— О трех женах и четырех наложницах и речи быть не может, мы даже одну бабу позволить себе не сможем!
— Эта госпожа Шань и так хороша собой, даже не представляю, какая же небожительница должна приглянуться ей.
— По мне так точно не из приличной семьи девушка, иначе стала бы она добровольно унижаться и идти в любовницы!
…
Толпа оживлялась всё больше, и самые смелые даже подступили к Вэй Юньло, чтобы завести разговор.
— Этушка-девица, а кем вы приходитесь госпоже Шань? Не доводилось ли вам видеть ее любовницу? Неужто и впрямь писаная красавица?
— Вы разве еще не знаете?!
Вэй Юньло нарочно усмехнулась: — Эта девица А И и впрямь хороша собой, словно небожительница, да к тому же новая главная красавица павильона Тяньсян. Госпожа Шань не пожалела тысяч золотых, чтобы выкупить ее и освободить, лелеет ее словно драгоценность на ладони и балует — право слово, завидно до жути.
Сказав это, она демонстративно цокнула языком, а уголки ее губ изогнулись в торжествующей улыбке.
Ха-ха, теперь, после всех этих сплетен, можно считать, что слухи о содержании Шань Юань любовницы подтвердились. Если тогда Шань Юань не выполнит обещание и добровольно не разорвет помолвку, у нее появится отличный повод пожаловаться на нее тетушке Императрице.
Распространив слухи, Вэй Юньло довольная удалилась.
А несчастная Шань Юань ничего об этом не ведала и тревожно ждала лекаря, чтобы тот осмотрел больную.
Пришедший осмотреть пациентку Лекарь Ли оказался тем самым пожилым доктором из Хуэйчуньтан. Поскольку обе девушки выделялись своей внешностью, старый лекарь прекрасно их запомнил. Едва завидев Шань Юань, он тут же узнал ее, а заметив на постели бледную А И и проверив пульс, помрачнел.
Шань Юань тут же встревоженно спросила: — Лекарь, как она? Есть ли угроза ее жизни?
Лекарь Ли с недовольным видом посмотрел на Шань Юань и укоризненно произнес: — Госпожа Шань, эта девушка и так до конца не олечила старые раны, ее тело ослаблено, как же вы могли давать ей столь мощное лекарство, чтобы насильно ускорить наступление Периода Ляоюань? Теперь холод проник в самую суть ее тела, и если не вылечить ее вовремя, боюсь, в будущем ей придется крайне тяжело с зачатием детей.
— Как всё серьезно?!
Шань Юань тут же охватило глубокое чувство вины, и она поспешно спросила: — Так... так как же ее спасти?
Лекарь вздохнул и ответил: — Хоть старик и изучил немало врачебного искусства, в женских болезнях я не силен. Сейчас я могу лишь вылечить простуду этой девушки, а что касается дальнейшего восстановления — поищите мастера получше!
Разговор зашел в тупик, и Шань Юань оставалось лишь кивнуть в знак благодарности.
Лекарь Ли тут же выписал рецепт, дал Шань Юань наставления и удалился.
Шань Юань лично проводила его до выхода, велела слугам приготовить отвар и лишь после этого вернулась в комнату.
К тому моменту лежавшая на кровати А И уже открыла глаза. Она отчетливо расслышала каждое слово, но на сердце у нее было почти спокойно.
Для нее неспособность иметь детей казалась сущим пустяком по сравнению с глубокой кровной обидой. Ей было всё равно, она не желала об этом переживать, но если благодаря этому удастся вызвать жалость и угрызения совести у Шань Юань, посеять раздор между ней и Вэй Юньло и заставить их стать заклятыми врагами — лучше исхода и придумать нельзя.
Услышав шаги вошедшей Шань Юань, А И перестала притворяться спящей и слабо приподняла голову, глядя на нее.
Заметив это, Шань Юань тут же подошла к постели и мягко произнесла: — А И, как ты себя чувствуешь?
А И слегка покачала головой, издав слабый, невнятный звук.
Видя ее столь хрупкий и слабый вид, Шань Юань запереживала еще сильнее.
— Твое тело еще слишком слабо, лучше приляг и отдохни, я велю принести тебе пиалу женьшеневого супа.
А И больше ничего не сказала, лишь медленно кивнула.
Шань Юань тут же поднялась, велела служанке принести женьшеневый суп, а затем села рядом и принялась лично кормить ее ложечку за ложечкой.
А И послушно приоткрывала рот, не спеша проглатывая суп, но в душе затаила злобу: она непременно должна найти способ избавиться от Вэй Юньло, иначе ей не унять сердечной боли!
Одолев пиалу женьшеневого супа, А И наконец слегка порозовела лицом. Шань Юань с облегчением выдохнула и уже собиралась встать, чтобы поторопить приготовление лекарства, как вдруг А И ухватила ее за рукав и слабо произнесла: — Госпожа Шань, я слышала всё, о чем вы только что говорили!
Сердце Шань Юань пропустило удар, и она поспешно утешила ее: — А И, не бойся, я непременно отыщу лучших лекарей, чтобы поправить твое здоровье…
— Дело не в этом, — перебила ее А И и, делая вид, что колеблется, заговорила: — Я… я смутно слышала всё еще в карете, ты… ты назвала госпожу Вэй сяньчжу. Кто она такая на самом деле? Если ты оставила меня у себя, правда ли, что нам ничего не грозит?
Шань Юань замерла, и на ее лице проступило смущение оттого, что ее ложь вскрылась.
Она и так испытывала перед А И сильнейшее чувство вины, а теперь, когда та заговорила об этом, ей тем более не хотелось продолжать обман, и, скрепя сердце, она решила выложить ей всё начистоту.
— Что? Ты… ты говоришь, что она родная племянница Императрицы? Тогда… тогда после того, как мы прошлой ночью… неужели она… она меня простит?
На лице А И отразился испуг, она смертельно побледнела и задрожала всем телом.
Шань Юань поспешила ее успокоить: — А И, не бойся, пока я здесь, никто тебя не обидит.
— Я… — у А И покраснели глаза, из них закапали слезы, придавая ей жалкий и обиженный вид.
Шань Юань тотчас растаяла, поспешно протянула руку, чтобы смахнуть с ее щеки слезинку, и заговорила: — А И, не плачь, Вэй Юньло вовсе не жаждет выходить за меня замуж, она не причинит тебе вреда.
— Правда?
Потускневшая от страха А И всё еще слегка подрагивала.
— Правда. Не бойся, я тебя защищу.
С этими словами Шань Юань уложила ее обратно и ласково произнесла: — Отдыхай, а я пойду проверю, готово ли лекарство.
А И кивнула, глядя на нее полными влажного блеска глазами, в которых сквозила полнейшая беспомощность.
Как только Шань Юань торопливо ушла, А И откинула одеяло, опустила взгляд на собственный живот, и на ее лице постепенно проступило злорадное выражение.
Шань Юань, мне не терпится взглянуть, на что ты готова ради меня пойти?
Вскоре, когда Шань Юань вернулась с миской лекарства, на лице девушки вновь запечатлелось прежнее кроткое и слабое выражение, словно только что не было никакой свирепости.
Шань Юань почувствовала еще большую вину, бережно помогла ей приподняться и принялась ложка за ложкой поить лекарством.
После лекарства А И наконец немного порозовела, хотя всё еще оставалась крайне слаба, так что Шань Юань пришлось неотлучно ухаживать за ней.
Вскоре лекарство подействовало, накатила сонливость, и А И погрузилась в тяжелый сон.
Убедившись, что та заснула, Шань Юань аккуратно поправила за ней одеяло, вышла из комнаты и притворила дверь.
Выйдя во двор, она достала из кармана бамбуковый свисток и тихо выдула протяжную мелодию, затихшую лишь вдали.
Подождав немного, она услышала шаги, следом за которыми через ограду перемахнул человек в черном и опустился на одно колено: — Подчиненный Инь Лю приветствует Молодую госпожу.
Шань Юань слегка кивнула: — Встань.
— Благодарю, Молодая госпожа. — Инь Лю поднялся и почтительно замер рядом.
Поразмыслив немного, Шань Юань приказала: — Инь Лю, наведайся в павильон Тяньсян, выясни, кто стоит за всем этим и уже не раз пытался мне пакостить.
— Слушаюсь.
Отдав приказ, Инь Лю мгновенно растворился в ночной мгле.
Оставшись одна на просторном дворе, Шань Юань ощутила, как по спине пробежал холодок, от которого долго не получалось избавиться.
То, что ее несколько раз подряд пытались отравить в павильоне Тяньсян, никак не могло быть простым совпадением. Но кто же с такой изощренностью пытался ее погубить?
Шань Юань никак не могла взять это в толк.
В то же время ее не покидало смутное предчувствие, что колесо судьбы, описанное в оригинальной книге, уже закрутилось, и ей вряд ли удастся благополучно пережить это испытание.
— А! Нет…
Пронзительный, полный боли крик внезапно расколол тишину двора, прервав раздумья Шань Юань.
Голос принадлежал А И!
Сердце Шань Юань сжалось, и она бросилась бегом к комнате А И.
А И, я здесь, не бойся
Шань Юань влетела в комнату и, увидев, что та мирно лежит на кушетке, наконец перевела дыхание.
Подойдя ближе, она разглядела, что А И скукожилась на ложе, лицо ее исказилось от боли, а из груди вырывались изнуряющие стоны.
— А И, что с тобой? Тебе приснился кошмар?
Шань Юань поспешно бросилась вперед, крепко прижала А И к груди и принялась поглаживать по плечам.
— Больно, как же больно…
А И мучительно стонала, ее тело неудержимо судорожно дергалось, пот градом катился по лицу, прилипшие ко лбу темные пряди намокли, а кожа покраснела неестественным жаром.
Шань Юань приложила ладони к ее лбу — тот пыхал огнем. Она вмиг растерялась и залилась холодным потом от паники.
— Не бойся, не бойся, я рядом. А И, держись, я сейчас же позову лекаря!
В растерянности и испуге она уже собралась броситься к двери.
Однако стоило ей сделать шаг, как ее рукав намертво вцепились чьи-то пальцы. Обернувшись, Шань Юань увидела, что лежащая на ложе А И всё еще не открыла глаз, но тонкими пальцами вцепилась в нее, словно утопающий за соломинку.
Делать было нечего, и Шань Юань попыталась высвободить рукав.
Но едва она приложила усилие, как А И, словно испытав сильнейшее потрясение, судорожно вздрогнула, вцепилась обеими руками в ее руку и забормотала сквозь слезы: — Не надо… не уходи…
Матушка, не бросай А И, не надо…
Голос А И становился всё более хриплым, казалось, она бредила в каком-то страшном кошмаре: — Спасите…
Не убивайте меня…
— А!
Раздался пронзительный, разрывающий сердце крик, и А И вскочила на ложе, дико размахивая руками.
Боясь, что та навредит себе, Шань Юань перехватила ее руки и прижала к себе, тревожно повторяя ее имя: — А И, А И, опомнись!
А И не отзывалась, ее лицо бледнело всё сильнее, словно она застряла в кошмаре, из которого не было выхода.
— А И, не бойся, я здесь, я защищу тебя.
http://bllate.org/book/32250/3934422
Готово:
