Он уже не помнил, когда в последний раз ощущал этот аромат персиковых листьев.
Вихрь духовной энергии становился всё больше, и в воздухе внезапно возник разлом. Сквозь него открывался вид на совершенно иной мир: поющая весна, цветущие деревья и яркие пейзажи.
Чи Уянь широко раскрыл глаза, наблюдая, как щель расширяется. Изнутри непрерывно вылетали лезвия ветра, срубая деревья вокруг, и несколько стволов с грохотом рухнули на землю.
Картина внутри разлома внезапно сменилась, превратившись в море бушующего пламени.
— Брат Ван, что нам теперь делать?
Высокий, худой мужчина, чье лицо исказилось от порывов ветра, с трудом выговорил эти слова. Он сгустил духовную энергию перед собой, создавая барьер, чтобы защититься от летящих из разлома воздушных клинков. Если так пойдет и дальше, они погибнут от этих лезвий еще до того, как успеют войти в Тайное царство.
Ван Гоудао громко крикнул:
— Окутайте всё тело духовной энергией и прыгайте внутрь! В худшем случае отделаемся легкими ранениями. Если будем медлить, эти лезвия станут еще мощнее!
Разлом раскрылся шире, достигнув трех метров в высоту и одного в ширину. Несколько лезвий ветра внезапно устремились в сторону, где прятались Чи Уянь и Чу Ии. Установленный ранее диск массива вспыхнул: лезвия ударились о невидимую преграду, словно о мягкую стену, и отскочили назад.
Неестественные колебания духовной энергии тут же привлекли внимание пятерых культиваторов.
— Кто здесь?! — раздался капризный женский голос.
Ци Юань со злобой посмотрела в сторону источника возмущения. Этот массив расставила она сама, и она ни за что не позволит кому-то воспользоваться плодами её трудов.
— Брат Ван, держись, я пойду проверю!
Сказав это, Ци Юань стремительно направилась к месту, где скрывались Чи Уянь и Чу Ии. Будучи мастером массивов, она обладала чуткостью к подобным вещам и с первого взгляда определила, где спрятан диск массива возле входа в пещеру.
— Небеса содрогнутся, земля расколется!
После яростного окрика наружу вырвалась мощь культиватора на Поздней Стадии Закладки Основы. Ци Юань ударила ладонью прямо по кустам дикой травы перед собой. В воздухе замерцала рябь, напоминающая водную гладь, и духовная энергия, словно поток воды, хлынула во все стороны.
Диск массива снова ярко вспыхнул. Чи Уянь обернулся и мельком взглянул на него: трещин пока не было. В конце концов, это был массив шестого ранга, он должен был продержаться еще какое-то время.
— Третья сестренка, я помогу тебе!
Мужской голос прогремел, как раскат грома, стремительно приближаясь. Раздался свист рассекаемого воздуха, и волна мечной энергии, напитанная духовной силой, обрушилась на защитный купол массива.
На этот раз диск вспыхнул особенно ярко, а по его гладкой поверхности побежали трещины. Они быстро расползлись, как паутина, по всему предмету — и, вспыхнув в последний раз, диск разлетелся вдребезги.
Дикая трава, скрывавшая Ци Юань, развеялась, обнажая истину: перед ними оказалась замаскированная пещера.
— Благодарю, старший брат, — бросила Ци Юань.
Рядом стоял приземистый, коренастый мужчина с крайне свирепым лицом. Его маленькие глазки почти полностью скрывались в складках жира. Он гневно уставился на вход в пещеру:
— Что за собратья-даосы здесь уединились? Не хотите ли выйти и познакомиться с нами, тремя братом и сестрой из Линьшаня?
Чи Уянь молча извлек бабушку из пространственного мешочка.
— Пошевеливайтесь! — крикнул Ван Гоудао. — Разлом становится всё больше! Я больше не могу его удерживать!
Ци Чжи, сложив руки на груди, принялся с бешеной скоростью менять положения пальцев:
— Техника огненного грома! Посмотрим, как вы сгорите заживо!
Как только он закончил, несколько огненных шаров полетели к входу в пещеру. Раздалось шипение, и, прежде чем Ци Чжи успел среагировать, из пещеры кто-то выскочил и набросился прямо на него. Пара рук, твердых, словно черное железо, намертво вцепилась ему в горло.
— Что это за тварь?! — в ужасе воскликнул Ци Чжи.
— Старший брат! — Ци Юань, чьи глаза налились кровью, выхватила длинный меч и бросилась рубить цзянши.
Но всё внимание цзянши было сосредоточено на шее человека под ней. Она не пила свежей крови уже целый день. Открыв рот и обнажив клыки, она с силой вонзила их в горло своей жертвы, и алая кровь с бульканьем хлынула прямо в пищевод монстра.
Ци Чжи истошно закричал несколько раз и потерял сознание.
— Старший брат!!
Ци Юань была вне себя от ярости, слезы градом покатились из её глаз, но она была всего лишь мастером массивов, её боевой уровень был ограничен. Она не заметила, что Ци Чжи не был мертв, а лишь лишился чувств. Выхватив все имевшиеся у нее диски массивов, она яростно указала на цзянши:
— Демоническое отродье, ты поплатишься за это!
Ван Гоудао, заметив, что обстановка накаляется, крикнул высокому мужчине рядом:
— Чжан Чжэн, держи оборону, я пойду проверю, что там происходит!
Когда прибыл У Сюй, он застал именно эту хаотичную сцену. Существо, прыгавшее по земле, было чем-то непонятным, но его аура полностью совпадала с той, что ощущалась в клане Чи.
А еще...
Взгляд У Сюя переместился на лист дерева бодхи, прикрепленный к массиву. Это была не галлюцинация — настоящий персиковый лист.
В глубинах океана есть гора Душо, на которой растет огромное персиковое дерево. Его ветви раскинулись на три тысячи ли. В северо-восточной части среди ветвей находится Врата Призраков, через которые входят и выходят мириады демонов.
Листья в том массиве были именно с персикового дерева на горе Душо.
У Сюй не стал скрывать своего присутствия и просто возник перед Ван Гоудао и остальными.
— Кто ты такой? — спросил Ван Гоудао, с подозрением глядя на него.Его лицо выражало свирепость, но в душе он не был уверен в своих силах. Уровень культивации этого человека он определить не мог, материал его одежд был ему незнаком, да и держался тот с властностью высочайшего ранга. В общем, этот незнакомец был не из простых, и связываться с ним не стоило.
У Сюй не стал отвечать на слова Ван Гоудао, полностью сосредоточив свое внимание на цзянши. Похоже, гибель людей из клана Ли и душа, пропавшая в Гуйсюй, были как-то связаны с этой тварью. Нет, если быть точным, связаны с тем, кто стоит за этим чудовищем.
Чи Уянь, прячась в пещере, осторожно наблюдал за происходящим снаружи. Он заметил мужчину, появившегося внезапно. Чи Уянь никогда прежде не видел столь безупречной внешности — казалось, человек сошел со страниц романа, и его реальность вызывала сомнения. Черты лица, будто вылепленные в какой-то игре, идеально выверенные пропорции тела, величественная черная мантия с круглым воротом и черный пояс на талии.
Его глаза, подобные глазам феникса, при взгляде на окружающих источали огромное давление. Иссиня-черные волосы, гладкие, словно шелк, ниспадали на спину до самой поясницы, еще больше подчеркивая красоту этого лица.
Столь пристальный взгляд У Сюй, разумеется, заметил. Он повернул голову, и его уровень культивации Стадии Великого Сягания позволил ему с одного взгляда раскусить маскировку Чи Уяня.
Восьмилетний ребенок?
Когда тот человек уставился на него, Чи Уянь невольно задержал дыхание, позабыв, как реагировать. Он мог лишь смотреть в ответ, не в силах оторваться от глаз незнакомца.
Занятно. У Сюй никогда раньше не встречал столь странной судьбы. С самого рождения жизнь этого ребенка была опутана бесчисленными причинно-следственными связями, он был пропитан обидой, словно злой дух, только что выбравшийся из ада. Его путь был полон невзгод, и в этой жизни ему не суждено было обрести мирный конец. Что бы он ни делал, в итоге он всегда оставался один.
Прирожденная звезда одиночества и рока: возлюбленные умирали из-за него, друзья погибали из-за него, все, кто был рядом, по очереди уходили из жизни по его вине. Поистине, поразительная судьба.
Чу Ии, опустив голову, дрожала, прячась за спиной Чи Уяня. Она боялась того, кто только что появился. Этот человек… этот человек определенно видел её насквозь. Внезапно её взгляд упал на пространственную трещину неподалеку, и её паническое сердце чуть успокоилось — она придумала выход.
Пока мужчина смотрел на Чи Уяня, Ван Гоудао достал свой магический артефакт, предназначенный для защиты жизни, и решил нанести внезапный удар. Кем бы ни был этот мужчина — неважно, важно лишь не дать разрушить свои планы. Если правда откроется, его мечта вступить в Секту Шагающих за Смертные Пределы пойдет прахом. Взгляд Ван Гоудао стал жестоким: ради вступления в секту он принес в жертву слишком многое, и каждый, кто встанет у него на пути, должен умереть!
Движимый спешкой и жаждой убийства, Ван Гоудао нанес удар мечом — самый быстрый в своей жизни. Яркое лезвие в ночи сверкнуло, словно молния, целясь мужчине в спину. Расстояние между клинком и целью стремительно сокращалось, и улыбка Ван Гоудао становилась все безумнее.
Почувствовав колебания духовной энергии за спиной, У Сюй насмешливо хмыкнул:
— Ничтожный муравей, как ты смеешь выступать против своего господина?
Он обернулся, в его глазах читалось презрение. Мужчина протянул руку и двумя длинными пальцами легко зажал клинок. В следующее мгновение лезвие разлетелось в щепки, а тело Ван Гоудао отлетело прочь, словно воздушный змей с оборванной нитью.
— Брат Ван!
— Брат Ван! — воскликнули люди, пришедшие вместе с ним.
Ци Юань уставилась на мужчину и потребовала:
— Кто ты такой, в конце концов?
Её женский голос звучал пронзительно, словно осколок разбитого стекла, способный вонзиться в плоть. Она была на грани краха. Успех был так близок, но всё оказалось лишь сном, иллюзией, после которой не осталось ничего. Стоило ей раньше попасть в малое Тайное царство, и она уже была бы в Секте Шагающих за Смертные Пределы.
У Сюй не обратил на неё внимания, вновь переведя взгляд на Чи Уяня. Мальчик растерянно смотрел на него, словно отупел от страха; его ясные глаза были чистыми и глубокими. У Сюй призадумался: в свое время обитатели Преисподней провозгласили его первым красавцем, чьи черты лица были подобны живописи, а облик — снегу, так что вряд ли ребенок был напуган до такой степени.
Человек, переполненный такой жгучей обидой, и при этом обладающий глазами чистоты новорожденного — У Сюй находил это весьма удивительным.
За спиной мальчика прятался кто-то еще. У Сюй присмотрелся внимательнее, и его лицо застыло: оказывается, это вовсе не человек. В его глазах девушка превратилась в существо, покрытое шерстью, с двумя крыльями и рогами на голове.
— Цюн Ци.
Что? Чи Уянь не сразу осознал смысл услышанного. Но вслед за тем, как мужчина произнес это имя, Чи Уянь почувствовал, как человек за его спиной задрожал еще сильнее. Сопоставив слова незнакомца с реакцией спутницы, ответ стал очевиден.
У Сюй пристально посмотрел на Чу Ии:
— Похоже, ты уже однажды умирала.
В этом мире существует только один Цюн Ци. Когда он погибает, рождается новый. Новорожденный Цюн Ци слаб, и в детстве он вынужден прибегать к маскировке, скрываясь в Мире Бессмертных. Лишь набравшись сил, Цюн Ци выходит наружу, чтобы сеять хаос повсюду. Цюн Ци попирает верность и ненавидит честность, он любит лживые речи и признает господином лишь злодея. У Сюй вновь перевел взгляд на Чи Уяня: неужели этот Цюн Ци признал ребенка своим господином? Видимо, она приняла этого мальчика за злодея.
http://bllate.org/book/32801/4013188
Готово:
