Лифт плавно опускался вниз.
Лу Цзин стоял у дверей, мужчина — позади него.
В зеркальной поверхности лифта Лу Цзин заметил, что мужчина выше него на полголовы. Хотя рост самого Лу Цзина составлял 182 сантиметра, рядом с этим человеком он внезапно ощутил некую странную, почти хрупкую миниатюрность.
Этот тип определенно выше метра девяноста.
Внезапно взгляд Лу Цзина похолодел. Он невозмутимо наблюдал за мужчиной через зеркало: с того самого момента, как они вошли в лифт, тот не сводил с него глаз.
Неужели узнал?
Лу Цзин задумался. «Великолепие айдолов» сейчас довольно популярное шоу, и у прежнего владельца тела была хоть какая-то известность. Дзынь! Лифт прибыл. Лу Цзин сильнее натянул кепку, полностью скрывая глаза и переносицу, и быстрым шагом вышел наружу.
Чтобы стать достойным айдолом, поддержание формы — базовая необходимость. У прежнего владельца тела была склонность к полноте, поэтому Лу Цзину приходилось строго контролировать потребление углеводов. Он выбрал цельнозерновой хлеб, молоко, брокколи, зелень, редис и яйца. Купив еще и необходимые предметы быта, он уже собирался идти на кассу, как вдруг остановился.
Мужчина все еще следовал за ним.
Не желая, чтобы за ним продолжали ходить, Лу Цзин обернулся и, сделав широкий шаг навстречу, спросил:
— Журналист?
Мужчина замер на секунду, а затем быстро покачал головой.
Лу Цзин снова спросил:
— Фанат?
Мужчина не понял, что Лу Цзин подразумевает под фанатом, и в замешательстве промолчал. Не дождавшись ответа, Лу Цзин решил, что это и есть фанат. Сначала он был крайне удивлен, но затем подумал: а, ну да, это же новелла в жанре яой, так что ничего странного в том, что у прежнего владельца тела есть фанат-мужчина, хоть этот поклонник и выглядит весьма солидно.
Лу Цзин привычно вытащил из кармана ручку. Это была его привычка — всегда носить с собой ручку, ведь фанатам непросто встретить его, и если они натыкаются на него на улице, он всегда соглашается дать автограф.
Он открутил колпачок:
— Куда подписывать?
На этот раз мужчина понял: Лу Цзин ошибочно принял его за поклонника и хочет дать автограф. Увидев реакцию собственного тела на присутствие Лу Цзина ранее, мужчина навел о нем справки. Он посмотрел все прямые эфиры Лу Цзина и видео с нескольких выступлений в «Великолепии айдолов».
Он не особо понимал, как с таким уровнем мастерства у Лу Цзина могут быть фанаты.
Однако, не желая гасить энтузиазм парня, он принял роль поклонника:
— Негде расписаться.
Голос мужчины был низким и глухим, он говорил, задействуя грудную клетку. Лу Цзин перевел взгляд на маску мужчины и улыбнулся уголками губ:
— Давайте на маску.
Он приложил ручку и легким, уверенным движением вывел свое имя.
Как только Лу Цзин подошел ближе, у мужчины снова возникла реакция, но стоило парню отойти, как мощный прилив жара мгновенно схлынул.
— Спасибо, — сказал он Лу Цзину.
— Пустяки, — беспечно отмахнулся тот и повернулся к кассе.
От его улыбки горло мужчины сжалось. В этот момент в кармане завибрировал телефон. На другом конце раздался слегка хриплый голос:
— А Юэ, я в больнице, ты не придешь навестить меня?
Цзян Юэ поднял руку, чтобы проверить время — почти шесть:
— Вечером у меня совещание, есть только полчаса.
В трубке послышалась возня — похоже, Цинь Лин приподнялся с кровати:
— Может, приедешь сейчас?
— Хорошо.
Цзян Юэ повесил трубку, сделал несколько шагов и, что-то вспомнив, остановился. Он снял маску. На ней красивым и уникальным почерком было выведено: «Лу Цзин».
Цзян Юэ пошевелил губами, беззвучно произнося имя.
Апчхи!
Лу Цзин как раз собирался расплачиваться, когда внезапно чихнул. Потирая нос, он с тоской подумал: неужели правда простудился?
Он на всякий случай прихватил пачку мятных леденцов.
Вернувшись в общежитие, Лу Цзин обнаружил, что в вилле тихо, на первом этаже никого нет. Он отнес овощи на кухню, а затем, прихватив одежду и принадлежности, поднялся к себе. Когда он спустился, чтобы приготовить ужин после душа, на кухне уже кто-то был.
Цзян Юнань готовил рис «Гуайлу».
По сюжету, он отлично готовил. Каждый раз после бурной ночи с Цинь Лином он, превозмогая боль в теле, готовил для него порцию этого риса. Позже, когда Цзян Юнань в разочаровании покинул Цинь Лина, тот именно благодаря этому рису начал вспоминать прошлое и внезапно осознал, что уже давно глубоко любит Цзян Юнаня.
Вспомнив, что это ключевой предмет новеллы, Лу Цзин подошел и принюхался.
И правда, аромат был приятным.
Урчание.
У Лу Цзина громко заурчало в животе. Цзян Юнань обернулся, увидел, кто это, и тут же отвернулся.
Цзян Юнань ненавидел Лу Цзина.
Точнее, завидовал ему.
Как главный герой, Цзян Юнань познакомился с Цинь Лином еще в старшей школе.
Тогда Цинь Лин только вернулся из-за границы, и самолет совершил пересадку в родном городе его и Юй Сяня. Школа была недалеко от аэропорта, и Цинь Лин нашел время заглянуть к Юй Сяню. Цзян Юнань тоже был там.
Он впервые видел, чтобы кто-то выглядел так здорово в обычной клетчатой рубашке. Самый шумный из всех, в тот день рядом с Цинь Лином он вел себя тихо, как послушный котенок.
Он участвовал в «Великолепии айдолов» только потому, что Цинь Лин был спонсором. Если бы он дебютировал на позиции центра, у него появился бы шанс сблизиться с ним.
Он безответно влюбился в Цинь Лина с первого взгляда.
Однако в день записи третьего выпуска, перед выходом на сцену, он случайно услышал сплетни о романе Цинь Лина и Лу Цзина. Это привело к нервному срыву, а так как Лу Цзин внезапно выступил выше всяких похвал, Цзян Юнань без сомнений проиграл.
На самом деле ему было плевать на места в рейтинге. Раз уж Цинь Лин любит Лу Цзина, то первое место и позиция центра не имели смысла.
Но через несколько дней пришла новость, что Цинь Лин в больнице, а Лу Цзин попал под давление Корпорации Цинь. И тогда Цзян Юнань воскрес, решил больше не терпеть и пошел в атаку, чтобы сблизиться с Цинь Лином.
Только вот ко всем, кто был связан с Цинь Лином, он все еще не мог относиться дружелюбно.
Его раздражал Лу Цзин.
Очень сильно раздражал.
Лу Цзин не обращал внимания на отношение Цзян Юнаня. Для него все люди в этом мире были чужаками. Его не интересовали их взгляды и мнение, он не хотел с ними контактировать.
Идеально было бы не переходить друг другу дорогу — он совершенно не желал впутываться в многоугольники любви этих мужчин.
Он достал брокколи и редис, помыл, небрежно нарезал и бросил в кипящую воду. Сварив, он не стал добавлять ни масла, ни соли, выложил всё в миску и сел ужинать в столовой.
Когда Лу Цзин ушел, Цзян Юнань не удержался от любопытства и обернулся, глядя в столовую. Он что, ест только миску вареных брокколи и редиса?
В этот момент вниз спустился Юй Сянь. Проигнорировав Лу Цзина, он зашел на кухню и лишь тогда улыбнулся:
— Сегодня рис «Гуайлу»?
Цзян Юнань кивнул. Он сначала наполнил термоконтейнер, а из остатков разложил две порции. Когда они вышли с едой, Лу Цзина уже не было. Цзян Юнань выдохнул и прямо спросил Юй Сяня:
— Твой дядя в больнице, ты не пойдешь его навестить?
Улыбка Юй Сяня погасла, он уткнулся в тарелку:
— Мой дядя дома с моим племянником нянчится. Цинь Лин всего лишь сын дальнего родственника, старше меня всего на пять лет, хватит постоянно упоминать его.
— Дальний родственник — тоже родственник, и пять лет разницы — это все равно дядя, — проворчал Цзян Юнань. — Он тебя ничем не обидел, раньше даже специально передавал тебе вещи в общежитие. Сейчас он в больнице, разве тебе не совестно не навестить его?
Палочки замерли. Юй Сянь тихо вздохнул, поднял взгляд и нежно посмотрел на Цзян Юнаня:
— Что ты хочешь, чтобы я сделал?
Цзян Юнань тут же пододвинул ему контейнер и кашлянул:
— Это еда для больного, делаю тебе одолжение, так что неси сам.
Городская больница.
Юй Сянь стоял перед палатой 3066. За углом неподалеку Цзян Юнань, прислонившись к стене, опустив глаза, играл в телефоне, ожидая его. Тусклый свет коридорной лампы падал на него, отбрасывая размытую тень на чистый пол.
Юй Сянь с силой сжал термоконтейнер.
Он не хотел заходить внутрь.
Он не желал, чтобы у Цзян Юнаня и Цинь Лина было хоть какое-то общение.
Он делил комнату с Цзян Юнанем. В ту ночь, когда записывали третий выпуск «Великолепия айдолов», Цзян Юнань вернулся заполночь, пропитанный алкоголем, и его вырвало на одежду. Юй Сянь подумал, что тот расстроен проигрышем Лу Цзину, и, вздыхая, помогал ему раздеться и умыться.
Но неожиданно, посреди процесса, Цзян Юнань, прищурившись, притянулся к нему и страстно поцеловал, неуклюже пытаясь раскрыть ему рот.
Юй Сянь долгое время был влюблен в Цзян Юнаня, к тому же был молод и горяч, поэтому тут же ответил на поцелуй, целуя того до тех пор, пока у Цзян Юнаня не покраснело лицо и он не начал задыхаться. Но стоило Юй Сяню приготовиться к большему, как Цзян Юнань вцепился в него, как спрут, и с очаровательной улыбкой снова и снова шептал: «Цинь Лин, Цинь Лин...»
Юй Сянь обмяк.
Он отстранился от Цзян Юнаня, долго не в силах прийти в себя.
Оказывается, его сокровище любит его дядю.
...Вспомнив это, Юй Сянь развернулся и направился к углу. Цзян Юнань как раз искал новости о Цинь Лине. Увидев, что Юй Сянь вернулся, он быстро спрятал телефон и, чувствуя вину, спросил:
— Почему ты вернулся?
Юй Сянь развел руками:
— В палате другие люди, зайдем в другой раз.
Он потянул Цзян Юнаня за собой, но тот не хотел уходить, постоянно оглядываясь.
Скрип.
Не успели они отойти, как дверь 3066 открылась — Цинь Лин провожал посетителя.
Во взгляде Цинь Лина была нежность, какой Цзян Юнань никогда раньше не видел. Казалось, мириады звезд и все сущее на свете не стоят и волоска человека, стоящего перед ним.
Цзян Юнань резко остановился. Юй Сянь, который обычно легко мог увести его куда угодно, сейчас не мог сдвинуть его с места.
Он в упор смотрел на мужчину в черном спортивном костюме.
Цзян Юэ почувствовал недружелюбный взгляд и слегка повернул голову. В размытом свете вдали какой-то парень сердито смотрел на него.
Не знает.
Он отвел взгляд и кивнул Цинь Лину:
— Пойду.
Цинь Лин не хотел отпускать Цзян Юэ, но не смел его удерживать — боялся, что если обнажит свои грязные и низкие мысли, Цзян Юэ посмотрит на него с презрением.
Одна мысль о том, что Цзян Юэ смотрит на него как на мусор, вызывала у Цинь Лина удушье и сердцебиение. Этого последствия он вынести не мог, он не станет рисковать.
Левое бедро Цинь Лина слегка ныло, и он подпер поясницу левой рукой:
— Я провожу тебя.
Цзян Юэ ответил:
— Позаботься лучше о себе.
Цинь Лин улыбнулся:
— Хорошо, будь осторожен. — Мельком взглянув на темные круги под глазами Цзян Юэ, он вздохнул: — Всех денег не заработаешь, побереги себя.
Цзян Юэ кивнул. Сделав несколько шагов, он вдруг обернулся:
— Ты спонсируешь «Великолепие айдолов».
Повседневная жизнь Цзян Юэ, помимо работы, заключалась только в отдыхе.
У него не было хобби, он никогда не общался с людьми и не показывался в СМИ. Все знали, что богача из Гуйчэна зовут Цинь Лин, но никто не знал, что самый богатый человек — это Цзян Юэ.
Услышав из его уст название развлекательного шоу, особенно такого, где проходят отборы, Цинь Лин был крайне удивлен:
— Почему ты вдруг спросил об этом?
— Хотел предупредить: я тоже буду спонсировать, через пару дней приеду обсудить детали. — Цзян Юэ посмотрел на часы — скоро совещание. — Ухожу.
Цинь Лин проводил его взглядом. Под спокойным внешним видом скрывался бушующий шторм. Никчемное шоу — почему Цзян Юэ не просто спонсирует его, а лично едет на переговоры?
Это ненормально.
Зная, что Цзян Юэ не любит мужчин, он все равно не мог не предаваться несбыточным мечтам. Возможно, Цзян Юэ услышал о них с Лу Цзином и заревновал. Не может быть, чтобы Цзян Юэ ничего к нему не чувствовал.
Уголки губ Цинь Лина непроизвольно поползли вверх.
В тот миг, когда он увидел улыбку Цинь Лина, подглядывающий Цзян Юнань словно получил удар молнией. Эта улыбка была ему слишком хорошо знакома. Каждый раз, когда он видел Цинь Лина, у того было такое же выражение лица.
Цинь Лин любит того мужчину.
Тот мужчина — единственный, кого Цинь Лин по-настоящему любит!
У Цзян Юнаня по всему телу пробежала дрожь. Он изо всех сил оттолкнул Юй Сяня. Двери лифта уже закрылись, и он бросился к пожарной лестнице.
Того мужчину он обязан догнать!
Лифт сделал одну остановку по пути. Цзян Юнань первым добрался до первого этажа. Он уперся руками в колени, тяжело дыша, и впился глазами в лифт. Вскоре цифра сменилась на единицу, и двери открылись.
— Точно, это же Нань-Нань!!!!!! — внезапно вдалеке раздались восторженные крики. Две девушки узнали Цзян Юнаня и взволнованно побежали к нему.
После их крика и другие, кто узнал Цзян Юнаня, заверещали:
— Ааааа, мой муж! — и начали доставать телефоны, чтобы сфотографироваться.
Прохожие вокруг, решив, что это какая-то большая звезда, тоже собрались поглазеть, начали снимать фото и видео, спрашивая:
— А это кто?
— Кажется, какая-то звезда из шоу.
— Точно-точно, «Великолепие айдолов», слышал? Супер-шоу!
Цзян Юэ, выйдя наружу и услышав про «Великолепие айдолов», подсознательно взглянул на толпу. Парень был высоким, с бледным, как ладонь, лицом, слегка опущенными уголками глаз и широким изгибом нижнего века — он выглядел довольно жалко.
Не Лу Цзин.
С каменным лицом он отвел взгляд и быстрым шагом покинул холл больницы.
Окруженный толпой, Цзян Юнань в этот раз не стал преследовать Цзян Юэ. Он просто смотрел широко открытыми глазами, не в силах поверить в происходящее. В его голове стояла только одна картина — те глаза, с которыми они только что встретились взглядами.
Он мгновенно все понял.
Оказывается, Лу Цзин был всего лишь заменой! Потому что у него были такие же «глаза феникса», как у того мужчины.
...
Урчание.
Урчание, урчание.
Посреди ночи Лу Цзин проснулся от голода.
Давно он так мало не ел. И физически, и морально он жаждал шашлыка, хот-пота, торта, молочного чая... Но он не пошевелился.
Шторы были открыты, и пятнистый свет звезд падал в комнату. Лу Цзин смотрел на то светлеющий, то темнеющий потолок, слушая дыхание Людоугао рядом.
— Терпи, терпи.
Он прижал руку к пустому животу, и хотя глаза сверкали от голода, он упорно закрыл их, плотнее завернулся в легкое одеяло и, дрожащими губами, перевернулся на бок, продолжая спать:
— На-надо заработать денег на квартиру, машину, яхту, на-накупить элитных кошачьих консервов...
http://bllate.org/book/32706/3999411
Готово:
