Лу Вэнь посмотрел на Сунь Сяоцзяня и вопросительно приподнял брови: «Кто такой директор Лю?»
Сунь Сяоцзянь мысленно быстро пролистал список персонала: людей с фамилией Лю было немало, но гордое звание «директор» носил лишь один. Он опешил и, придвинувшись к самому уху Лу Вэня, шепнул:
— Похоже, это наш исполнительный продюсер.
— Сдурел, что ли? — Лу Вэнь вытаращил глаза. — Сам исполнительный продюсер приехал меня встречать?
Пока они шептались, опустив головы, к машине кто-то приблизился. Дверцу снова распахнули, и Лу Вэнь с Сунь Сяоцзянем синхронно подняли взгляды.
В проеме показался директор Лю: его изысканный костюм от Armani не мог скрыть солидного пивного животика, а очки в золотой оправе — растерянности на лице. На секунду он замер, тупо уставившись на тех, кто сидел внутри.
Водитель первым нарушил неловкое молчание:
— Директор Лю, вы же сами видите...
Сунь Сяоцзянь быстро сообразил, выскользнул из кресла и, протянув обе руки, с готовностью произвел рукопожатие:
— Директор Лю, здравствуйте, здравствуйте! Не ожидал, что вы лично приедете.
Директор Лю рассеянно пожал ему руку в ответ, но его взгляд был прикован к Лу Вэню — он явно судорожно соображал, кто это такой. Сунь Сяоцзянь тут же пояснил:
— Это мой артист, Лу Вэнь. Сегодня прибыл на съемки, мы только что с самолета.
Директор Лю озадаченно кивнул, наконец сообразив:
— А, это Сяо Лу.
— Здравствуйте, директор Лю, — подал голос Лу Вэнь.
Директор Лю поинтересовался:
— Вы связывались со съемочной группой? Кто из реквизиторов должен был вас встречать?
— Сяо Чжан, — ответил Сунь Сяоцзянь. — Наверное, он был занят. Мы увидели машину съемочной группы и сами сели в нее.
Директор Лю достал телефон и, набирая номер, произвел выговор:
— Этот Сяо Чжан вечно всё делает спустя рукава, вечно косячит. Подождите минутку, я сейчас с ним свяжусь и во всем разберусь.
Лу Вэнь судорожно сжал в пальцах бутылку Перье, чувствуя неладное.
— Чем ты вообще занимаешься?! Выделил машины и умудрился накосячить так, что человек после перелета торчит черт знает где! И не вздумай мне тут ссылаться на нехватку транспорта! Всё, заткнись и даже не пытайся извиняться передо мной.
Высказав в трубку пару резких фраз, директор Лю сбросил вызов, разгладил морщины на лбу и сказал:
— Сяо Лу, тут такое дело... Я поговорил с Сяо Чжаном, машина, которая должна была вас забрать, вообще-то другая.
Лу Вэнь растерянно моргнул:
— А?
— Актеров, прибывающих на площадку в эти дни, слишком много, свободных машин не хватает, так что эта задерживается, — пояснил директор Лю. — Я уже отчитал Сяо Чжана. Как приедете на место, заставлю его как следует перед вами извиниться.
Лу Вэнь слегка опешил:
— Значит, мы сейчас...
Директор Лю улыбнулся и витиевато ответил:
— Ну, тогда увидимся на съемочной площадке.
Смуглое лицо Лу Вэня мгновенно залилось краской. Он что, зря насиживал это кресло, выпил полбутылки Перье и мял в руках подушку с сычуаньской вышивкой, чтобы ему в итоге заявили, будто машина вовсе не для него?
Всё выглядело точь-в-точь как сказка про Золушку: платье надето, макияж нанесен, хрустальные туфельки сияют, а карета из тыквы заявляет, что пассажиров не берет.
Сунь Сяоцзянь впервые за всю свою карьеру попал в столь нелепую ситуацию — если об этом узнают, позора не оберешься. Стиснув зубы, он попытался исправить положение:
— В салоне же полно свободных мест, может, мы все вместе поедем?
— Боюсь, это неудобно, — отрезал директор Лю. — Войдите в наше положение.
Капля самоуважения еще оставалась, но после таких слов продолжать настаивать означало лишь напрасно нарываться на унижение. В голове у Лу Вэня зашумело. Он резким движением вскочил с кресла и, перемахнув длинными ногами, выпрыгнул из салона.
В этот момент директор Лю отступил в сторону, открывая взгляду человека, который все это время стоял у него за спиной.
Лу Вэнь как раз оказался лицом к лицу с Цюй Яньтингом и опустил глаза на того самого загадочного пассажира, ради которого сюда примчались Порше и сам исполнительный продюсер. Однако темные очки закрывали половину лица Цюй Яньтинга, и Лу Вэнь смог разглядеть лишь собственное отражение в линзах.
Смущение, разочарование и глухое раздражение.
Не прошло и секунды, как Цюй Яньтинг шагнул вперед и уселся на то самое кресло, которое Лу Вэнь только успел согреть.
Водитель выгрузил чемоданы и погрузил багаж Цюй Яньтинга. Лу Вэнь и Сунь Сяоцзянь стояли рядом, молча наблюдая, как дверцы закрываются, мотор заводится и Порше увозит их удачу прочь.
Не успел Лу Вэнь и глазом моргнуть, как бросился к машине и с силой ударил по двери.
Цюй Яньтинг, и без того растерявший остатки терпения перед отъездом, приоткрыл стекло на пару сантиметров и бросил:
— Что еще?
Лу Вэнь поднял зажатую в руках подушку:
— Вы забыли ее забрать.
Цюй Яньтингом равнодушно бросил:
— Оставь на память.
Не дожидаясь ответа, он поднял стекло. Порше плавно тронулся с места, оставляя после себя лишь облачко выхлопных газов.
Сунь Сяоцзянь вскинул телефон:
— Прислали номер машины.
Мало того что к новичкам вечно относятся прохладно, так теперь он даже в статусе главного героя продолжает терпеть пренебрежение. Лу Вэнь мрачно процедил:
— Ну и шустрики. Наверное, через браузер Internet Explorer сообщение отправляли.
Сунь Сяоцзянь попытался его успокоить:
— Простим их на первый раз. Жди здесь, я пойду поищу транспорт.
Спустя десять минут Лу Вэнь наконец устроился в минивэне, выделенном персонально для него. В салоне стоял стойкий запах дешевого парфюма — судя по всему, в машине до него кого-то возили. Сложив руки на груди, он зачарованно смотрел на проносящиеся за окном пейзажи и с философским вздохом подумал, что с таким количеством холмов и крутых спусков в Чунцине немудрено с первых же минут испытать и взлеты, и падения.
Лу Вэнь против воли затянул строчку из песни:
— Плывем в мирской толпе, кружимся, а вокруг лишь сон...
Природа наградила его роскошным бархатным басом, но слишком лиричные песни в его исполнении звучали так, будто в кармане надрывно вибрирует телефон. Сунь Сяоцзянь тут же одернул его:
— Опять затянул? Между прочим, теперь ты актер.
Лу Вэнь пропустил замечание мимо ушей:
— Глубокие чувства навек пребудут, рассеявшись в пустоте...
Попетляв по переулкам, автомобиль спустя добрых два часа свернул в старый район. По обеим сторонам дороги тянулись раскидистые старые деревья и жилые многоэтажки. Проехав еще немного, машина остановилась рядом с несколькими минивэнами — судя по всему, здесь была временная парковка, арендованная съемочной группой.
— Приехали? — Лу Вэнь огляделся, но вокруг никого не было.
Водитель оказался немногословен и холоден:
— За мной.
Лу Вэнь и Сунь Сяоцзянь поплелись вслед за ним, протиснулись через узкий переулок и вышли из него. И тут, словно на экране обновилась страница, перед ними возникли еще одна старая улица и обшарпанные жилые дома.
Съемочная площадка нашлась.
Картина перед глазами точь-в-точь совпадала с описанием в сценарии.
Обветшалая улица, потрескавшийся асфальт в каких-то разводах, а на тротуаре валяется ржавый дорожный знак «Проезд запрещен» — неизвестно, с каких строительных времен он тут завалялся. Прохожие не обращали на него никакого внимания, а дворовый кот устроился прямо под знаком и дрых так сладко, будто устроился в салоне первого класса.
Вдоль улицы лепилось с полдюжины мелких лавочек: крошечный супермаркет, парикмахерская, фотоателье с услугами печати и пара забегаловок с домашней едой, конкурировавших между собой уже больше десяти лет.
Жилой комплекс напротив выглядел глубоким стариком: никаких тебе шлагбаумов или охраны, заходи кто хочешь. Во дворе всего два корпуса, краска на стенах облезла огромными пластами, а относительно ровные участки стен были сплошь заклеены дешевыми рекламными объявлениями. В домах по семь этажей, причем некоторые жильцы даже не остеклили балконы — сушеные панталоны и вяленые колбаски мирно соседствовали на веревках.
Балкон на третьем этаже выделялся исключительной чистотой: на подоконнике выстроился аккуратный ряд цветочных горшков и две пары начищенных до блеска кед. Одно стекло в окне отсутствовало, вместо него была наклеена исписанная математическая контрольная с огромной красной оценкой «39 баллов».
Лу Вэнь задрал голову, разглядывая его. Он прекрасно знал: это его «дом».
Коллективный двор вплотную примыкал к заброшенной начальной школе, отгороженный от нее лишь спортивной площадкой с железным забором. Чтобы было проще ходить срезать путь, несколько прутьев в ограде выломали, и теперь каждый вечер пожилые соседи пролезали на территорию школы, чтобы погулять и потанцевать.
В самом дальнем углу двора рос густой виноградник: его пышная листва оплела каркас, превратив его в нечто вроде беседки. Годами уходившие отсюда жильцы неизменно оставляли во дворе ненужную мебель, и постепенно под навесом собрались круглый стол и четыре стула.
Местные целыми днями резались там в маджонг, оставляя хозяевам виноградника по два юаня за место — впрочем, это был единственный ухоженный уголок во всем дворе.
Лу Вэнь на мгновение выпал из реальности. Всё, что он читал в сценарии, материализовалось перед ним, создавая иллюзию, будто вымышленный мир обрел плоть и кровь.
Сунь Сяоцзянь присвистнул:
— До чего же натурально! Это взаправду или декорации?
Его слова мгновенно вернули Лу Вэня в суровую действительность. Он вспомнил, что находится на съемочной площадке, где кругом снуют больше двух сотен человек — сплошь сотрудники различных цехов.
До начала съемок оставались считанные дни, группы спешно дорабатывали последние штрихи: предстояло подготовить больше сорока помещений и бесчисленное множество локаций. Начиная с массивной мебели и заканчивая замусоленной шариковой ручкой с обмотанным синей изолентой корпусом — в чек-листе художника-постановщика значилось ровно шесть тысяч триста позиций, каждую из которых требовалось лично проверить.
По правде говоря, съемочная группа обосновалась в Чунцине уже полтора месяца назад, и помимо подготовительного этапа, операторы давно вовсю снимали общие виды.
Из первого подъезда вылетел щуплый паренек, зажав подмышкой увесистую стопку бумаг, и резко затормозил, завидев Лу Вэня. Он бросился навстречу:
— А вот и наш главный герой! Я бегу с повинной голову преклонить.
Сунь Сяоцзянь догадался:
— Сяо Чжан?
— Он самый, я, я! — Сяо Чжан отвесил Лу Вэню поклон на девяносто градусов. — Простите ради бога! Сегодня такая суматоха, я только развел машины по точкам и сразу побежал инвентаризацию реквизита делать, тысяча извинений!
У Лу Вэня нрав всегда был легким на подъем, таких людей еще называют толстокожими. Он беззаботно отмахнулся:
— Да пустяки.
— Спасибо за понимание, — выпалил Сяо Чжан, выдергивая из пачки лист бумаги. — Учитель Лу, распишитесь в ведомости, пожалуйста, а потом я проведу для вас небольшую экскурсию.
Сунь Сяоцзянь поинтересовался:
— Режиссер Жэнь на месте? Мы бы хотели сначала с ним поздороваться.
— Режиссер Жэнь уехал на натуру, — ответил Сяо Чжан. — Сказал, завтра все вместе и увидимся, специально его ждать не нужно.
Лу Вэнь с облегчением избежал самой ненавистной процедуры угодничества перед начальством. Поставив подпись в журнале, он вместе с Сунь Сяоцзянь отправился изучать территорию съемочной группы. Диспетчерская, склад и гримерки расположились на первом этаже того же подъезда.
Квартира 101 представляла собой двухкомнатные апартаменты, которые после легкой уборки и смены интерьера отвели под комнату отдыха для режиссера. Впрочем, режиссер был настолько занят, что отдыхать ему практически не приходилось.
За черным входом во двор обнаружилась площадка, до отказа заставленная однотипными большими автодомами. Отыскав трейлер с табличкой, на которой значилось его имя, Сяо Чжан пояснил:
— Актеры отдыхают в гримвагенах. Если понадобится еда или какие-то мелочи, просто скажите ассистентам съемочной группы.
Сунь Сяоцзянь уточнил:
— После окончания смены придется топать через переулок к микроавтобусам?
— Да, места тут мало, так что автопарк вынужденно стоит на соседней улице, — подтвердил Сяо Чжан.
Сунь Сяоцзянь намекающим тоном спросил:
— А все остальные тоже ездят на минивэнах?
— У всех одинаково, — ответил Сяо Чжан. — Учитель Лу у нас исполнитель главной роли, я специально выбил для него новую машину. Правда, в эти дни актеры заезжают массово, и в обед мне пришлось отправлять еще один транспорт для главной героини.
Сунь Сяоцзянь не оставлял надежды:
— А Порше, я надеюсь, тоже полагается?
— Порше действительно есть, но это личная машина режиссера Жэня, у меня нет полномочий ее распределять, — вспомнив детали, добавил Сяо Чжан. — Ой, кстати, вы же ждали машину в аэропорту — почему мне тогда звонил директор Лю?
Сунь Сяоцзянь честно ответил:
— Мы столкнулись с директором Лю в аэропорту.
Сяо Чжан озадаченно бормонул:
— И что же директор Лю забыл в аэропорту?..
Лу Вэнь и Сунь Сяоцзянь переглянулись. Задействовать машину режиссера, побеспокоить самого директора Лю — и даже рядовой реквизитор не в курсе, кто этот таинственный гость. Будь этот человек по-настоящему знаменит, его бы встречала толпа фанатов, а если б он принадлежал к числу матерых тяжеловесов шоу-бизнеса, съемочная группа наверняка знала бы его в лицо.
Согласно негласным законам индустрии, подобным сервисом удостаивались вовсе не рядовые ноунеймы, а в девяти случаях из десяти — блатные пассажиры с хорошими покровителями.
У Сяо Чжана оставалось полно дел, поэтому он бросил на ходу:
— Если возникнут вопросы — сразу обращайтесь. А если всё в порядке, учитель Лу, поезжайте в отель и как следует отдохните. И сразу извините за нескромный вопрос: вы остановитесь в гостинице, которую забронировала группа, или сами по себе?
Обычно съемочная группа сама подыскивала жилье, но актеры народ непредсказуемый — то свидания, то тусовки, то еще какие личные дела, поэтому во избежание простоя номеров реквизиторы всегда уточняли это заранее.
Лу Вэнь ответил:
— Я сам по себе.
Пока это не мешало съемкам, он неизменно предпочитал жить отдельно. Будучи артистом этак из восемнадцатого эшелона, он при встрече в коридоре с коллегами хотя бы из семнадцатого был вынужден кланяться и любезничать, отчего у него просто сводило скулы. К тому же у его компании был договор с определенной сетью отелей, где за ним круглый год закреплялся постоянный номер.
В кармане звякнул телефон — пришло сообщение от гостиницы.
Услужливый персонал осведомлялся, требуется ли подать машину для встречи, не желает ли гость заказать индивидуальное меню, а также не планирует ли забронировать бассейн, сеанс в кинотеатре или спа-процедуры, пообещав прикрепить персонального менеджера.
Лу Вэнь проигнорировал все опции, пролистал строки и остановился взглядом лишь на номере комнаты — роскошные апартаменты с панорамным видом на реку с высоты птичьего полета, 6207.
http://bllate.org/book/32628/3988531
Готово:
