— Да, — кивнул водитель, и остальные тоже закивали.
Се Вэньнин посмотрел на Тан Лань, которая сейчас выглядела весьма солидно и по-деловому.
Тан Лань заявила, что отправляется копать побеги бамбука, и действительно собралась за ними. Однако перед самым уходом об этом узнали сотрудники ассоциации по защите животных и потребовали осмотреть и зарегистрировать эту панду — Се Вэньнина.
Услышав это, Се Вэньнин тут же бросил Тан Лань:
— Бежим!
Шутки в сторону, при осмотре панды сделают всё что угодно... Он ведь вовсе не настоящая панда, как он мог позволить им распоряжаться собой!
— Не бойся, я сберегу твою невинность, — усмехнувшись, Тан Лань подхватила Се Вэньнина на руки, оседлала свой мотоцикл и была такова. — Товарищи, я поехала! Дело с пандой беру на себя! У меня тут еще есть секретное задание! До встречи!
— Товарищ Тан! Постойте! Они говорят, что уже едут! — глядя на то, как мотоцикл уносится всё дальше, сотрудник полиции в отчаянии уставился в свой телефон. — Можете не приезжать, товарищ Тан сказал, что у него секретное задание, и уехал.
[Уехал?!] — взревел в трубку профессор. — [А как же панда?]
— Увёз, — в новом приступе отчаяния полицейский обхватил голову руками. — Другой товарищ... так что... наверняка всё сделает как надо, а потом вернет панду на место.
[Хм! Только попадись он мне!] — судя по всему, профессор был вне себя от ярости, после чего бросил трубку.
Полицейский тяжело вздохнул и, уставившись на телефон, подумал о том, что он даже погладить панду не успел...
—
Тан Лань привезла Се Вэньнина к подножию горы в деревне Мо, о которой говорил полицейский. На полях еще вовсю трудились люди, а стоило поднять голову — на склоне зеленели заросли бамбука, хотя в эту пору сезон побегов уже подходил к концу.
Се Вэньнин обернулся и бросил взгляд на гору:
— На самом деле, вовсе не обязательно искать свежие.
— Нет, нужны только свежие, — Тан Лань, казалось, пробудила в себе какие-то инстинкты заботливого хозяина, твердо вознамерившегося скармливать своему питомцу исключительно самую лучшую и свежую еду.
Видя людей у подножия горы, Се Вэньнин похлопал её по руке:
— Я все равно слишком приметный, спрячь меня в рюкзак.
Тан Лань погладила рюкзак:
— Оставить тебе щелочку для обзора, пойдет?
Се Вэньнин немного поколеблелся и кивнул:
— Пойдет.
Тан Лань повесила рюкзак спереди, расстегнула молнию, чтобы Се Вэньнин мог туда забраться, и оставил небольшую щель, в которую было видно окрестности, так что замкнутого пространства не получилось.
— Ну как? — спросила Тан Лань.
— Нормально, — Се Вэньнин выглянул через расстегнутую молнию рюкзака и с облегчением вздохнул. Вроде бы неплохо, хорошо еще, что он сам по себе небольшого роста.
Тогда Тан Лань, с пандой за спиной, подошла к краю поля и попросила у какого-то дядечки мотыгу. Тот удивился:
— Вы только сейчас собрались копать бамбуковые побеги? Толку чуть, самые лучшие уже давно выкопали.
— Совсем ничего не осталось? А мне очень нужно, — нахмурившись, спросила Тан Лань. — Подойдут любые, лишь бы не старые.
Дядечка покачал головой, но потом кивнул:
— Ну, совсем без ничего не останешься, на некоторых стеблях побеги еще довольно мягкие.
— Спасибо, я сразу туда, — Тан Лань закинула мотыгу на плечо и полная энтузиазма побежала в гору.
Дядечка крикнул ей вслед:
— Постои-ка, парень! Лицо у тебя знакомое! Мы часом не встречались?
— Показалось! Вы ошиблись! — эхом разнесся голос Тан Лань среди горных деревьев.
Дядечка почесал в затылке, достал телефон, чтобы полистать короткие видео, а заодно взглянул на заголовки новостей, как вдруг хлопнул себя по лбу:
— Да он же не ошибся!
С этими словами он сунул телефон в карман, развернулся и побежал в гору вслед за Тан Лань.
Опасаясь, как бы дядечка их не догнал, Тан Лань уже убежала довольно далеко. Се Вэньнин огляделся по сторонам:
— Давай просто нарвем каких попало и пойдем назад. К тому же их всё равно нужно варить перед едой, иначе я их не осилю.
Тан Лань цокнула языком:
— Ты же теперь панда, а такой переборчивый.
Она огляделась и, заметив торчащий в стороне побег высотой с полчеловека, подошла и легко надломила его — нежный бамбуковый побег оказался у нее в руках.
— Понюхай, вкусный? — Тан Лань поднесла побег прямо к носу Се Вэньнина.
Тот было хотел принюхаться, но тут же испуганно вжался всей пандой вглубь рюкзака, откуда донесся полный отчаяния вопль:
— Там червяк!
Тан Лань заглянула внутрь и действительно увидела толстую личинку бамбукового мотылька, которая извивалась внутри побега. Усмехнувшись, она сказала:
— А ты пробовал жареные побеги с личинками? Очень вкусно, между прочим.
— Убери, этот выброси, от него будет разить червями, — помолчав, произнес Се Вэньнин. — И вообще, вкусы у тебя похлеще моих. Я-то ем всего лишь тофу, похожее на человеческий мозг, а Тан Лань сразу зарится на насекомых?
Тан Лань слегка улыбнулась:
— Я же так, к слову. Это у тебя запросы специфические.
Она выбросила этот побег и наломала еще несколько. В этот момент из-за деревьев донесся голос дядечки:
— Эй, парень! Я вспомнил, у меня ж дома растет крупный бамбук, наверняка там еще остались побеги!
Услышав это, Се Вэньнин забился на самое дно рюкзака.
Тан Лань выбежала навстречу и встретила дядечку:
— У вас есть какие-то особые условия?
Дядечка простодушно улыбнулся:
— Никаких.
Затем он достал телефон:
— Только сфотографируемся вместе, когда выкопаете.
— ... — Тан Лань перевела взгляд с дядечки на его телефон, приподняла бровь и понимающе улыбнулась: — Так вы хотите сфотографироваться с пандой?
— У нас на юге такое редко увидишь, — не стал скрывать тот.
— Что думаешь? — Тан Лань легонько постучала по рюкзаку.
Се Вэньнин высунул голову и посмотрел на Тан Лань. А что тут поделаешь? Сделать фото ему было не сложно.
— Нельзя? — с замиранием сердца спросил дядечка, не сводя глаз с панды Се Вэньнина.
— Можно, — кивнула Тан Лань. — Пошли, показывай дорогу.
— Сюда-сюда, — с огромным энтузиазмом дядечка пригласил Тан Лань на свой бамбуковый участок. — Это всё мое, дайте-ка поищу... Ага, вот здесь под землей наверняка должны быть побеги.
Се Вэньнин посмотрел вниз: земля была сплошь засыпана опавшими листьями. Тан Лань отбросила их ногой, и впрямь — почва внизу выглядела рыхлой. Отодвинувшись на пару шагов назад, Тан Лань занесла мотыгу и ударила раз — но побегов не оказалось.
Дядечка пояснил:
— Этот бамбук я посадил недавно, так что побеги могут залегать глубоко.
— Тогда еще раз.
На сей раз Тан Лань глубоко вдохнула и снова опустила мотыгу. Пришлось изрядно повозиться, прежде чем показался острый кончик побега. Искоса взглянув на дядечку, она процедила:
— И это они у тебя «могут залегать глубоко»?
Дядечка неловко улыбнулся:
— Кто ж их знает, сами знаете, дикий бамбук... Может, это побеги от соседа Ван Лаоу под землю проросли?
http://bllate.org/book/32979/4041261
Готово:
