Цзян Чэнь: Разве карьера Цзян Фэя — это карьера, а моя, по-твоему, нет?
Цзян Синго не придало этому значения: Какая у тебя карьера? Даже нормальной работы нет, разве она может сравниться с тем, что у твоего брата? Если ты просто будешь вести себя тихо и послушно, это лучше всего на свете! Сяо Фэй, звони директору Ли, скажи, что квота переходит к нему немедленно.
Цзян Фэй обрадовался и уже собирался позвонить директору Ли.
Цзян Чэнь: Если хочешь облажаться во второй раз, тогда звони.
Цзян Фэй тут же вскочил на ноги и взревел: Цзян Чэнь, в чём разница между первой и второй партией? Ты даже в такой мелочи не хочешь помочь, почему ты такой холодный и эгоистичный?
Цзян Чэнь хмыкнул, и уровень его насмешки мгновенно достиг предела.
Как у тебя хватает наглости такое говорить? Я должен и копить тебе на квартиру, и продавать квоту ради твоего продвижения и богатства, тогда перестань звать меня младшим братом, лучше сразу зови меня папашей.
Цзян Чэнь обычно не был столь язвителен, если только не мог больше сдерживаться.
Он снова поддел Цзян Синго: Папа, а вы что скажете? Только отец будет всей душой радеть за сына, иначе с чего бы кому-то так выворачивать душу наизнанку и без единой жалобы?
Лицо Цзян Фэя от злости прямо позеленело.
Цзян Чэнь холодно бросил Цзян Фэю: Хочешь квоту — пожалуйста, давай оформим раздельное проживание: я — глава домохозяйства, ты записываешься ко мне в сыновья, с этих пор будешь звать меня папой, тогда раз уж я твой отец, с со мной, естественно, будет легко договориться.
Цзян Фэй задрожавщей рукой указал на Цзян Чэня и выругался: Ты и впрямь хладнокровное чудовище, с самого детства твои игрушки — и те, если ломались или разбивались, ты никому не давал.
Когда ты вырос, ты довел человека до смерти, семья хотела выплатить компенсацию, а ты упирался всеми силами и не соглашался, из-за этого дома каждый год не было покоя. Иметь такого младшего брата — просто позор!
Разбитые игрушки? Это потому, что старшие мальчишки, которые обижали его, хотели отобрать его игрушки. Раз уж их не получалось защитить, он предпочитал их разбить.
Что же до доведения до смерти — это и вовсе были полные россказни.
Его одноклассник по средней школе Лю Циди сорвался с обрыва во время выпускного путешествия всего класса.
Тогда он ухватился за полу его одежды, но из-за силы падения ткань быстро выскользнула, и Лю Циди полетел вниз. На дне обрыва бурлила стремительная река, и судьба Лю Циди до сих пор оставалась неизвестной.
Из-за этого тетя Лю затаила на него обиду и год за годом приходила в их дом молоть всякий вздор. Отец же, стремясь замять дело, вечно норовил откупиться деньгами.
Цзян Чэню оставалось только смеяться: когда не хватает аргументов в споре, всё выворачивают наизнанку и переходят на личности. И этот его братец поистине добился немалых успехов.
Цзян Чэнь поленился возиться с ним и уже собирался пойти на кухню помочь, но Цзян Фэй не отставал.
Куда это ты уходишь, совесть заговорила? У тети Лю пропал ребенок, так почему бы нашей семье не дать немного денег в утешение, а ты обязательно упираешься, ты просто бессердечное чудовище.
Цзян Чэнь: Легко рассуждать, когда сам не в деле. Она же просто вымогает деньги: появится первый раз — будет и второй. Если хочешь раскошелиться из собственного кармана, я не стану тебя останавливать, можешь прямо сейчас перевести ей деньги.
Цзян Синго тем временем встал на сторону Цзян Фэя: Проблемы, которые можно решить деньгами, — вовсе не проблемы. Она приходит скандалить каждый год, тебе не надоело, а мне надоело!
Цзян Чэнь резко ответил ему: Раз вы такой богач, не занимайте денег на покупку квартиры своему сыну, не заставляйте мою маму унижаться и просить у меня взаймы!
Раз уж вы все тут толстосумы, то я спокоен. Больше я денег занимать не буду, оставлю себе на квартиру.
Цзян Синго взревел: Цзян Чэнь, по-моему, ты совсем от рук отбился! У тебя в глазах вообще есть я как отец?
Цзян Чэнь хотел было огрызнуться в ответ, но Шэнь Хун прервала их:
Наорались уже? Если нет, то выметайтесь отсюда и орите на улице!
А ты, по фамилии Цзян, что значит проблемы, которые можно решить деньгами, — не проблемы? У тебя что, денег куры не клюют? Когда эта баба по фамилии Лю приходит скандалить, разве не я каждый раз принимаю удар на себя? Мне-то не надоело, с чего тебе черт побери надоело!
Цзян Синго: […]
Цзян Фэй, сколько раз я тебе повторяла: твой младший брат не хочет продавать квоту, он сам дает тебе денег на квартиру, а ты всё заришься на его квоту! До чего же ты додумался до такого? Он тебе младший брат, а не папаша, с какой стати твой брат должен изо всех сил стараться ради тебя?
Цзян Фэй: […]
Шэнь Хун снова перевела взгляд на Цзян Чэня.
Цзян Чэнь крепко сжал губы, а затем услышал, как мать прикрикнула: Чего стоишь? Мой руки и садись за стол, ждешь, пока я тебя сама с ложечки кормить буду?!
Цзян Чэнь: […]
Стоило грозной матушке проявить нрав, как все трое тут же притихли.
*
На следующий день в пять часов утра Цзян Чэнь собирался тихонько отправиться на самолет, но, открыв дверь комнаты, неожиданно увидел, что завтрак уже расставлен на столе.
Шэнь Хун: Садись поешь, перед тем как ехать.
Цзян Чэнь сел за обеденный стол и, опустив голову, принялся за еду.
Шэнь Хун: Хорошенько развлекись в Ином мире, не порть эту драгоценную возможность из-за домашних неурядиц.
Цзян Чэнь неопределенно хмыкнул в ответ.
Шэнь Хун продолжила: Твои деньги семье больше не нужны. В этот раз твой отец и твой брат поступили неправильно, пусть сами ломают голову, как выкрутиться, так им и надо!
Цзян Чэнь на мгновение замер с палочками в руках: Хорошо.
Шэнь Хун вздохнула: Мама тоже перед тобою извиняется. Раз ты не хотел продавать квоту, мне следовало поискать другой выход, и с чего это я помрачилась рассудком и заставляла тебя зарабатывать деньги на квартиру твоему брату? В этом деле мама поступила неправильно.
Цзян Чэнь допил последний глоток каши и покачал головой: Я никогда на вас не сердился!
Хотя вы тоже проявляли предвзятость, но по крайней мере в глубине души вы всё же думали о нем.
Шэнь Хун: Мама впредь будет внимательнее. Ладно, хватит об этом, я провожу тебя в аэропорт. Попав в Иной мир, слушайся гида, не броди где попало и держись ближе к туристической группе, понимаешь?
Цзян Чэнь покатил чемодан и вышел вслед за матерью за дверь: Мама, в этой поездке не положено живого гида, на протяжении всего пути нас обслуживает ИскИн в умных наушниках.
Шэнь Хун: Разве эта штука может быть надежной?
Цзян Чэнь: Вещь стоимостью в миллион уж точно надежна.
Добравшись до аэропорта и сев в самолет, Цзян Чэнь в четыре часа пополудни наконец прибыл к подножию Куньлуня.
Нынешний Куньлунь уже превратился в туристическую достопримечательность: туристы со всех концов света валили сюда нескончаемым потоком, и всё ради того, чтобы взглянуть на те самые волшебные Бронзовые Врата.
Можно сказать, что с появлением Бронзовых Врат Китай превратился в курорт, о котором мечтали люди по всему земному шару.
http://bllate.org/book/32998/4044535
Готово:
