Если он переселился в тело Цзян Юя, то куда же подевался настоящий Цзян Юй?
Предыдущая руководительница была старшей сокурсницей, с которой он познакомился еще в университете, и этот игровой мир он видел своими глазами — сокурсница потратила на его создание все свои силы, шаг за шагом претворяя задумку в жизнь.
Быть может, ему стоит попытаться найти настоящего Цзян Юя и рассказать обо всем, что может случиться в будущем? Быть может, так получится защитить то, во что сокурсница вложила столько труда?
А еще Цзи Линшу… Он ведь тоже был главным героем игры. Что именно в нем изменилось, раз в не столь отдаленном будущем он сойдет с ума и обратится демоном?
В глубине пещеры сталактиты капля за каплей роняли глухой, едва слышный звук, и, погруженный в свои мысли, Цзян Юй сам не заметил, как провалился в глубокий сон.
Пагода Исяо взмывала высоко в небеса, а ее хозяином был лис.
Или, если точнее, представитель Клана Мо, в чьих жилах текла лисья кровь.
С глазами, полными чарующой поволоки, с чуть приподнятыми и тронутыми краснотой уголками глаз, он был облачен в наспех запахнутое тонкое одеяние. Вытянув мундштук трубки, он подцепил им подбородок Цзян Юя:
— Мм, какая прелестная личико, неужто кто-то успеет выкупить тебя раньше, чем я успею как следует тебя выучить?
Хлоп!
Цзи Линшу взмахом руки отбросил его трубку и швырнул тазовый мешок хозяину пагоды:
— Снимай замок, отпусти его.
Замок Исяо на теле Цзян Юя был особым кандалами, созданными в Пагоде Исяо. Помимо фривольного вида, призванного ублажать плоть, он обладал способностью отслеживать и удерживать пленника, словно клеймо раба на лице.
— Маленький господин впервые пожаловал к нам в пагоду?
Лис поймал мешок с деньгами, с улыбкой взвесил его в руке, и его узкие глаза феникса скользнули по лицу Цзи Линшу:
— Замок Исяо не принято снимать. Тот, кто ступил на порог Пагоды Исяо, до конца дней носит на себе метку…
Раздался звонкий металлический лязг, и острый клинок, пронзив жемчужные занавеси и шелковые полотнища, уперся прямо в грудь хозяина пагоды.
Цзи Линшу холодно посмотрел на него:
— Я могу доплатить. Отпусти его.
— Ай, — хозяин пагоды шевельнул пальцем, отводя в сторону острие меча. — Куда ты спешишь, разве я говорил, что не отпущу? Просто в нашей Пагоде Исяо издавна принято встречать гостей с почтением, а замок этот надели на него ради его же блага. Разве ты не боишься, что эта красотка сбежит от тебя, едва покинув пагоду?
Цзян Юй: «……»
Хозяин пагоды с торжествующим видом бросил на него лукавый взгляд:
— Гляди-ка, разве я не угадал?
Цзи Линшу нахмурился:
— И не думай сбегать.
Цзян Юй отвел взгляд:
— Я и не собирался. Ты сам рад слушать его провокации.
Девятихвостый лис услышал это и весело рассмеялся. Сделав еще одно движение пальцем, он дернул за тонкую цепь, обвивавшую Цзян Юя, словно та подчинялась невидимому поводку, и против воли притянул его к себе:
— Молодой господин, раз я взял деньги, то выполню свою работу. Теперь пусть этот Замок Исяо признает тебя своим господином. Если эта красотка вздумает бежать, тебе достаточно будет вот так поманить ее пальцем, и она сама вернется в твои объятия. Нет ли у тебя какого-нибудь нефритового подвесного украшения? Закрепи застежку замка, и эта красотка станет твоей.
Услышав это, Цзи Линшу машинально потянулся снять золотой нефрит со своего запястья, но хозяину пагоды даже смотреть на это было больно — за драгоценный нефрит высшего качества можно было выкупить целый этаж Пагоды Исяо.
Однако Цзян Юй недовольно произнес:
— Не надо этот. Уродливый.
Хозяин пагоды невольно усмехнулся:
— Ты еще и перебираешь?
Цзян Юй бросил на него косой взгляд:
— Вещицу, которую вешают на меня, разумеется, нужно выбирать.
— Сколько хлопот, — Цзи Линшу цокнул языком, но послушно вернул нефрит на место. Поразмыслив немного, он наконец достал из-за пазухи небесно-голубую нефритовую подвеску и бросил ее хозяину пагоды.
Хозяин пагоды приподнял бровь и перевел взгляд на Цзян Юя:
— Ну теперь-то не перебираешь? Ого, да он точь-в-точь как твои глаза.
Цзи Линшу молча вздохнул.
Еще бы не быть похожим. Ведь он сам с таким трудом отыскал эту подвеску, желая преподнести ее Наставнику.
Только вот Наставник извечно презирал любые подношения от него, и вместо того, чтобы вновь нарываться на презрительные взгляды, было куда проще избавиться от нее.
— Вот и отлично, отныне ты принадлежишь этому молодому господину.
Закрепив застежку замка, хозяин пагоды взмахнул рукой и толкнул Цзян Юя прямо в объятия Цзи Линшу.
Цзи Линшу поймал Цзян Юя, и ощущение его талии показалось до боли знакомым — на вид хрупкая, лишенная силы, но стоило прижаться ближе, как под одеждой ощущалась упругая, ладно скроенная плоть.
Его Наставник был единственным ныне живущим мастером меча, чье владение боевыми искусствами превосходило всякие пределы, и никто не мог приблизиться к нему вплотную.
Поэтому человек в Пагоде Исяо, который так покорно позволял хозяину толкать и тянуть себя, пусть даже обладал точно такой же фигурой, никоим образом не мог быть Наставником Цзи Линшу.
— И напоследок — чашка простого чая в знак пожелания маленькой красотке обрести новый приют.
Лисий хвост рассыпал брызги золотого света, и перед Цзян Юем предстала чашка с чаем.
Цзян Юй принюхался: кроме чайного аромата, никаких посторонних запахов не чувствовалось, и он сделал пару глотков.
Однако в тот же миг, как прохладный чай коснулся горла, он внезапно стал обжигающе горячим. Обжигая самую душу, он неудержимо хлынул по меридианам Цзян Юя.
Цзян Юй глухо застонал от жгучей боли, опустив глаза и нахмурив брови.
— Что ты ему дал?
Цзи Линшу первым делом защитил его жизненную нить ци и, подняв взгляд, свирепо уставился на девятихвостого лиса. Вспыхнувшая следом волна ци меча взметнулась вихрем, но мощный удар лисьего хвоста легко развеял ее.
— Не стоит проявлять такой скверный норов, — лениво привалившись к мягкой кушетке в глубине занавесей, хозяин пагоды отвернулся и затянулся водным кальльяном. — Это же драгоценность, которую днем с огнем не сыщешь. Она вполне стоит тех двух мешков полновесного серебра, что ты отдал.
— Стоять! — Цзи Линшу собирался броситься в погоню, как вдруг перед глазами вспыхнул золотой свет и всё затянуло а Mглой.
Когда туман рассеялся, они оба уже стояли на шумной, многолюдной улице, в то время как Пагода Исяо возвышалась в десятках ли отсюда.
Цзи Линшу уже готов был разразиться бранью, но, едва слова сорвались с губ, вспомнив наставления Наставника, он с большим трудом сдержался.
Он посмотрел на стоявшего рядом Цзян Юя:
— Как ты себя чувствуешь? Это яд?
— Нет, — Цзян Юй вытер уголок рта. — Просто на вкус так себе.
— ……
Цзи Линшу закатил глаза:
— Ладно, куда уж тебе обычному смертному разобраться. Я отведу тебя в секту к бессмертному лекарю.
Цзян Юй тут же ответил ему тем же взглядом:
— Я всего лишь смертный и не смогу пересечь Стеклянное Море. Если тебе нужно в Бессмертную Секту, отправляйся сам, меня тащить не нужно.
— Какая же мука.
Цзи Линшу с досадой прикусил губу. Стеклянное Море лежало между Бессмертной Сектой и Равниной Пиньюй, являясь местом, где начинал сгущаться Божественный Туман. Для них, людей из мира бессмертных, этот туман был духовной ци, полезной для культивации, но для смертных он походил на густую воду, и попытка тайком переправиться через Стеклянное Море неминуемо обернулась бы утоплением.
http://bllate.org/book/32611/3985661
Готово:
