— Ты не заметил, что поставил его в неловкое положение?
Голос Фу Ляня звучал приглушенно, но Фу Юй расслышал каждое слово.
Лицо Фу Юя застыло. Только сейчас он осознал, что слишком увлекся и потерял бдительность.
Он ведь тоже был гордостью семьи, но с самого детства жил в тени Фу Ляня. Тот всегда и во всем его превосходил, и стоило Фу Ляню появиться, как все остальные переставали замечать его самого. В последние годы стало еще хуже: даже когда Фу Лянь жил за границей, окружающие продолжали их сравнивать, неизменно утверждая, что Фу Юй ему уступает.
Фу Юй рос, практически не видя, как Фу Лянь выходит из себя. И вот, едва добившись того, что Фу Лянь проявил признаки ревности из-за парных нарядов с Шэнь Мяньчжи, он от радости окончательно потерял голову и опозорился.
Фу Юй с досадой отвел взгляд и украдкой посмотрел на центр зала.
Конечно же, дедушка смотрел на него с явным недовольством. Родители Шэнь Мяньчжи никак не отреагировали, но, будучи людьми воспитанными, они бы и не стали показывать свое недовольство в такой обстановке.
Фу Юй насторожился и поспешил догнать уходящих Шэнь Мяньчжи и его родных. Он быстро привел лицо в порядок, нацепил открытую и светлую улыбку, а в глазах изобразил ровно столько смущения и досады, сколько полагается молодому влюбленному:
— Дядя, тетя, прошу прощения. Так обрадовался, увидев Мяньчжи, что не сдержался. Впредь буду внимательнее.
Фу Юй действительно унаследовал прекрасную внешность семьи Фу. Когда он вот так, извинившись, умерил свой пыл, злиться на него стало почти невозможно.
Линь Янь мягко и сдержанно улыбнулась ему в ответ:
— Понимаю, молодые люди, чувства...
Фу Юй добавил еще несколько приятных слов, окончательно задобрив будущих тещу, тестя и старшую сестру Шэнь Мяньчжи. Выдохнув, он посмотрел на самого Шэнь Мяньчжи.
Тот смотрел на него с легким укором.
Фу Юй виновато улыбнулся, изображая покорного щенка, и беззвучно прошептал губами: Прости.
Фу Лянь наблюдал за этими попытками исправить положение с бесстрастным лицом. Он не стал вмешиваться, но в его взгляде читалась насмешка.
Тем временем Шэнь Мяньчжи, закончив безмолвный выговор своему парню, перевел взгляд на Фу Ляня и вдруг с опозданием понял: Фу Лянь только что помог ему выйти из затруднительного положения.
Казалось бы, холодный и отстраненный человек, он так непринужденно вызволил его из неловкой и запутанной ситуации.
Шэнь Мяньчжи подумал несколько секунд и, как только его парень отвернулся, едва заметно улыбнулся Фу Ляню, выражая свою благодарность.
Фу Лянь ощутил необъяснимый, почти постыдный прилив воодушевления.
Больше никто не вспоминал о недавнем маленьком инциденте. Гости принялись поздравлять Старшего господина Фу с юбилеем, после чего завязалась беседа с Фу Лянем.
Закончив принимать поздравления от друзей и деловых партнеров, Старший господин Фу, сияя от радости, подтянул к себе Фу Ляня и представил его присутствующим:
— Этот мой внук до недавнего времени жил за границей. И в учебе преуспел, и в бизнесе, вот только все никак не хотел возвращаться на родину. Наконец-то дождался, вернулся.
Старик вроде бы жаловался, но на деле в его голосе слышалась нескрываемая гордость. Собравшиеся здесь были тертыми калачами и прекрасно понимали, как высоко дед ценит Фу Ляня, поэтому принялись согласно поддакивать. В конце концов, старший внук семьи Фу действительно был выдающимся человеком, так что хвалить его было несложно.
— Молодой господин Фу талантлив не по годам! Слышали, что ваши зарубежные дела процветают.
— Истинно так, ученик превзошел учителя!
— Ха-ха, если в будущем удастся поработать с вами, это будет настоящая удача.
Вокруг царила гармония. Старший господин Фу очень любил Шэнь Мяньчжи, поэтому задержал его рядом, долго о чем-то расспрашивая.
Когда разговор закончился, Шэнь Мяньчжи заметил, что родители и сестра поглощены светскими беседами, а Фу Юя вызвала к себе госпожа из семьи Фу. Постояв пару секунд в задумчивости, он позволил младшему брату утащить себя в уголок.
— Повар, которого нанял дедушка Фу, просто мастер, этот тортик очень вкусный. Эй, брат, смотри туда, — Шэнь Яо, поглощая очередной кусочек пирожного, ткнул пальцем в сторону. — Кажется, это госпожа Чэнь. Вот же, небось, собралась сватать Фу Ляня.
Шэнь Мяньчжи посмотрел туда, куда указывал Шэнь Яо, и увидел знатную даму, которая вместе с красивой девушкой стояла перед Фу Лянем, о чем-то беседуя. По всему было видно, что она хочет свести молодых людей.
Шэнь Мяньчжи украдкой наблюдал, ему было любопытно, как отреагирует его холодный старший брат.
Там, в стороне, Фу Лянь сохранял вежливую, но отстраненную позу. Он выслушал женщину и ответил на что-то, но из-за слишком большого расстояния Шэнь Мяньчжи не расслышал слов. Однако, глядя на разочарованные лица матери и дочери, которые вскоре удалились, можно было понять, что Фу Лянь им отказал.
Ожидаемый результат. Шэнь Мяньчжи отвел взгляд и остановил Шэнь Яо, уже тянувшегося за пятым пирожным.
Только он закончил воспитательную беседу, как объект его недавних наблюдений непонятно когда оказался прямо перед ним.
Шэнь Мяньчжи машинально выпрямился, его лицо стало напряженным, как у школьника, ожидающего проверки формы.
— Тот самый момент... спасибо вам, — искренне сказал Шэнь Мяньчжи.
Фу Лянь покачал головой:
— Пустяки. Это то, что я должен был сделать.
В конце концов, нехорошо, когда гостям становится неловко на банкете, который устраивает хозяин дома.
Эти слова прозвучали двусмысленно, словно он незримо отчитал Фу Юя, заварившего всю эту кашу.
Однако Шэнь Мяньчжи присмотрелся к лицу Фу Ляня и увидел лишь спокойное, открытое выражение. Похоже, это вовсе не было намеком.
Хм, должно быть, показалось.
...
Вторая половина банкета окончательно превратилась в большой светский прием. Старший господин Фу все же был уже не молод, поэтому, попрощавшись с гостями, он отправился отдыхать в люкс отеля, прихватив с собой обоих внуков и оставив отца братьев следить за порядком.
Как только дверь в апартаменты закрылась, лицо Старшего господина Фу помрачнело. Он отчитал Фу Юя:
— Посмотри, что ты сегодня натворил! Обычно ты такой шустрый и смекалистый, а сегодня едва не опозорился!
Фу Юю было неприятно получать нагоняй на глазах у Фу Ляня. Но он не посмел перечить деду и покорно признал вину:
— Это моя ошибка, я был слишком нетерпелив. В следующий раз такого не повторится.
Лицо Старшего господина Фу все еще выглядело суровым.
— Я принесу им свои извинения. Дедушка, не злись, побереги здоровье, — Фу Юй, погасив гнев старика, осторожно предложил: — Я хочу, чтобы Мяньчжи сегодня остался у нас. На банкете было слишком много людей, мы не успели толком поговорить. Я хочу лично его задобрить, дедушка, не мог бы ты мне помочь?
http://bllate.org/book/32751/4005697
Готово:
