Когда Се Чжили с коробочкой маття-торта в руках и с улыбкой распахнул дверь в кабинет бакалавров, его взору предстали либо младшекурсники, с умиротворенными лицами вяжущие свитера для своих девушек, либо младшекурсники, прижимающие к ушам телефоны и вовсю скалящиеся на собеседников. Единственный же студент помладше, который ничего подобного не делал и выглядел еще более-менее сносно, заметив Се Чжили, застывшего в дверях с тортом, сложил пальцы щепоткой и удивленно с кокетливым умилением выдохнул:
— Ой, старший товарищ~ ты и правда такой чудесный~ Маття-торт из этой кондитерской днем с огнем не сыщешь, а я как раз со вчерашнего дня о нем мечтал.
— Ладно, тогда забирай себе, — Се Чжили передернул плечами от пробежавших по коже мурашек и машинально всучил коробку с тортом в руки студенту, который вовсю строил ему глазки, после чего резко развернулся и со всех ног припустил обратно в аспирантский кабинет.
Про себя он подумал: да, мужчин он действительно предпочитает, но его идеал — это благородные и утонченные мужи вроде Тан Сюя, чей мягкий нрав подобен нефриту, а вот капризные младшекурсники, способные сюсюкать с девчонками и ходить с ними за руку в туалет, пусть остаются тем, кто в них больше нуждается.
В простом и пустынном аспирантском кабинете стоял лишь один большой круглый стол да шкафы у четырех стен, забитые до отказа всевозможными материалами. На столе живописно раскинулась целая россыпь разного рода объявлений и бланков для регистрации. Се Чжили устроился прямо посреди этой макулатуры и с бесстрастным лицом больше часа залипал в телефон, пока индикатор батареи не загорелся тревожным красным цветом.
Тогда он потянулся за зарядным устройством и случайно обнаружил на самом дне стопки бумаг удивительное извещение: его заголовком значилась Бланк-заявка на совместное научно-академическое товарищеское мероприятие бакалавров и магистрантов.
Се Чжили, чье умение выделять главное неизменно срабатывало за пределами всякой важности, вновь проявил свою суперспособность и уставился на два заветных иероглифа: товарищеское мероприятие. В последнее время он был одержим навязчивой идеей найти пару, поэтому с радостью хлопнул себя по бедру и подумал, что стоит только вздремнуть, как кто-то заботливо подложит тебе подушку. Размашистым движением он быстро вписал свое имя в запылившийся бланк. Под конец, вспомнив про такого же одинокого и брошенного на произвол судьбы соседа по комнате Чэн Цзибэя, он из лучших побуждений втиснул его фамилию прямо под своей. Прикинув, что срок подачи заявок подходит к концу, он попросту сам отнес бланк в учебный отдел и положил на стол куратора.
Совершив доброе дело, Се Чжили почувствовал, что красный галстук на его груди стал еще ярче. Устроившись с телефоном прямо у порога учебного отдела, он ловил бесплатный Wi-Fi и тестировал мобильную игру, про которую вчера выпустил обзор Карточный Мастер Системы Креста. Игровой процесс оказался настолько захватывающим, что ему захотелось пойти в App Store и влепить им пять звезд.
Лишь спустя несколько часов, когда раздался звонок от Чэн Цзибэя, ворвавшегося в трубку с истошными воплями в стиле Мэйдзи Тын-шаня и требующего подробностей о мероприятии, Се Чжили осознал, что из-за своей привычки выцеплять не то главное он снова из лучших побуждений натворил бед.
— Откуда на нашем третьем курсе девчонки, братец?! — свирепствовал на том конце провода Чэн Цзибэй. — Обсуждать научные исследования с той компашкой лбов, которые умудряются забывать логин и пароль, когда идут рубиться в интернет-кафе? Я что, по-твоему, собрался жить жизнь мученика ради спасения заблудших душ?!
Се Чжили задрожал от громогласного рева Чэн Цзибэя, и лишь известие о том, что к ним присоединится старший товарищ Ин Кэ, чей образ непоколебимого любящего отца оставался неизменным, спасло их трещащую по швам пластиковую дружбу по общежитию.
Видя в ленте Weibo уведомление от соседа о вечерней трансляции, сотворивший глупость Се Чжили решил претерпеть все тяготы и лишения и остаться в аспирантском кабинете до скончания веков — лишь бы Чэн Цзибэй сохранил боевой настрой и во время стрима не начал выкашивать старшеклассников налево и направо.
Хотя, если честно, Се Чжили выбрал аспирантский кабинет исключительно потому, что здесь был Wi-Fi и зарядка, а заказать доставку еды и закатить вечеринку хоть от одного края круглого стола до другого можно было без малейшего риска быть пойманным. К тому же в каком-то из шкафов Хэ Фан прятал раскладушку, и если трансляция Се Чжили пойдет наперекосяк, он твердо намеревался раздвинуть эту раскладушку и заночевать прямо здесь.
Преисполненный горькой печали Се Чжили открыл WeChat, с сияющей тоской воззрился на сорок пять градусов вверх в сторону люминесцентной лампы, занес над ней телефон и опубликовал статус для друзей, от которого свовело бы зубы у любого:
Се Цлифань: У меня есть истории, а есть ли у тебя вино?
В ответ, помимо целой россыпи пивных кружек из числа стандартных смайликов, нашлось и несколько любителей поиграть в рифмы.
Грозовая буря: У меня есть кассеты, а есть ли у тебя деньги?
Ли Янтянь: У меня есть любимый человек, а есть ли у тебя кошка?
Шао Вэньтао: У меня есть картошка фри, а есть ли у тебя соус?
Любуясь литературными талантами своих друзей, Се Чжили почувствовал, что его собственный багаж знаний пополнился, а первоначально источавший невыносимую тоску пост стал выглядеть несколько комично. Тревога в сердце немного улеглась.
Выйдя из ленты друзей, Се Чжили обнаружил, что несколько минут назад Карточный Мастер Системы Креста прислал ему красный конверт на кругленькую сумму.
Ни с того ни с сего, среди будней — с чего бы кумиру вдруг присылать ему деньги? Се Чжили никак не мог взять это в толк и тем более не смел просто так принять столь щедрый дар, поэтому отправил Карточный Мастер Системы Креста вопросительный знак.
Се Цлифань: Братец Ши, с чего это ты вдруг прислал мне красный конверт?
Су: У тебя легкая форма аллергии на алкоголь. Не пей попусту, сходи купи чашку горячего молока.
Се Чжили уже хотел было с умилением выразить признательность кумиру, как вдруг в нем проснулась редкая для него бдительность: чёрт, братец Ши, откуда ты знаешь, что у меня аллергия на алкоголь? Вроде бы мы с тобой об этом не болтали?
Су: Ты как-то публиковал это на Weibo, я случайно заглянул и увидел.
Если подумать, Се Чжили и сам вспомнил, что в прежние, менее загруженные времена действительно использовал Weibo как личный дневник, сваливая туда всякую всячину. За несколько лет накопилось свыше десяти тысяч записей, из-за чего его профиль выглядел точь-в-точь как аккаунт проплаченного бота с идеально собранной базой данных.
Но раз так, это ведь доказывало, что кумир тоже тайком за ним наблюдает? Се Чжили внутренне ликовал. Расплывшись в улыбке, он принял красный конверт, мысленно пообещав приготовить для кумира роскошный подарок к моменту их личной встречи.
Увидев системное уведомление о том, что собеседник забрал его красный конверт, мужчина по ту сторону экрана незаметно выдохнул и непринужденно поинтересовался: Ты расстроен?
В воображении Се Чжили тут же ярко проступила его собственная удручающая картина: он лежит в одиночестве на раскладушке и горько плачет до самого рассвета: Я сегодня совершил ошибку, разозлил соседа по комнате… Кажется, мне придется ночевать в кабинете в полном одиночестве [плачу] [плачу].
Карточный Мастер Системы Креста больше не стал писать сообщения, а просто напрямую позвонил ему.
За этот месяц общения Се Чжили успел заметить, что отстраненный и холодный образ кумира в сети, скупого на всякое взаимодействие с публикой, скорее всего, проистекает банально из лени. Подобную привычку транжиры — решать все вопросы звонком на международную линию, если не удается уложиться в три фразы — мог исправить разве что бережливый и расчетливый партнер.
К счастью, сам он был богатым наследником с огромным потенциалом, и оплатить счета за пару сотен минут международных звонков ему было вполне по силам. Гордясь собой, Се Чжили принял вызов:
— Алло, братец Ши.
— Выкладывай.
Брошенная невпопад фраза, разумеется, повергла Се Чжили в полное недоумение:
— Чего выкладывать-то? Разве не ты мне позвонил?
Карточный Мастер Системы Креста, судя по всему, находился на каком-то празднике на открытом воздухе. Он молчал, и Се Чжили отчетливо слышал шаги множества людей под звуки заунывных английских народных баллад, напоминавших саундтрек к какому-нибудь вестерну.
— Рассказывай про свою ночевку в кабинете.
Мужчина прошел сквозь толпу улыбающихся людей, поднимавших в его честь бокалы, и остановился в тихом уединенном уголке. Задрав голову к яркому солнцу и втянув носом свежий запах земли, он безо всякой на то причины вспомнил летний полдень десятилетней давности, когда мальчик в сине-школьной форме бежал по траве прямо ему навстречу.
Перед глазами Се Чжили не было никакого палящего солнца — лишь слепящая неоновая лампа. В голове тоже редко проносились прощальные кадры прожитых дней из разряда «простая жизнь и есть истина», так что он честно и без утайки выложил Карточный Мастер Системы Креста все подробности о том, как вписал свое имя в список участников академического товарищеского мероприятия.
Будучи порядочным человеком, разделившим с ним его ориентацию, Карточный Мастер Системы Креста в глазах Се Чжили обладал высочайшим авторитетом и непререкаемым авторитетом, а всякого, кто посмел бы сказать хоть слово против кумира, Се Чжили был готов незамедлительно занести в черный список как оборотня.
Мужчина молча выслушал рассказ Се Чжили. Гитарист на другом конце поляны уже перешел к третьей песне. Нахмурившись, он переспросил:
— Товарищеское мероприятие?
— Академическое товарищеское мероприятие, — Се Чжили горько поплатился за свою невнимательность к деталям, а потому ухватился за эту оплошность, пытаясь исправить ситуацию: — Главная цель — помогать бакалаврам писать научные статьи, никаких симпатичных старшекурсниц там в помине нет.
Мужчина издал короткий, неожиданный смешок.
Хоть он не произнес ни слова, Се Чжили почему-то отчетливо услышал весь подтекст, скрывающийся за этим смехом:
— …Хотя мне и нравятся парни, это же не значит, что я не могу любоваться красивыми девчонками? Обсуждать научные исследования с той компашкой лбов, которые умудряются забывать логин и пароль, когда идут рубиться в интернет-кафе — я что, по-твоему, собрался жить жизнь мученика ради спасения заблудших душ?
Завершив тираду изящной цитатой Чэн Цзибэя, он счел ее чертовски элегантной.
— Значит, ты все-таки идешь на мероприятие с восемью бакалаврами, — подытожил Карточный Мастер Системы Креста.
Се Чжили с усердием возразил:
— С шестью. Двое последние пару дней как на соревнованиях.
— Когда? — неожиданно бросил мужчина.
Се Чжили пролистал историю сообщений и с большим трудом отыскал уведомление о времени проведения, присланное студсоветом бакалавриата:
— Послезавтра в два часа дня... Хм, полагаю, если эта братия завтра снова засядет за игры, то послезавтра они точно не проснутся вовремя, так что давай считать, что в половине третьего.
— Место?
— Чайная Уголок у западных ворот университета А...
Се Чжили отвечал на автопилоте, и лишь произнеся последнее слово, сообразил, что снова невольно выболтал конфиденциальную информацию:
— Братец Ши, а ты не слишком подробно расспрашиваешь?
— Угу, отдохни как следует, пей побольше горячей воды.
Ответа на свой вопрос Се Чжили не дождался: собеседник резко оборвал разговор, применив коронную фразу №1 из категории самых провальных средств межличностного общения, и повесил трубку.
Каково это — когда кумир сбрасывает твой звонок? Автор вопроса просит пояснений, сам же отвечающий пока еще не до конца пришел в себя.
В итоге Се Чжили, зажав в кулаке те тринадцать юаней от Карточный Мастер Системы Креста, потопал в молочный бар у входа, купил бутылочку горячего молока, а оставшуюся сдачу в размере пяти с половиной мао педантично перевел обратно благодетелю.
Получив перевод от Се Чжили, Карточный Мастер Системы Креста все так же стоял с бокалом в руках, непринужденно беседуя с неким крупным бизнесменом, который только что подошел поздороваться. Услышав специфический мелодичный звонок, установленный на уведомления от одного-единственного контакта, он, не меняя выражения лица, отвернулся от чужих любопытных взглядов и бросил взгляд на экран телефона. На дне его глаз мелькнул теплый огонек, способный растопить любую ледяную корку.
— Су, ты действительно не рассматриваешь вариант остаться развиваться в Англии? — пожилой английский джентльмен искренне восхищался этим энергичным и проницательным восточным мужчиной и глубоко сожалел о его решении вернуться на родину.
Мужчина покачал головой и, с неожиданно легким движением взмахнув в правой руке телефоном, ответил джентльмену:
— Дома меня ждет любимый человек, я обязан вернуться и встретиться с ним.
http://bllate.org/book/32429/3958127
Готово:
