Се Цзи подшутил:
— Раз уж не хочешь объединяться с Ван Данем, может, со мной?
Движения Цзян Цзичу на мгновение замерли:
— Я не работаю в команде.
Се Цзи изначально не планировал идти вместе с Ван Данем, но после слов Цзян Цзичу ему стало любопытно:
— А почему нельзя с Ван Данем?
Цзян Цзичу ответил:
— Когда выберешься с этого Уровня, сам поймешь.
Напускает тумана. Се Цзи не стал допытываться — сейчас важнее было как можно скорее покинуть Уровень для новичков.
Словно в ответ на его мысли, гроб внезапно задрожал. Снаружи, под проливным дождем, затрепетали погребальные полотна. Крышка гроба медленно приоткрылась, и показалась ладонь Нью Куиня. Его пальцы уже превратились в острые когти, он вцепился ими в края крышки и с силой толкнул... Но крышка не поддалась.
Нью Куинь: «?»
Лунной ночью под дождем, в полумраке поминального зала, непрерывно трясущийся гроб — картина, которая должна была выглядеть жутко, вдруг стала комичной из-за бессильной ярости Нью Куиня.
— Он стал сильнее, — заметил Цзян Цзичу.
— Долго мы его не удержим. Будь осторожен, — ответил Се Цзи.
Железные цепи были достаточно прочными, но замки могли не выдержать напора Нью Куиня. Десять минут спустя опасения Се Цзи подтвердились: замок, не выдержав очередного рывка, разлетелся на куски и с грохотом упал на пол.
Нью Куинь, в жизни не знавший такого унижения, с силой отшвырнул крышку, которую Се Цзи и Цзян Цзичу с трудом удерживали вместе, и одним рывком поднялся из гроба. Лицо его почернело, словно уголь, грудь тяжело вздымалась, а пальцы, сгибаясь и разгибаясь, источали почти осязаемую ауру обиды.
Увидев, как Нью Куинь перешагнул край гроба, Цзян Цзичу преградил ему путь клинком:
— Он очень зол.
Се Цзи усмехнулся:
— Тогда помогу ему остыть.
Он наклонился, подхватил чашу с петушиной кровью и плеснул прямо в лицо монстру.
Нью Куинь: «??»
Даже Цзян Цзичу опешил и с недоверием посмотрел на Се Цзи.
— Говорят, кровь петуха отгоняет нечисть, — невозмутимо пояснил тот. — Смотри, он замер.
Цзян Цзичу поджал губы:
— По-моему, это он от злости на тебя замер.
В следующую секунду Нью Куинь опомнился и, весь перепачканный в крови, рванулся к Се Цзи. Тот легко увернулся, выхватил заранее приготовленный факел и, чиркнув зажигалкой, ткнул огнем прямо в грудь противнику. Пламя оставило огромную дыру в одежде Нью Куиня, но кожа под ней даже не покраснела.
Се Цзи отшвырнул факел и бросился под дождь. Нью Куинь неотступно следовал за ним, нанося удары, от которых воздух свистел, как в бурю. Цзян Цзичу обнажил длинный нож и изо всех сил полоснул монстра по руке. Однако клинок, способный рассечь каменного льва надвое, даже не оцарапал кожу врага, зато рука Цзян Цзичу онемела от отдачи.
Се Цзи бросил Цзян Цзичу быстрый взгляд сквозь пелену дождя. Тот сразу убрал оружие за спину, нагнулся, поднял кирпич, прижимавший край навеса, и швырнул его вдаль. В шумный ливень дыхание и стук сердец были не слышны, и когда оба замерли, Нью Куинь потерял цель. Он постоял в нерешительности, а затем начал бесцельно бродить по двору.
Они стояли недалеко друг от друга, и Нью Куинь, петляя, начал приближаться к Се Цзи. Когда до него осталось всего два метра, монстр внезапно прыгнул. Се Цзи, будучи наготове, увернулся и, схватив кусок каменного льва, отбитый ранее, со всей силы огрел Нью Куиня по голове.
— Он начал видеть! — крикнул Се Цзи.
Нью Куинь пошатнулся, и Цзян Цзичу, оказавшись рядом, в два счета нанес удар ножом по его затылку. Монстр взревел и, развернувшись, попытался схватить Цзян Цзичу. Чтобы пронзить тело острыми когтями, хватило бы мгновения, но Цзян Цзичу не отступил: он резко взмахнул левой рукой, словно вырывая из воздуха некую темную тень.
Когти столкнулись с этой тенью, издав леденящий душу скрежет, после чего рука монстра с силой ударила Цзян Цзичу в живот. Тот принял удар на себя, в его глазах вспыхнула ярость, и он воспользовался моментом, чтобы вонзить нож прямо в глазницу Нью Куиня!
В конце концов, даже у защитной оболочки, не берущей ни нож, ни огонь, были уязвимые места, такие как глаза. Зажав поврежденный глаз, Нью Куинь попятился, бешено извиваясь.
Се Цзи подбежал к Цзян Цзичу:
— Ты в порядке?
Цзян Цзичу покачал головой:
— Глубже лезвие не вошло.
Сила монстра выросла, зрение вернулось, когти стали острее, а интеллект — выше. Он стал куда опаснее, чем прошлой ночью.
— Мы не можем так тянуть всю ночь, — сказал Се Цзи.
Заманить его снова в гроб уже не получится. Он осмотрелся и перевел взгляд на цепи, которые Нью Куинь сбросил с себя.
— Хочешь его связать? Но здесь не за что зацепиться, — заметил Цзян Цзичу.
Земляная дорога была абсолютно пустой, стойки навеса — тонкими, как пальцы. Во дворе, конечно, росли деревья, но если привязать его там, никто из них сегодня не заснет.
Се Цзи о чем-то задумался и спросил:
— Сколько ты еще продержишься?
Цзян Цзичу ответил безэмоционально:
— Пока он не сдохнет.
Се Цзи похлопал его по плечу:
— Не нужно ждать, пока он сдохнет. Дай мне пять минут. — С этими словами он бросился вглубь двора Деревни Нью.
Цзян Цзичу не стал спрашивать, куда ушел Се Цзи, а просто поднял нож, чтобы перехватить бушующего Нью Куиня. Как босс Уровня для новичков, Нью Куинь выглядел довольно жалко. Не прошло и сорока восьми часов, как Се Цзи подвергал его всяческим унижениям, не говоря уже о том, что он выковырял ему глаз, а вонь от куриной крови, хоть ее и смыло дождем, все еще витала в воздухе.
Цзян Цзичу увернулся от атаки и краем глаза заметил опрокинутый гриль. Курица была недоедена, но теперь уже не годилась в пищу. В его душе поднялось раздражение, а непрекращающийся уже несколько часов ливень лишь подливал масла в огонь. Он сжал рукоять ножа еще сильнее.
Может, выковырять и второй глаз?
В тот момент, когда он собирался это сделать, у ворот послышались шаги. Се Цзи вернулся. Его волосы прилипли ко лбу, а черты лица стали еще отчетливее в ночном мраке. Дождевые капли стекали по его бровям, переносице и линии подбородка, словно живые вены. Говорят, люди с тонкими губами холодны сердцем, но на губах Се Цзи всегда играла спокойная улыбка, вселяющая доверие и уверенность. Его темная одежда насквозь промокла, обнажая очертания мышц груди и пресса.
Цзян Цзичу хотел было крикнуть, чтобы тот не красовался, но осекся: рядом с длинноногим Се Цзи шли осел и свинья.
?
Осел и свинья?
Седьмая глава: Книга Жизни и Смерти, свинья, осел и босс. Кто бегает быстрее?
Цзян Цзичу даже не успел задать вопрос, как Се Цзи уже вел животных вниз по ступеням. Подойдя ближе, он заметил, что на мордах у них надеты уздечки. Сопоставив это с длинными крючьями на цепях, Цзян Цзичу сразу понял, что задумал Се Цзи.
Этот парень... слишком...
— Не стой, помогай! — поторопил Се Цзи. — Давай обмотаем цепями Нью Куиня!
Хотя у Нью Куиня была огромная сила, его скорость оставляла желать лучшего. А так как Се Цзи и Цзян Цзичу были куда проворнее обычных людей, обмотать цепи вокруг монстра оказалось делом техники. Закончив, Се Цзи прикрепил концы цепей к уздечкам осла и свиньи и, потянув Цзян Цзичу за собой, бросился в укрытие под навес.
Когда Нью Куинь снова бросился на них, Се Цзи швырнул зажигалку под ноги животным. Монстр даже не успел коснуться их, как почувствовал рывок: осел и свинья, рванувшие в разные стороны, потащили его за собой в темноту, в сторону конца дороги.
Нью Куинь: «???»
На проселочных дорогах Деревни Нью не было фонарей. Силуэт Нью Куиня быстро растворился в ночи, а из-за сильного дождя от него не осталось даже следов.
Се Цзи отряхнул руки от ржавчины и с интересом спросил Цзян Цзичу:
— Как думаешь, кто бегает быстрее: осел или свинья?
Цзян Цзичу смотрел на три удаляющиеся фигуры и с трудом нашел в себе силы ответить:
— В любом случае, оба быстрее Нью Куиня.
Се Цзи рассмеялся. Он повернулся к своему напарнику: Цзян Цзичу по-прежнему сжимал нож, стоя с идеально прямой спиной. Даже глядя на то, как уволакивают монстра, он лишь слегка расслабился, но в его глазах не было радости от увиденного шоу.
— Весело, правда? — спросил Се Цзи.
— Слишком рискованно, — отрезал Цзян Цзичу.
— Ты еще такой молодой, а уже совсем не умеешь радоваться жизни.
— А у тебя довольно специфические вкусы.
Се Цзи подумал про себя: «С виду такой серьезный, а дерзит не хуже любого другого». Он хотел что-то ответить, но внезапно уловил запах крови, исходящий от самого Цзян Цзичу.
— Ты ранен? — спросил Се Цзи.
Цзян Цзичу запоздало оглянулся на свою спину, но ничего не увидел.
— Наверное, рана разошлась, — безразлично сказал он.
Се Цзи развернул его за плечо: на спине Цзян Цзичу под дождем расплывалось огромное кровавое пятно. Даже в таком состоянии он говорил так легкомысленно — нынешняя молодежь совсем себя не бережет.
— У нас в доме есть аптечка, — сказал Се Цзи. — Пошли, перевяжем.
http://bllate.org/book/32883/4025892
Готово:
