Цю Сюй думал о своем, как вдруг краешек его рукава кто-то дернул. Он резко пришел в себя, с холодным потом на лбу повернул голову и посмотрел на Цяо Кэжаня, который уцепился за его воротник.
Круглые глаза парня широко раскрылись, сияя восторгом. Выругавшись про себя, он радостно кивнул в сторону стойки приема новоприбывших неподалеку и затараторил:
— Гляньте, гляньте, это же тот самый!
Цю Сюй проследил за взглядом Цяо Кэжаня и невольно замер, привлеченный фигурой, возвышавшейся за столами для регистрации студентов на факультете информатики, которые были хорошо видны сквозь прозрачные стеклянные двери.
В реальной жизни Шэнь Чжисяо производил куда более сильное впечатление, чем на фотографиях. Он был выше родом, чем обычные альфы, отчего окружающие казались рядом с ним хрупкими и тонкими.
В руках он держал холщовую сумку с символикой университета и, слегка наклонив голову, о чем-то беседовал с организатором. Из-за специфического угла обзора рассмотреть его лицо полностью было сложно — удавалось заметить лишь едва заметный изгиб уголков губ.
Цяо Кэжань, заметив красавчика, едва не извелся от нетерпения. Схватив обоих за руки, он из чистого любопытства заставил Цю Сюя и Цю Шуня изменить угол обзора, бормоча себе под нос:
— Его кольцо для контроля феромонов как раз устроилось прямо на кадыке. Когда он говорит, оно так двигается… чертовски соблазнительно…
Шэнь Чжисяо не задерживался у стойки приема новобранцев. Едва разговор закончился, выражение его лица мгновенно остыло. Прихватив выданный академией подарочный набор, он широким шагом направился к выходу, и автоматические стеклянные створки раздвинулись перед ним.
В отличие от разочарованного Цяо Кэжаня, Цю Сюй просто проводил Шэнь Чжисяо взглядом, и в его душе не шевельнулось ничего, кроме глубокого облегчения оттого, что этот человек наконец ушел.
Но в тот самый миг, когда он расслабился, этот альфа, до сих пор шедший, опустив взгляд, неожиданно поднял голову — и его взор устремился прямо на них.
Цю Сюй неожиданно для себя встретился взглядом с парой узких, пронзительных глаз. Глубокие, угольно-черные зрачки под лучами солнца казались бездонным омутом, отчего по спине у него побежали мурашки.
Всего на секунду Шэнь Чжисяо перевел взгляд в сторону — словно случайно окинул взглядом дорожную обстановку вокруг, а затем, тут же опустив глаза, зашагал в противоположном направлении.
Только что охватившее его леденящее чувство, будто его приметил и зажал в тиски хищный сокол, оказалось лишь мимолетнымватым наваждением Цю Сюй.
Он медленно пришел в себя, прислушиваясь к стуку еще не успокоившегося сердца, и был вынужден признать: влияние сна дало оведение, из-за чего ему повсюду мерещились враги. Особенно тревожно и некомфортно ему стало, когда, повернув голову, он заметил, что Цю Шунь тоже неподвижно смотрит в ту сторону, где скрылся Шэнь Чжисяо.
Пока Цю Сюй оформлял документы при поступлении, Цяо Кэжань закинул руку на плечо Цю Шуня и с самым что ни на есть непринужденным видом принялся сплетничать со стоявшей по соседству старкурсницей-омегой, выдававшей подарки первокурсникам:
— Я помню, этот альфа оформлял документы прямо рядом со мной сегодня утром. Зачем он приходил сейчас?
Старкурсница протянула Цю Сюю университетскую холщовую сумку и с напускной усмешкой спросила:
— А что такое?
Цяо Кэжань обладал толстой кожей — он ни капли не смутился, лицо его не покраснело, сердце не ёкнуло:
— Просто любопытно.
Видя это, старкурсница не стала больше дразнить младшекурсника и честно ответила:
— Он утром забыл забрать подарок для первокурсника, вот и вернулся, чтобы забрать.
В подарочный набор входили холщовая сумка с эмблемой вуза, фирменная толстовка, термос и прочие мелочи. Толстовку нужно было надеть уже завтра на первую вводную лекцию, так что парню пришлось возвращаться специально за ней.
— Вот это совпадение, — не удержался от вздоха Цяо Кэжань.
Совпадение?
Цю Сюй ощущал лишь всю мощь удушающей сюжетной брони — ведь они едва не столкнулись с Шэнь Чжисяо лицом к лицу.
Еще полбеды, если бы столкнулись только Цю Шунь и Цяо Кэжань, но что, если бы под влиянием сюжета его собственное столкновение с Шэнь Чжисяо привело к тому, что он, подобно второстепенным персонажам из романов, лишился бы рассудка?
Выйдя с факультета информатики, Цю Сюй не находил себе места.
В отличие от толп новоприбывших студентов, которые сновали туда-сюда по дорогам в предвкушении университета и переполненные энтузиазмом, Цю Сюй в первый же день учебы столкнулся с величайшим кризисом в своей жизни. Из-за этого по дороге на научно-исследовательский факультет дифференциации у него развилась легкая паранойя — он постоянно озирался по сторонам, выискивая фигуру Шэнь Чжисяо.
Общежития в университете А делились на зоны по признаку пола и вторичных половых признаков. Поскольку беты не обладали феромонами и не умели их чувствовать, их расселяли в зоне для альф, а порой даже подселяли прямо к ним. Поэтому, закончив оформление документов Цю Шуня, Цю Сюй в полном одиночестве сел на шаттл, отправлявшийся к корпусам общежития альф.
Добравшись до нужного места встревоженным и растерянным, он по привычке первым делом огляделся, выходя из машины, и лишь когда шагнул в лифт корпуса А1, его натянутые нервы немного ослабли.
В наглых угрожающих смс-сообщениях утверждалось, что его будут ждать в общежитии, однако, поднявшись на шестой этаж, Цю Сюй не заметил в коридоре ни души. Возле двери его комнаты А613 тоже никого не было.
Это ничуть не укрепило его бдительность: если бы тот человек действительно осмелился заявиться к нему, он бы уже давно это сделал. Практика показала, что недоброжелатель способен лишь на дешевые запугивания и розыгрыши, призванные расшатать его нервы.
Мысленно Цю Сюй лишь бессловесно выругался.
Судя по всему, в комнате А613 уже кто-то поселился — сквозь дверь доносился шумный говор и смех, в котором смешивались как низкие, так и резкие нотки.
Когда Цю Сюй сам выбирал комнату, интернет завис, и он упустил момент. К тому времени, как страница наконец прогрузилась, свободных мест в четырехместных комнатах почти не осталось, и пришлось брать то, что достанется — в смешанном блоке для бет и альф.
К счастью, в этой свободной смешанной комнате на четыре человека было занято всего три места. Когда Цю Сюй оформлял заселение, куратор предупредил его, что оба соседа — альфы с других факультетов, и если возникнут какие-то проблемы, нужно своевременно сообщать куратору. Желание сменить комнату можно будет заявить только после окончания военной подготовки, а решение примут в зависимости от наличия свободных мест.
Судя по всему, руководство университета прекрасно понимало, что многие беты вовсе не жаждут жить под одной крышей с альфами, но все равно продолжало придерживаться принципа разделения по половому признаку, отодвигая пожелания бет на самый последний план.
Цю Сюй лишь беспомощно вздохнул, сталкиваясь с подобной несправедливостью, и постучал в дверь.
Услышав, как за ней на пару секунд воцарилась тишина, он отворил дверь. Внутри обнаружилась стандартная планировка: кровать на втором ярусе, а внизу — письменный стол. Просторный проход был загроможден двумя открытыми чемоданами.
Двое альф уже обустроили свои спальные места и теперь сидели лицом к лицу в проходе, уткнувшись в телефоны и играя в видеоигры.
Заметив входящего с чемоданом нового соседа, они недружелюбно окинули взглядом утонченное и чистое лицо беты, после чего многозначительно переглянулись и с двусмысленными усмешками уткнулись обратно в экраны.
Цю Сюй предположил, что парни были знакомы и раньше. Не желая навязываться с приветствиями при столь неприятном отношении, он молча нашел свободное место, бросил чемодан и принялся в тишине наводить порядок на своей кровати.
Видя, что новый сосед с трудом пробирается к балкону, оба альфы даже не подумали убрать чемоданы, преграждавшие проход, и лишь делали вид, что целиком поглощены командной игрой.
К счастью, Цю Сюй не улавливал смешанных запахов их феромонов, иначе ему стало бы еще тошнотворнее.
Закончив вытирать пыль на спальном месте, Цю Сюй возненавидел альф еще сильнее.
Натянув на голову кепку, он выскочил из давящей атмосферы комнаты А613 и, совершенно не подозревая, что несет на себе шлейф чужих смешанных феромонов, отправился в круглосуточный супермаркет через дорогу за предметами первой необходимости.
На часах было около трех часов дня — как раз то время, когда множество первокурсников прибывало в кампус, так что лифт останавливался почти на каждом этаже на пару минут.
Цю Сюй ждал ту кабину, которая должна была спуститься быстрее остальных.
Заметив, что лифт застрял на седьмом этаже, он мысленно взмолился, чтобы внутри не оказалось толпы. Остальные лифты двигались только наверх, и если бы пришлось ждать другой, пришлось бы идти по лестнице через пожарный выход.
Был самый разгар наплыва студентов, и Цю Сюй прекрасно понимал, что подниматься обратно ему придется на своих двоих, а потому ему совсем не улыбалось тратить силы на спуск пешком.
К счастью, постояв пару минут на этаже, лифт продолжил движение вниз, не выдав предупреждающего сигнала о перегрузке.
В каком-то смысле это было первое приятное событие за весь первый день учебы.
Его голова была спрятана под кепкой, и хотя поля наполовину загораживали обзор, он все же отлично видел свободное пространство, открывшееся при распахнувшихся дверях лифта.
Не раздумывая, Цю Сюй шагнул вперед, протискиваясь в узкую щель с правой стороны. Едва он встал, упершись плечом в поручень, как боковым зрение заметил, что кто-то рядом из-за чего-то слегка отодвинулся от него.
Первой мыслью Цю Сюя было, что от него исходит какой-то странный запах. Вспомнив двух альф из своей комнаты, он усомнился в том, что они относились к числу тех, кто умеет сдерживать феромоны, — скорее всего, он просто провонял их запахом.
Подобно тому, как он не ощущал смеси чужих феромонов в лифте, Цю Сюй не чувствовал и собственный запах, но это ничуть не умаляло подступавшей к горлу тошноты. Мысленно он тут же внес в список покупок еще и спрей-блокатор феромонов.
Когда лифт достиг первого этажа, площадка перед ним уже кишела студентами и родителями, сливавшимися в сплошной гудящий поток шума.
Едва дождавшись лифта, толпа вперила взгляды в пространство кабины, не желая уступать кому-либо преимущество ради вежливости и пропускания выходящих наружу. Все стояли как вкопанные, а тем, кто застрял внутри лифта, приходилось пробивать себе дорогу самостоятельно.
Цю Сюй стоял ближе всех к дверям, а потому неизбежно оказался в самом авангарде выходящих.
С трудом поднимая руку и прося уступить дорогу, он продвигался вперед. В этой тесноте, когда движение было сковано со всех сторон, ему неотступно мерещилось, будто кто-то сзади слегка подталкивает его в спину. То слабые, то чуть более ощутимые толчки напоминали интимные поглаживания — от поясницы вверх по позвоночнику прямо к лопаткам…
Цю Сюй отличался повышенной чувствительностью к чужим прикосновениям. Стоило ему это заметить, как у него едва не затылок занемел от мурашек, а спина покрылась испариной.
Толпа жаждущих втиснуться в лифт студентов напирала со всех сторон. Цю Сюй и так продвигался вперед с превеликим трудом, не имея возможности оглянуться и проверить, что происходит у него за спиной, оставалось лишь списывать все на случайные толчки в тесноте.
Однако в тот самый момент, когда Цю Сюй уже был на пределе от раздражения, кто-то тяжелым, давящим движением нажал на его слегка соггнутый затылок.
Это странное прикосновение заставило Цю Сюя вздрогнуть от неожиданности. Его словно ударило током: шерсть встала дыбом, а ноги вмиг ослабели.
Он едва устоял на ногах — к счастью, какая-то добрая сильная рука вовремя поддержала его за плечо, не давая рухнуть на пол.
Затылок — уязвимое место для любого живого существа. Для альф и омег там располагались железы, источающие феромоны; это была очень хрупкая зона, доступная для метки.
Что же до бет, то, пусть они и не обладали способностью производить или чувствовать феромоны, в области затылка у них все равно скрывался рудиментарный орган. И хотя эта зачаточная железа не несла никакой функции — не вырабатывала феромонов и не могла быть помечена, оставаясь лишь чуть более уязвимым участком кожи, — она все равно оставалась невероятно чувствительной точкой на теле беты.
http://bllate.org/book/32454/3961704
Готово:
