным и робким в вопросах, выходящих за рамки его специальности — просто застенчивый парень.
Линчжу нашла в этом что-то трогательное, но не стала его больше мучить. Ей нужно было лишь выиграть время — желательно до тех пор, пока люди девятого господина Бая не придут и не возьмут Нань Бяо под контроль!
— Правда? — с живым интересом спросила она. — Тогда, доктор Ван, расскажите мне прямо сейчас! Надо срочно выбрать няню.
Врач бросил взгляд на Нань Бяо, всё ещё смотревшего в окно:
— Может, стоит посоветоваться с Нань-гэ? Пусть и он присоединится?
— Ага, так этот доктор и впрямь знаком с этим бандитским атаманом.
— Нет, не стоит, — быстро сказала Линчжу. — Он лишь сопровождает меня, остальное я решу сама. Не будем его беспокоить.
Она делала всё, чтобы максимально продлить эту беседу и обеспечить себе безопасность.
Тем временем Бай Цзюйши, вернувшись в своё управление, неторопливо обошёл полицейское управление. Все его подчинённые сразу узнали начальника и мгновенно вскочили, отдавая честь. В здании воцарилась полная тишина.
В главном управлении полиции Тяньцзиня служило более ста человек; остальные были распределены по районам и сотрудничали с концессиями. Бай Цзюйши бегло оглядел зал и, указав на одного растерянного юношу, спросил:
— Где мой кабинет?
Парень показал на самый дальний конец зала:
— Девятый господин, т-там!
Бай Цзюйши кивнул и не спеша направился к кабинету. Через несколько минут он вышел оттуда в сине-чёрной военной форме, с кобурой на поясе и в высоких сапогах. Остановившись перед строем, он громко приказал:
— Все по оружию! Немедленно собрать всех полицейских у бандитского логова на окраине Тяньцзиня! Кто опоздает — будет наказан по воинскому уставу!
Его голос звучал мощно и решительно — совсем не так, как раньше, когда он разговаривал с госпожой Цзинь. Не останавливаясь, он продолжил:
— Сейчас все за мной — в госпиталь! Действовать строго по моей команде. Вперёд!
Едва он произнёс эти слова, как здание полицейского управления задрожало от грохота сапог и звона оружия — сотни людей бросились выполнять приказ.
Был вечер. Лёгкий ветерок развевал плащ на плечах девятого господина. Он подошёл к конюшне, ловко вскочил на коня и, окинув взглядом закатное небо, где после дождя сияла багряная заря, едва заметно улыбнулся.
Он только что прибыл в Тяньцзинь, два дня просидел в плену у бандитов, а ещё убил заместителя начальника управления — эта новость скоро облетит всех, кто захочет знать.
Можно, конечно, жить тихо, не высовываясь, и тогда достаточно просто ничего не делать. Но амбиции Бай Цзюйши были куда шире. Ему нужно было заявить о себе — и показать всем, кто теперь в городе!
Он, Бай Цзюйши, пришёл!
Лу Цзинь сидел в частной комнате на втором этаже ресторана «Вазелин» и ужинал с тремя-четырьмя британцами.
Среди них были представители консульства и британский предприниматель Тони, с которым Лу Цзинь планировал сотрудничество. У всех были дамы, и после взаимных комплиментов начался ужин.
Сестра Тони, сопровождавшая брата, имела ярко-голубые глаза, бледную кожу, кудрявые волосы и высокую шляпу. Она с восхищением смотрела на Лу Цзиня.
Тони, заметив интерес сестры, прямо спросил:
— Господин Лу, а кто это рядом с вами?
Лу Цзинь взглянул на свою спутницу:
— Певица Жасмин.
Жасмин, услышав, как её представили, томно улыбнулась. Сестра Тони тут же перестала обращать на неё внимание и с жаром, хотя и с трудом, проговорила на китайском:
— Я Викс. Мне очень приятно, что вы с братом собираетесь открыть кинотеатр в Тяньцзине. Здесь так мало развлечений! Когда откроется — обязательно пойду!
Лу Цзинь вежливо, но сдержанно ответил Викс. Во время ужина он мельком взглянул вниз и увидел полицейских, направлявшихся к госпиталю.
Господин Лу сделал глоток вина. Его длинные ресницы отбрасывали тень, а глаза, освещённые закатом, сияли, словно цветное стекло.
Тони, отлично осведомлённый о делах в Тяньцзине и очень заинтересованный в Лу Цзине как в инвесторе, тоже выглянул в окно. Увидев масштабную операцию полиции, он нахмурился:
— Говорили, что в полицейском управлении сменили начальника, но несколько дней его никто не видел. А сегодня такой переполох — что происходит?
— Они осмеливаются так действовать даже в японской концессии? — Лу Цзинь узнал всадника, стоявшего ранее рядом с той длинноволосой госпожой, и теперь ему было куда интереснее узнать, кто этот человек, чем слушать болтовню за столом.
— Дело не в дерзости. Полиция должна обеспечивать безопасность в концессиях. Просто обычно при таких масштабных операциях они заранее уведомляют консульство. А мне ничего не сообщили.
— Так кто же новый начальник полиции? — Лу Цзинь наблюдал, как всадник ведёт отряд к окружению госпиталя.
Тони, которого сестра слегка толкнула в бок, напряг память:
— Кажется, его зовут Бай Цзюйши. Раньше он служил у старого генерала, а потом перевели сюда. Он должен был прибыть ещё вчера — я даже хотел отправить ему приветственный подарок, но так и не увидел.
Лу Цзинь медленно моргнул, глядя на госпиталь на улице Наньцзе, и вспомнил бандита Нань Бяо. Теперь всё становилось на свои места.
— Похоже, в Тяньцзинь пришёл лев, желающий занять здесь своё место, — сказал он с лёгкой усмешкой.
Тони рассмеялся:
— Да он всего лишь полицейский. Даже если сильно постарается, всё равно не сравнится с вами, господин Лу!
Тони всегда презирал этих грубых полицейских — они, по его мнению, были как тля на пшеничном поле: вечно лезут не в своё дело, то и дело сбиваются с бандитами и требуют взяток. Если бы не дружба с британским консулом, он давно бы с ними покончил.
Ему было совершенно безразлично, кто кого свергнет в этой стране. Он просто хотел заработать.
Эта земля была словно свежеиспечённый пирог — огромная, населённая и богатая. Идеальное место для бизнеса!
Тони был честным предпринимателем. Он пригласил Лу Цзиня на ужин, чтобы познакомить с сестрой. Он знал, что Лу Цзинь — человек с большими возможностями, и если они станут роднёй, то заработают не на одну, а на десять жизней!
Лу Цзинь больше не расспрашивал. Его мысли были заняты той невероятно красивой длинноволосой госпожой, которую он видел ранее.
Он встречал множество красавиц, но сегодняшняя мимолётная встреча заставила поблекнуть все прежние воспоминания.
Господин Лу всегда тяготел к западному: новым технологиям, моде, удобствам. Но никогда не думал, что древнее ханьское платье и чёрные волосы могут так ослепить его, словно звёзды упали прямо в его глаза.
Любоваться красотой умеют все, но Лу Цзинь был особенно упрям: он хотел завладеть прекрасным и выставить это на всеобщее обозрение — смотреть можно, трогать — нельзя.
— Я всего лишь торговец. Мне до них, чиновников, далеко, — скромно улыбнулся Лу Цзинь и осушил бокал светлого вина. Когда он поставил бокал на стол, тот издал звонкий звук — словно его давно не тревожившееся сердце тихо дрогнуло при воспоминании о той, что была подобна картине.
…
Нань Бяо потушил сигарету и обернулся — Линчжу исчезла.
Он слегка нахмурился, но не особенно обеспокоился: вся её семья у него в руках, так что бежать ей некуда.
Он небрежно бросил окурок на пол и пошёл искать седьмую госпожу. Заглянув в кабинет доктора Ван, с которым обычно ладил, он увидел, как тот держит руку Линчжу и что-то ей объясняет.
Нань Бяо нахмурился ещё сильнее. С одной стороны, он гордился: его избранница и вправду неотразима, раз даже такого скромного доктора свела с ума. С другой — раздражало, что она так привлекает мужчин. Но тут же подумал, что, возможно, слишком мелочен, и решил просто войти и присоединиться к разговору.
Однако дверь оказалась заперта изнутри!
— Откройте! — голос Нань Бяо прозвучал раздражённо. Через стекло он видел, как Линчжу что-то говорит врачу, а потом медленно направляется к двери.
В этот самый момент с обоих концов коридора появились люди. Они окружили Нань Бяо, стоявшего посреди пустого прохода.
У Нань Бяо мгновенно зазвенело в ушах! Он не мог поверить своим глазам: к нему шагал Бай Цзюйши с пистолетом в руке. Выругавшись, он изо всех сил ударил ногой в дверь и закричал:
— Быстро открывай!
http://bllate.org/book/3301/364810
Готово:
