Суть галстука — это тот же бантик.
А твоя суть — это бантик с душой... то есть ты просто сволочь.
Получив такой прямой выпад, Жэнь Эр вытаращил глаза и уже было хотел вспылить, но тут же перевел взгляд и закатил его:
— Не можешь ответить — сразу ругаешься, ццц...
Эти три ццц в конце могли бы вывести из себя даже покойника.
Сунь Ваньтин наконец-то завязал галстук, но сдержать гнев уже не мог. Возвращая галстук на место, он тяжело двинул Жэнь Эра кулаком в грудь.
И повернувшись, зашагал прочь.
Получив удар, Жэнь Эр отступил на шаг, а затем догнал его, выдавая фразу, способную довести человека до могилы:
— Кстати, есть еще одно дело. Большое спасибо господину Суню за вчерашнюю спонсорскую помощь, а то я ведь и правда не смог бы позволить себе этот костюм, а он стоит тысячу восемьсот.
Сунь Ваньтин остановился и упрямо задрал подбородок:
— Не за счет чего благодарить, я просто подал нищему. Считай, что совершил доброе дело, на будущее хоть реже буду встречать всякую мелкую пакость.
Слова прозвучали жестоко.
Жэнь Эр вспылил и в два счета вцепился ему в горло:
— Сунь Ваньтин! Ты...
— Вы оба здесь, а я-то думаю, куда выделись, — Цзян Мянь внезапно появился в дверях туалета, застустав обоих врасплох, и уставился на руку Жэнь Эра. — Вы что делаете?
Жэнь Эр расплылся в ухмылке, отпустил Сунь Ваньтина и одновременно дернул того за бантик.
Сверкнув плутовским огоньком в глазах, он уставился на рассерженного Сунь Ваньтина:
— Да ничего, просто подумал, что господину Суню очень идет бантик, прямо милашка.
В этот момент самым большим сожалением за всю жизнь Сунь Ваньтина было то, что он спас его в ту ночь, да еще и рискуя собственной жизнью! Если бы можно было все вернуть, он бы непременно присоединился к тем головорезам и от души врезал этому наглецу под зад!
Цзян Мянь так широко разинул рот от удивления, что едва не выронил челюсть: он отроддусь не слышал, чтобы кто-то называл братца Тинна милашкой — потому что братец Тинн, судя по его внешности и характеру, не имел с этим словом абсолютно ничего общего.
Некоторое время он просто соображал, как на это реагировать.
Сунь Ваньтин поправил воротник, за который его только что трепали, бросил на Жэнь Эра свирепый взгляд, а затем повернулся к Цзян Мяню, и его лицо мгновенно озарилось ласковой весенней улыбкой:
— Мяньмянь, банкет вот-вот начнется, я пожалуй пойду.
Жэнь Эр посмотрел на улыбку на его лице: оказывается, он умеет нормально улыбаться? Так почему же никогда не одаривал улыбкой его?
Цзян Мянь моргнул: братец Тинн не сердится, судя по всему, у них с Жэнь Эром прекрасные отношения, раз он спокойно стерпел то, что Жэнь Эр назвал его милашкой. Он тут же ухватил Жэнь Эра за руку и притянул к Сунь Ваньтину:
— Жэнь Эр, иди за братцем Тинном, а то вдруг заблудишься и не найдешь свое место.
Он развернулся так быстро, что даже не заметил, как у обоих мгновенно переменились лица, и тут же скрылся в одной из кабинок туалета.
Жэнь Эр подумал, что распускать руки было действительно нехорошо, но он же просто дернул этого противного Тинна, а не побил его, к чему такие официальные извинения?
Нужно было просто заговорить первым, чтобы тот мог сохранить лицо.
Пока он соображал, как начать, быстрые шаги уже удалились. Подняв глаза, он увидел, что Сунь Ваньтин находится уже в двухстах метрах от него. Тот шел так быстро, что аж ветер свистел — чего уж скрывать, словно модель, весьма эффектно.
Он быстро зашагал следом, но догнать не успел.
— Не ходи за мной! — рявкнул Сунь Ваньтин.
Жэнь Эра задела за живое такая манера — отгонять его, как бродячую собаку. Кулаки затрещали от напряжения, но в конце концов он так и не опустил их на Сунь Ваньтина.
Ростом Сунь Ваньтин был около метра восьмидесяти, фигура отличная: широкие плечи, длинные ноги. По сравнению с Цзян Мянем он действительно выглядел высоким, но рядом с Жэнь Эром казался хрупким.
Главное заключалось в том, что аура этого человека казалась донельзя хрупкой — бить его было бы всё равно что обижать слабого, да к тому же одна рука у него висела на перевязи.
Подавив бушующий внутри гнев, Жэнь Эр сделал пару широких шагов, задел Сунь Ваньтина неповрежденным плечом, обогнал его и, размахивая своими длинными ногами, зашагал вперед с развязанным видом.
Сунь Ваньтина качнуло от толчка, и выражение на его идеальном лице наконец рухнуло. Он прожигал спину Жэнь Эра яростным взглядом — еще никто и никогда не доводил его до такого бешенства.
Рано или поздно он преподаст этому парню урок хороших манер!
Жэнь Эр вернулся в банкетный зал, но там уже никого не осталось — лишь несколько сотрудников суетились по хозяйству. Один из них заметил его растерянный вид и подсказал:
— Здравствуйте, гость моя, день рождения перешел к этапу благотворительного аукциона, гости уже переместились в аукционный зал, пожалуйста, пройдите за мной.
Жэнь Эр кивнул и поблагодарил сотрудника. У них тут еще и благотворительный аукцион проводится?
Он оглядел банкетный зал: это было самое элитное место в городе, хотя когда он узнал адрес, то уже был слегка удивлен.
Теперь казалось, что Мяньмянь, пожалуй, еще богаче, чем он думал.
Его собачьи глаза уныло опустились: только что он злился, а теперь ему стало немного тоскливо. Если Мяньмянь так же богат, как этот противный Тинн, даже если у него всего половина богатств этого Тинна, он всё равно невероятно, безумно богат.
А такой нищий парень, как он сам...
— Извините, как ваше имя?
— А? А... Жэнь Эр.
Сотрудник сверился со списком каталога, нашел место, соответствующее имени Жэнь Эра, и проводил его.
Освещение в аукционном зале было приглушенным. Усевшись на место, Жэнь Эр заметил, что рядом с его именной табличкой на столе стоит табличка Сунь Ваньтина, и ему тут же захотелось встать и уйти, но прикинув всё, он подумал: с какой стати ему уходить?
Раз этот тип не хочет его видеть, он назло останется здесь!
Будет мозолить ему глаза!
Не прошло и двух минут, как в ушах раздался полный раздражения вздох, и без всяких подсказок он понял, что это пришел тот самый противный Тинн.
Не говоря ни слова, Жэнь Эр приподнял свою табличку и опустил обратно.
Смысл был предельно прост: место моего папаши находится именно здесь.
Соседний стул со скрипом отъехал назад, и Сунь Ваньтин с подвешенной рукой граммотно опустился на него, поздоровавшись с тремя другими людьми.
Аукцион еще не начался официально, и они завели тихий разговор.
Жэнь Эр был чистейшей воды посторонним и со скуки крутил в пальцах стакан. Слова Сунь Ваньтина так и норовили залететь ему в уши: он вещал о том, что такой темперамент, как у директора Вана, лучше всего подчеркивает сапфир — чистый и глубокий, одновременно просторный, как небо, и бездонный, как море.
Жэнь Эр приподнял веки и глянул на сидевшего напротив директора Вана, чье лоснящееся лицо напоминало жареного поросенка. Тот с абсолютно искренним видом переспросил:
— Правда?
Сунь Ваньтин:
— Разве директор Ван не доверяет вкусу Ваньтина?
http://bllate.org/book/32309/3941895
Готово:
