Что?! Линь Цанмяо почувствовал, как уровень адреналина подскочил прямо к макушке, и поспешно ударил себя в грудь, однако, к своему неожиданному ужасу, не ощутил сердцебиения.
Послушайте, бабуля, раз у вас нет для этого соответствующего алмазного сверла, так и не беритесь за эту фарфоровую чашку! Вы же перепутали души, и вам-то ладно, ничего, а у меня всего одна жизнь, бабуля! Нельзя ли придумать способ вернуть меня обратно?
Но ты уже умерла, окончательно и бесповоротно.
Мэн По, чье звание тетушки повысилось и которая теперь славно превратилась в бабулю, взмахнула тростью, и дорога под их ногами начала медленно становиться прозрачной. Словно опасаясь, что Линь Цанмяо не поймет ее, она добавила:
Кончилась твоя лавочка. Через пару дней уже кремировать будут.
Проще говоря... вернуться нельзя.
Линь Цанмяо оттолкнул туман и обомлел: он увидел, как родители плачут, склонившись над его телом, Ми Сяо тоже была там, только лица ее разглядеть не удавалось.
Мэн По покачала головой, чувствуя сильнейшую вину, и ее голос стал еще ниже:
Ты пока не паникуй, в качестве искупления я придумала безупречный план.
Мэн По продолжила:
Ты не живой, но обладаешь сознанием, однако и полноценной мертвой душой не являешься, в круг перерождения войти не можешь. Сейчас я могу лишь поместить твою душу в другой мир. Я спрашиваю твоего мнения специально, иначе это выглядело бы слишком негуманно.
Еще мне про гуманность говорят, в подземном царстве дела обстоят весьма продвинуто.
Конечно, в подземном царстве теперь используют систему самообслуживания для перерождения, чтобы снизить затраты на персонал, такова общая тенденция. — Лицо Мэн По приняло угодливое выражение, и она принялась потирать руки.
Раз маленькая жизнь была спасена, Линь Цанмяо слегка перевел дыхание:
Если других вариантов нет, то, раз уж можно выжить, я, конечно, согласен отправиться...
У него была неплохая способность к адаптации и сильнейшая восприимчивость. Какая там к черту душа — если говорить начистоту, это сознание. Если сознание Линь Цанмяо существует, значит, он все еще жив, а если сознания не будет, от него не останется даже доказательств того, что он вообще существовал. Весь он превратится лишь в горстку праха в этом бренном мире, запертую в квадратную коробочку, закопанную глубоко под землей в кромешной тьме, и когда родители тоже умрут, о нем больше никто и никогда не вспомнит.
Он этого не хотел.
Поэтому годился любой мир, лишь бы его сознание как Линь Цанмяо продолжало жить.
Мэн По тут же расплылась в улыбке, и морщины на ее лице на мгновение слились с узором на одежде — трудно было даже сказать, где их было больше.
Хорошо-хорошо, я отправлю тебя прямо сейчас!
Она немного отодвинулась в сторону, и прямо перед ними оказался обрыв:
Потомок, глянь, вон там как раз то место, куда тебе нужно отправиться.
Полагаю, ты не собираешься заставлять меня прыгать вниз? — у Линь Цанмяо появилось недоброе предчувствие.
При всей своей адаптивности он очень боялся высоты.
Именно заставлять прыгать я тебя и собираюсь.
Линь Цанмяо еще не успел опомниться, как Мэн По толкнула его в спину.
Его ноги внезапно оторвались от земли, высокий интеллект мгновенно занял командную высоту, и он завопил прямо в воздухе:
Я что, мать твою, во сне?!
В следующий миг Линь Цанмяо резко проснулся, а одежда уже насквозь промокла от холодного пота.
Все происходившее во сне было до боли отчетливым: он торопливо огляделся по сторонам, увидел плотные пологи со всех сторон, ощутил слишком высокую и жесткую подушку под головой и отчетливо услышал, как кто-то назвал его «младшим сородичем-братом».
В одно мгновение внезапно умерший красавец в древнем стиле из сна, персонаж по имени Сун Цзюй из книги «Сяньюань», виденный в том самом сне во сне, и Мэн По, которая якобы спасла его собачью жизнь... все нити сплелись в единую злосчастную линию.
В ушах Линь Цанмяо стоял оглушающий звон:
Эта Мэн По, чтобы скрыть собственную халатность, давным-давно задумала засунуть меня в этот проклятущий роман! Моя благодарность этой старой карге не знает границ!
Охваченный отчаянием, он растерянно подумал:
Вот черт, меня провели.
Глава 3. Я разговариваю совершенно нормально... то есть запинаюсь
Поразмыслив так и эдак, он понял, что всё уже решено окончательно и жизнь вернуть невозможно.
Старший сородич-брат Сун Цзюй был так искренне привязан к нему и все это время ухаживал за ним у постели больного — судя по всему, этот мир был вполне гармоничным.
Однако он совершенно не желал мириться со своей новой ролью — он вселился в самого ненавистного ему персонажа из этой книги, того самого запинающегося, мямлящего и не договаривающего до конца Цан Мяо!
Младший сородич-брат, у тебя сильно болит голова? Простудные недуги именно таковы, болезнь уходит словно шелковая нить из кокона, к тому же ты слишком спешил во время тренировок, и злотворная ци в твоем теле только что рассеялась, так что слабость организма — дело вполне естественное. Я скоро схожу в аптеку, возьму успокаивающего отвара и поставлю вариться, выпьешь — и заснешь как убитый. — Сун Цзюй платком вытирал мелкие капли пота с его лба и успокаивал его.
Линь Цанмяо... о нет, теперь уже Цан Мяо.
Цан Мяо попытался приподняться, чтобы поблагодарить Сун Цзюя, но тот мягко уложил его обратно:
Тебе лучше не двигаться, я мигом туда и обратно.
Сп... спасиба, старший соро... дич-брат.
Не за что. — Сун Цзюй, казалось, радостно улыбнулся и вышел, прикрыв за собой дверь.
Но в душе у Цан Мяо пронеслись мириады диких лошадей:
Какого черта! Я сейчас что, выдал порцию дерьма? Я что, ртом пукнул? У меня рот пропускает воздух? Я что, в прошлой жизни насолил Мэн По, раз она решила так со мной поступить?! Твою мать! Куда подевался мой четкий, острый на язык слог, способный сходу складываться в статьи? Дайте мне умереть!
Он как раз мысленно презирал себя, как дверь внезапно распахнулась. Он испытал ярость, но испуганный собственным голосом, звучащим хуже, чем у местного дурачка, пока не решался заговорить снова.
Вошедшим оказался его младший сородич-брат, юноша по имени Янь Си, которого Цан Мяо растил с малых лет.
Второй старший сородич-брат? Я слышал, ты заболел. — Тот был одет по-воински, волосы забраны в высокий хвост, а с собой он принес легкий запах пота.
Цан Мяо невольно нахмурился, даже не разглядев как следует его лицо, и отвернулся в другую сторону. Быстро сопоставив все с сюжетом книги, он закатил глаза и подумал:
Нечего тут со своей грязью ко мне липнуть. К тому же, я отношусь к тебе как к брату, а ты хочешь меня уложить в постель? Не знаю уж, на каком отрезке времени мы сейчас находимся, и не затаил ли этот щенок уже воровских замыслов.
Янь Си подошел ближе к кровати и, издав легкий смешок, словно обнажая свою истинную сущность, протянул:
Ну ты и даешь, прикидываешься тут неженкой, чтобы заставить учителя и старшего сородича крутиться вокруг тебя. Учитель лично помогал тебе приводить в порядок меридианы, а старший сородич только что ходил за лекарством, верно? Лежишь тут, в тепле и комфорте... Научился бы я приемам второго старшего сородича, тоже мог бы добиться внимания учителя и старшего сородича, было бы хоть за что.
Цан Мяо не удостоил его ответом.
Мелкий паршивец, если бы не мой нынешний хромой язык, думаешь, я бы не захотел обругать тебя так, что твоя собственная мать тебя не узнала? Впрочем, судя по этому пикированию острием в острие, у Янь Си пока еще не возникло на счет Цан Мяо каких-то тайных вожделений, и это, пожалуй, к лучшему. — подумал Цан Мяо.
http://bllate.org/book/32952/4036856
Готово:
