— Если вы, учитель, пожелаете, Янь Дань может предложить вам нечто гораздо большее.
Юноша был одет в синие одежды, его тонкие брови и ясные глаза излучали мягкое спокойствие, а уголки губ трогала улыбка. Держался он изящно, производя впечатление благородного и непринужденного человека. Янь Дань совершенно не скрывал истинную причину своего визита и с улыбкой обратился к Цзи Хао:
— Янь Дань движим лишь самыми искренними побуждениями, надеюсь, учитель хорошенько всё обдумает.
Теми кто стремится стать правителем, должны двигать не только крепкое тело, решительные методы и острый ум… В то же время им следует научиться использовать собственные преимущества, вовремя пускать в ход козыри, заманивая ими противника, дабы переломить нынешнее незавидное положение дел… Всё это ведь вы преподали А-Чжэну, учитель? — Янь Дань поднял голову и машинально взглянул туда, куда ушел Чжао Чжэн. Лишь убедившись, что тот еще не вернулся, он продолжил приглушенным голосом.
Разумеется, в данный момент ему вовсе не хотелось портить отношения с этим другом из царства Цинь, но какой-то мальчишка по имени Чжао Чжэн, бывший всего лишь сыном циньского заложника, шел ни в какое сравнение с проницательным и понимающим конъюнктуру ученым.
— Янь Дань глуп и до крайности стыдится этого, но лишь услышав от А-Чжэна переданные вами слова, я почувствовал, как пелена спала с моих глаз.
В эту эпоху, разрываемую пламенем войн, таких дешевых пешек-заложников, как Чжао Чжэн, было слишком много. И все же Янь Дань неизменно верил, что его собственное будущее и судьбы подобных людей — суть вещи совершенно разные... Пусть он и находился не в царстве Янь, он все равно оставался законным наследником его престола. Сейчас он остро нуждался в огромном количестве умных людей — умных людей, способных трезво оценивать обстановку и понимать истинное положение дел, чтобы они помогали ему. Помогали вернуться в царство Янь и взять в свои руки верховную власть. Наставник Цзи Хао был тем самым незаменимым человеком, о чьем местонахождении Янь Дань наводил справки долгое время. Прослышав весть о том, что Цзи Хао странствует по миру и направляется в Ханьдань, юноша поначалу хотел немедленно отправить людей переманить его на свою сторону, но испугался, что его искренности окажется недостаточно и ему откажут. Из-за этого он промедлил день, а на следующий день после того, как его принял ван Чжао, в спешке собрался отправиться к жилищу Цзи Хао, но кто бы мог подумать... Его уже опередил другой.
Больше всего Янь Дань удивило то, что человек, укравший у него Цзи Хао, тоже оказался заложником из царства Чжао, к тому же совершенно безвестным. Это впервые пробудило у юноши слабый интерес к имени Чжао Чжэна, смешанный даже с долей пытливости и враждебности. Тот факт, что этот парень, который был младше его на несколько лет, сумел в кратчайшие сроки получить информацию и успешно заставить Цзи Хао взять его в ученики, означал, что в будущем он вполне может стать огромной преградой на пути к процветанию царства Янь. Вот почему, узнав, что Чжао Чжэн происходит из рода правителей царства Цинь, Янь Дань начал исподтишка наблюдать за этим юношей.
Немногословный, прямой, упрямый, дикий... и к тому же простофиля. Поведение Чжао Чжэна по отношению к знатным сынам царства Чжао вызывало у Янь Даня лишь крайнее презрение за свою детскую нелепость. Он явно переоценил его в своих прежних оценках: человек, совершенно не знающий светских приличий, ничем не отличающийся от простолюдина — разве можно было решить хоть какие-то проблемы с помощью беспорядочных тумаков и пинков? Чжао Чжэн попросту испытывал предел терпения тех господ. С учетом того, сколь сильную обиду и недовольство питал ныне ван Чжао по отношению к царству Цинь, подобные действия Чжао Чжэна не принесли бы ему ни малейшей дополнительной выгоды, кроме как завуалированного отрезания путей к выживанию в городе Ханьдань. Такой глупый принц был лишь позором для столь выдающегося наставника. После этого Чжао Чжэн более не стоил того, чтобы тратить на него время и силы.
С того самого дня Янь Дань прекратил следить за Чжао Чжэном, а после череды вздохов и сожалений воспоминания о Цзи Хао также постепенно начали стираться из его памяти. Так продолжалось вплоть до того дня, ровно два года спустя, когда отмечался седьмой день рождения Чжао Чжэна. Тогда к нему явился Ци И, сын сановника из ближнего круга ван Чжао, и заявил, что хочет познакомить его с одним братом по духу. Хотя юноша не испытывал ни малейшего интереса к подобным золотым деткам, он все же небрежно согласился. Янь Дань прекрасно понимал, чего именно он хочет: Ци И был сыном влиятельного сановника, и по всем законам человечности и здравого смысла ему следовало завязать с ним знакомство и постараться расположить к себе.
Однако судьба, казалось, намеренно издевалась над ним: когда он увидел появившихся перед ним Ци И и Чжао Чжэна, закинувших руки друг другу на плечи... прекрасное лицо юноши не смогло сдержать черной тучи, опустившейся на него. Янь Дань скрежетал зубами, до боли сжимая кулаки там, где Ци И не мог этого видеть. Почему так?! Ведь всего два года назад Ци И прибегал к нему жаловаться, выспрашивая, как бы потихоньку свести в могилу этого проклятого потомка разбойников-циньцев! Кто бы мог подумать, что всего за каких-то два года они уже станут называть друг друга братьями!
Эти воспоминания, словно клеймо позора, день и ночь терзали гордыню Янь Даня и подтачивали его терпение, пока во время одной из случайных бесед с Чжао Чжэном он наконец не выяснил, каким же образом этот глупый мальчишка сумел сойтись с Ци И.
— Учитель говорил, что теми, кто стремится стать правителем, должны двигать не только крепкое тело, решительные методы и острый ум… В то же время им следует научиться использовать собственные преимущества, вовремя пускать в ход козыри, заманивая ими противника, дабы переломить нынешнее незавидное положение дел. Раз уж Чжао Чжэн — потомок могущественного Цинь, ему, естественно, не следует ничего бояться.
— Учитель? Это наставник А-Чжэна? — юноша улыбнулся, пряча в глубине глаз зависть и злость, и мягко переспросил: — Это всё наставник обучил А-Чжэна?
— Да. Человек, вызывающий у Чжао Чжэна величайшее восхищение в этой жизни... это учитель.
— Позволь полюбопытствовать, кто же учитель А-Чжэна? Должно быть, он человек глубоко дальновидный и ученый... Не мог бы ты представить меня ему?
— Это... мне нужно спросить мнения учителя. — Прежде молчаливый и решительный юноша вдруг замялся и не дал Янь Даню четкого ответа, лишь невнятно уйдя от этой темы. И только после того, как Янь Дань еще несколько раз настойчиво расспрашивал его, ему стало известно о существовании Цзи Хао.
Проведя вместе какое-то время, Янь Дань уже досконально изучил нрав Чжао Чжэна: тот, пускай и был немногословным и упрямым, оставался добрым ребенком. А Янь Дань лучше всего умел обращаться именно с такими людьми, как Чжао Чжэн. Используя их общее положение заложников, он очень легко сблизился с Чжао Чжэном, заставив того отбросить настороженность. К тому же этот Чжао Чжэн: чем лучше ты к нему относился, тем щедрее он платил тебе за добро в будущем. В конце концов, стоило Янь Даню мимоходом помочь матушке Чжао Чжэна, Чжао Цзи, в двух мелких делах, как этот глупый мальчишка наконец согласился представить его Цзи Хао.
— Если бы учитель мог в свободное время уделять Даню хоть немного наставлений... было бы просто замечательно. — Юноша с черными волосами и нефритовым венцом на голове изогнул губы, прищурив глаза, и улыбнулся чистой и прекрасной улыбкой. Словно источающая тонкий аромат орхидея, он манил и очаровывал человеческие сердца.
Янь Дань без следа стер со своего лица воспоминания и вспышку зависти. Даже теперь он искренне считал себя в тысячу раз превосходящим Чжао Чжэна... То, что под силу Чжао Чжэну, ему под силу тем более, а то, чего Чжао Чжэн дать не в состоянии... Янь Дань сможет предоставить! Спустя много лет именно он станет назначенным правителем царства Янь.
— Наследный принц слишком высоко ценит Цзи Хао. Если возникнет нужда, Цзи Хао непременно окажет всю возможную помощь... — Цзи Хао понимал, что сегодня ему уже не уклониться — Янь Дань явился подготовленным, а его цель заключалась не в чем ином, как в том, чтобы укротить их домашнего глупыша: — Только вот Цзи Хао человек низкого происхождения и прекрасно знает, что ему не место за красными стенами, так что прошу наследного принца снизойти до этого места.
— Разумеется! — Черные глаза юноши внезапно засияли, и в этом блеске проступило почти детское торжество. На красивых губах расцвела изящная улыбка, Янь Дань лукаво прищурился, совершенно не скрывая радости от того, что ему удалось привлечь Цзи Хао на свою сторону: — Тогда Янь Дань заранее благодарит учителя.
— Наследному принцу не стоит проявлять столько излишней вежливости. — Молодой человек чувствовал себя беспомощным, но не мог открыто противостоять Янь Даню. В этом огромном городе Ханьдань... влияние наследного принца Дэня, разумеется, было куда больше, чем у Чжао Чжэна, и даже ван царства Чжао относился к Янь Даню с почестями, подобающими принцу.
Мало того, пусть собеседник и числился заложником, за ним все же стоял титул наследного принца — худой издохший верблюд все равно крупнее лошади, а он всего-навсего скромный учитель грамоты. Если он вздумает упрямо сопротивляться, то пострадает... лишь его собственный глупый ученик, впустивший волка в овчарню.
— Учитель. — Слегка холодный и низкий голос прервал раздумья Цзи Хао. Молодой человек поднял голову и увидел перед собой несколько свитков бамбуковых планок, которые он просматривал несколько дней назад. Юноша с черными волосами и черными глазами неизвестно когда подошел к ним и протянул Цзи Хао свитки: — Всё, что велел учитель, Чжэн-эр принес.
— Чжэн-эр...
— А-Чжэн, — не давая Цзи Хао договорить, наследный принц Дань опередил его, перехватив инициативу. С довольным прищуром и чуть приподнятыми губами он обратился к Чжао Чжэну, словно хвастался: — С сегодняшнего дня мы будем учиться вместе. А-Чжэн, ты должен будешь помогать мне советами.
— Я уже всё слышал. — Юноша по-прежнему не выказал на лице никаких эмоций, лишь молча шагнул в сторону, оказавшись рядом с Цзи Хао. Уставившись прямо на Янь Даня, он неторопливо процедил:
— Я не согласен.
— Чжэн-эр! — изумленно воскликнул Цзи Хао, с показным гневом прикрикнув на него, в то время как в душе его бушевало безграничное восхищение и трепет перед властной аурой будущего Цинь Шихуана, проявившейся во всей красе... Тот самый парень просто взял и бросил Янь Даню в лицо фразу, которую сам Цзи Хао так и не осмелился произнести! Да ты же всего-навсего яньский заложник, а еще смеешь строить из себя крутого перца перед нашим Чжэн-эром! Ищешь смерти!
— Нельзя проявлять неуважение к наследному принцу!
— ...
Поглядите-ка на то, как у яньского наследника на глазах переменилось лицо... Оно же почернело, а потом зазеленялось от злости. Одно слово — кайф!
Чжао Чжэн молчал с полминуты, Янь Дань тоже хранил молчание, да и Цзи Хао ликовал про себя, не пытаясь разжечь огонь разговора. Спустя мгновение его глупый ученик тихонько поднял голову, посмотрел на него, затем перевел взгляд на Янь Даня, чье лицо позеленело от ярости. В его абсолютно черных глазах не колыхнулось ни единой эмоции, и он снова неторопливо бросил:
— Я сказал — не согласен.
— ...
— Чжэн-эр, и куда подевались те наставления об уважении к старшим и почтительности к учителям, что я тебе давал? Как ты смеешь так разговаривать с наследным принцем! — Цзи Хао искривил рот, сдерживая рвущийся наружу смех. Он умирал от желания рассмеяться, но в то же время был вынужден изображать гнев и отчитывать собственного студента, отчего его лицо приобрело несколько искаженное выражение: — А... а ну немедленно извинись перед наследным принцем Янь!
— Учитель, Чжэн-эр знает, что виновен, и после понесет любое наказание по воле учителя. — Юноша развернулся, опустил голову и, отвесив почтительный поклон, склонил в знак согласия шею. В его черных глазах читалась какая-то непонятная для Цзи Хао непоколебимая тишина:
— Но на этот счет я остаюсь при своем. Я не согласен.
— ...
...Кайф!! Молочный брат мысленно бросился вперед и отвесил Чжао Чжэну крепкие объятия. Внешне же он по-прежнему делал вид, что сохраняет невозмутимость и глубокомыслие, наблюдая за тем, как лицо Янь Даня начинает приобретать багрово-лиловой оттенок.
Это было... просто непередаваемо прекрасно...
http://bllate.org/book/32852/4020553
Готово:
