В голове у Вэнь Лян бурлили самые разные мысли, но на лице по-прежнему сияла та же послушная и вежливая улыбка. Она сказала:
— Мистер У, у меня есть несколько нефритов. Не могли бы вы взглянуть?
В обычной ситуации — неважно, будь то сам У Мо или кто угодно другой — услышав подобное от юной девушки, любой бы фыркнул и выставил её за дверь.
Однако особая, мягкая и спокойная аура Вэнь Лян невольно гасила в людях раздражение и даже заставляла их подстраиваться под её ритм.
У Мо колебался, но, встретившись взглядом с чистыми и прозрачными глазами девушки, словно под гипнозом, кивнул и спросил:
— Какой прозрачности и цвета?
Вэнь Лян сняла с плеча школьный рюкзак, расстёгивая молнию, и ответила:
— Стеклянная прозрачность, императорский зелёный.
Стеклянная прозрачность, императорский зелёный!
У Мо вскочил с места от неожиданности.
Ху Цинмэй, стоявшая рядом с Вэнь Лян, широко раскрыла глаза, глядя, как девушка достаёт из рюкзака два нефритовых камня. Она вдруг засомневалась: не околдовала ли её эта юная особа, когда она привела её сюда?
У Мо смотрел, как тонкие пальчики девушки извлекают из рюкзака два довольно крупных тёмно-зелёных камня, и сердце его невольно забилось быстрее. Особенно его огорчило то, что оба камня лежали в простом тонком полиэтиленовом пакете — от этого зрелища ему стало физически плохо.
Он быстро обошёл письменный стол и пригласил Вэнь Лян присесть на диван для гостей, после чего обратился к Ху Цинмэй:
— Госпожа Ху, не могли бы вы принести нам по чашке чая?
Ху Цинмэй, услышав это, с трудом оторвала взгляд от нефритов, кивнула и поспешила в чайную.
Вэнь Лян, уже устроившаяся на диване, естественно и непринуждённо вынула оба необработанных нефрита из пакета и положила их на деревянный журнальный столик перед собой.
У Мо, увидев это, поспешил спросить:
— Как вас зовут?
— Меня зовут Вэнь Лян. Вэнь — как «тёплый», Лян — как «прохладный».
— Интересное имя: и тёплое, и прохладное одновременно, — улыбнулся У Мо, хотя его взгляд уже давно прикован к нефритам на столе.
Даже издалека было видно, что зелёный цвет обоих камней исключительно чистый. У Мо поправил очки на переносице и собрался встать за фонариком и лупой, но девушка, сидевшая рядом, уже протянула ему мощный фонарик. На её изящном, юном лице играла мягкая и спокойная улыбка:
— Мистер У, можете начать осмотр.
У Мо кивнул, стараясь унять бешеное сердцебиение, и выбрал камень размером примерно с кулак. Светя фонариком, он всё больше поражался.
Это был цельный необработанный камень. Несмотря на трещины и тонкий слой налёта на части поверхности, из него спокойно можно было вырезать несколько кабошонов.
А главное — это ведь стеклянная прозрачность, императорский зелёный!
Но как юная девушка могла запросто достать такие сокровища?
На мгновение в голове У Мо мелькнула совершенно абсурдная мысль: а вдруг она украла их из дома?
Вэнь Лян молча сидела рядом и, наблюдая за сменой выражений на лице У Мо, всё прекрасно понимала. Она не стала прерывать его размышления и спокойно дожидалась, пока он осмотрит оба камня.
Тем временем Ху Цинмэй принесла чай. Вэнь Лян взяла чашку и бегло взглянула на заварку: в ней были видны один чайный почек и два-три листочка. Хотя листья не были идеально ровными, их насыщенный зелёный цвет выглядел очень приятно.
Она сделала глоток: вкус был сладковатый, с лёгкой горчинкой. Чай явно не был собран до дождей — в нём недоставало той особой глубины, что присуща хорошему лунцзину.
У Мо как раз поднял глаза и увидел, как девушка рядом с ним с достоинством и спокойствием смакует чай. В его взгляде появилось новое любопытство:
— Вы любите чай, госпожа Вэнь?
Вэнь Лян моргнула и ответила естественно:
— Мой дедушка любит чай, я немного научилась у него.
У Мо про себя прикинул и осторожно спросил:
— Эти два нефрита у вас — настоящие сокровища. Скажите, зачем вы ко мне пришли?
— Я хочу продать их, — прямо ответила Вэнь Лян.
Хотя он и был к этому готов, сердце всё равно заколотилось ещё сильнее:
— Вы хотите продать их нашему «Нефриту Цзяннаня»?
Вэнь Лян кивнула.
У Мо глубоко вдохнул, стараясь успокоиться, и заговорил:
— Я внимательно осмотрел левый камень. Из него можно сделать пять кабошонов: один крупный и четыре поменьше. Маленькие — по пятьсот тысяч, крупный — миллион. Что касается правого, то в его центре цвет чище, а по краям — хуже. Если делать из него подвески или таблички, получится три изделия по восемьсот тысяч каждое.
Вэнь Лян слушала расценки без малейшего изменения выражения лица. Лишь когда он замолчал, она повернулась к рюкзаку, достала пенал, вынула простой карандаш, встала и взяла тот самый кулакообразный нефрит.
Под изумлённым взглядом У Мо она нарисовала на камне несколько кругов, затем перевернула его и обвела крупный круг на одном из выступов.
После этого она по очереди указала на каждый круг:
— Из этих участков можно вырезать четыре кабошона размером примерно 25 на 18 миллиметров. По пятьсот тысяч — приемлемо. Эти два фрагмента действительно можно разделить на один крупный и один мелкий, но если обойти вот эту трещину и сделать всего один кабошон размером с голубиное яйцо, то три с половиной миллиона — это ещё мало.
Спокойно называя суммы в несколько миллионов, девушка заставила даже такого бывалого человека, как У Мо, на мгновение задержать дыхание.
Он ещё не пришёл в себя, как Вэнь Лян взяла второй, менее ценный камень и двумя чёткими линиями прочертила на нём границы:
— Что до этого камня: если резать так, как вы предложили, три таблички получатся не дороже миллиона. Но если отказаться от боковых частей и оставить только центральную для одной подвески, то полтора миллиона — и то вы не сможете её купить.
Отказаться от боковых частей и оставить только центр?
У Мо приблизился и, когда девушка направила на камень яркий луч фонарика, увидел полосу самого чистого цвета в центре. Его брови непроизвольно дёрнулись: «Жертвовать конём ради спасения короля» — отличный ход!
— В сумме получается около семи миллионов. Я здесь впервые, вы меня не знаете. Давайте знакомиться — шесть миллионов, пойдёт?
Вэнь Лян произнесла это легко и непринуждённо, но У Мо слушал с замиранием сердца — и в то же время с восторгом.
Эти два камня стоили не шесть, а даже восемь миллионов — и всё равно сделка была выгодной.
Их ювелирный дом обычно работал с уже обработанным материалом, а при перепродаже с каждой единицы получал прибыль не меньше миллиона. Шесть миллионов — это настоящая удача.
Поразмыслив, У Мо серьёзно посмотрел на Вэнь Лян:
— Госпожа Вэнь, подождите немного. Я должен позвонить в головной офис.
— Хорошо, — кивнула она, провожая его взглядом, пока он уходил в кабинет.
Примерно через пятнадцать минут У Мо вышел оттуда с сияющим лицом, быстро подошёл к Вэнь Лян и, не скрывая радости, сообщил:
— Госпожа Вэнь, мы берём оба камня. Сейчас приедет эксперт по оценке. Вам, возможно, придётся немного подождать.
Вэнь Лян ничего не возразила, кивнула, затем взяла рюкзак и указала на рабочий стол У Мо:
— Можно мне посидеть напротив вас и немного поработать?
У Мо, который как раз снова взял в руки нефрит, на секунду опешил.
Поработать?
Как это?
Он оглядел девушку, которая, судя по всему, училась в средней школе, и уголки его глаз нервно дёрнулись. С трудом сдерживая гримасу, он кивнул:
— Конечно.
— Спасибо.
Через два часа
Эксперт закончил оценку, юрист одновременно подготовил договор купли-продажи. У Мо подошёл к девушке, всё ещё склонившейся над тетрадью, и своими глазами увидел, что она решает упражнения из учебника по химии для десятого класса. Его губы снова непроизвольно дёрнулись.
Неизвестно, все ли дети в наше время такие взрослые или эта — особенная.
……
Выйдя из «Нефрита Цзяннаня» с чеком на шесть миллионов в кармане, Вэнь Лян подняла лицо к послеполуденному солнцу, слегка щурясь от яркого света.
Всё шло по плану — не слишком быстро, но достойно празднования.
Теперь, вернувшись домой, пора поговорить с мамой откровенно.
Однако Вэнь Лян не пошла сразу домой. Сначала она зашла в банк и, используя поддельное удостоверение личности, сделанное Юйюй, открыла счёт и перевела на него все деньги с предыдущего чека на двадцать пять тысяч.
Затем она отправилась в торговый центр «Юэфэн», где купила ноутбук с хорошей производительностью и установила в него карточку беспроводного интернета. После этого зашла в магазин электроники и приобрела недорогой, но качественный комплект зеркального фотоаппарата.
Когда она уже собиралась возвращаться домой с покупками, спрятав их в свой клетчатый домик, вдруг вспомнила, что у неё до сих пор нет телефона. Поэтому она свернула к отделу сотовых и направилась прямо в магазин AW.
Только она решила выбрать розово-золотой смартфон последней модели и попросить продавца достать новый экземпляр, как свет у прилавка вдруг потемнел, и сверху раздался лёгкий кашель.
Она мгновенно подняла голову и встретилась взглядом с парой изумрудно-зелёных глаз. Глаза были поистине прекрасные — глубокие, словно в них отражались звёзды.
Жаль только, что их обладатель — мерзавец.
Вэнь Лян равнодушно взглянула на него и, повернувшись к продавцу, сказала:
— Этот возьму.
— Подожди, — неожиданно произнёс Сы Хэн.
Вэнь Лян, стоявшая к нему спиной, нахмурилась, но услышала за спиной чистый, звонкий и слегка рассеянный голос:
— Дайте мне такой же.
— Хорошо, подождите немного, — продавец ушёл в подсобку.
Вэнь Лян тем временем подошла к стойке с сим-картами и купила одну.
Сы Хэн, которого полностью проигнорировали, как обычно, лишь пожал плечами.
Оплатив покупку, Вэнь Лян попросила продавца сразу вставить сим-карту, проверила телефон и, убедившись, что всё в порядке, упаковала его и вышла из магазина.
Сы Хэн, не задумываясь, схватил свой смартфон и последовал за ней. Сделав пару длинных шагов, он легко догнал её и, преградив путь, совершенно бесцеремонно спросил:
— Номер телефона какой?
Вэнь Лян подняла на него глаза, явно недоумевая:
— А вы кто?
Сы Хэн на секунду захлебнулся. Перед ним стояла белолицая, нежная девочка, которая за последние дни, казалось, стала ещё милее в сто раз. Он глубоко вдохнул, подавляя желание ущипнуть её за щёчку, и с полным серьёзом соврал:
— Мои туфли остались у тебя. Оставь номер — приду забрать.
— А, — равнодушно отозвалась Вэнь Лян. — Принеси книгу и забери их в нашем классе.
Оставить номер?
Мечтатель.
— Эх, Вэнь-кролик, — Сы Хэн наклонился ближе, — у тебя ко мне предубеждение? Из-за того, что Сы Чэнь подставил тебя, ты теперь ко всем Сы так относишься?
— Извините, — ответила Вэнь Лян, — но у меня действительно предубеждение против всех, кто носит фамилию Сы. А вы, как назло, тоже Сы.
— Ладно, — невозмутимо парировал Сы Хэн, — завтра сменю фамилию на Вэнь.
Вэнь Лян: «…………»
Чокнутый.
Она обошла его и направилась к выходу из торгового центра. Сы Хэн шагал следом, не сдаваясь:
— Точно не дашь номер?
Вэнь Лян резко остановилась, развернулась и, подняв голову, спросила:
— Зачем вам мой номер? Хотите звонить и болтать? Извините, но у нас нет общих тем. Если речь только о туфлях — приходите в понедельник на перемене.
Слушая её холодные, но твёрдые слова, Сы Хэн на мгновение опешил. Месяц назад эта девчонка говорила так же, но без такой решимости.
Он долго смотрел ей вслед, пока она уходила, и в его глазах мелькнула улыбка. Достав новый телефон, он сравнил его со своим старым серебристо-серым смартфоном.
Розово-золотой, конечно, выглядит немного девчачьим… Но если им пользуются вдвоём — почему бы и нет?
Когда Вэнь Лян вернулась домой, на улице ещё не стемнело, но на юге летом в это время уже поздно.
Она ещё не успела войти в дом, как услышала звон колокольчика на велосипеде за спиной и мягкий, но слегка укоризненный голос матери:
— Сяо Лян, ты только что вернулась?
http://bllate.org/book/3290/363786
Готово:
