Сайжэнь заметил, что Юй Тан уже начал идти с ним в ногу и при этом продолжал глуповато улыбаться. Он беспомощно покачал головой и продолжил поиски подходящего места для жилья.
Усердие всегда приносит плоды: когда небо уже начало темнеть, Сайжэнь и Юй Тан наконец обнаружили идеальное жилище.
Эта пещера оказалась намного больше предыдущей, в десятке метров от неё протекала река, позади пещеры располагалась небольшая рощица, а чуть дальше расстилалось море. Это было превосходное место для культивации Жемчужины Превращения в Дракона. Вокруг зеленела густая растительность — хотя на дворе стояла лишь ранняя весна, на деревьях уже распустились молодые листья.
Хотя там виднелись следы диких зверей, стоило лишь расставить ловушки, как они перестали бы представлять для них угрозу.
Не меньше Сайжэня был доволен и Юй Тан. Как только Сайжэнь подтвердил, что это место подходит, Юй Тан принялся наводить порядок в пещере. Он помогал Сайжэню рубить бамбук, мастерить бамбуковые кровати и прочие необходимые в быту вещи, суетясь внутри и снаружи с огромным воодушевлением.
Совсем иначе обстояли дела в доме второго дяди, Юй Цзиньчжу. Их ворота были наглухо закрыты, а сами они терпели ругань и угрозённые выкрики толпившихся снаружи крепких мужчин.
— Эта проклятая кучка дармоедов умеет только издеваться над нами! Почему вместо этого они не пойдут ловить людей? Или этот щенок из семьи старшего брата Юя отрастил себе три головы и шесть рук? — с криками кружилась по дому жена Юй Цзиньчжу, Чжао Фанцао, перебирая своим тучным телом.
Юй Цзиньчжу, утомленный её бесконечным ворчанием, яростно постучал трубкой о сапог:
— Попридержи язык да помолчи немного! Это Юй Тан хорошо прячется, завтра я попрошу других снова подняться в горы на поиски, а через пару дней он, глядишь, и вовсе уйдёт подальше.
— Эта маленькая дрянь — такой же мерзавец, как и его папаша, эгоистичный и думающий только о себе! — Чжао Фанцао устала ходить из угла в угол и с одышкой опустилась на кан, её густо насурьмленные брови сошлись на переносице в тугой узел. — И вправду нужно поторопиться. Ведь они вели эти дела за спиной у хозяина, и если их хозяин узнает, еще неизвестно, какие фокусы он выкинет.
— Точно! — Юй Цзиньчжу и Чжао Фанцао одновременно тяжело вздохнули.
В этот момент Сяогэр из семьи Юй Цзиньчжу, Юй Ли, приподнял полог двери и вошел в комнату. Он уселся рядом с Чжао Фанцао и затянул жалобы мягким, нежным голоском:
— Папа, мама, нельзя больше позволять этим людям шуметь у наших ворот! Дядечка уже разозлился, к тому же, как ни крути, я невыданный замуж гэру, а что будет, если они испортят мне репутацию? Мы с Юй Тэном совсем не похожи!
— Матушка тоже жалеет тебя, Ли-гэр, но разве у нас есть выбор? — с болью в сердце Чжао Фанцао прижала Юй Ли к груди.
Юй Ли снова поднял голову, и в его взгляде читалась торжествующая улыбка:
— На самом деле выход есть, только я не знаю, согласятся ли папа и мама.
Ранним утром Сайжэнь проснулся на бамбуковой кровати, которую мастерил полночи, и с легким сердцем потянулся. Спохватившись, что у него вообще-то есть сосед, он обернулся на противоположную кровать и обнаружил, что Юй Тан уже куда-то исчез.
Не успел Сайжэнь собрать мысли воедино, как у входа в пещеру раздался чистый и звонкий голос юноши:
— Братец Сай, я ведь рано сегодня встал, да? Я уже приготовил палочки для очищения зубов и еду! Иди сюда скорее!
— Это потому что вчера проспал? — Сайжэнь закончил утренние умывания, подошел к Юй Тану, который раскладывал у входа еду, и помог ему расставить угощение, заодно захватив деревянные пиалы и бамбуковые палочки, сделанные ими вчера вместе.
Юй Тан моргнул своими влажными, сияющими персиковыми глазами и широко улыбнулся:
— И надо же тебе было это заметить! Обычно дома я встаю самым первым, а вчера ты меня опередил, так что на душе было как-то неспокойно.
— Ну... ты и правда ребенок, — Сайжэнь бросил беглый взгляд на глуповато ухмыляющегося Юй Тэна, в его собственных глазах мелькнула незаметная улыбка, после чего он естественно перевел взгляд на еду, разложенную на банановых листьях.
Утренний трапеза была предельно простой: сердцевина бананового ствола, совсем молодые крошечные бананы и дикие травы, название которых он не знал. Всё вокруг поистине утопало в зелени, зато отличалось свежестью и приятным вкусом.
Видя, что Сайжэнь ест без тени смущения, Юй Тан всё же не удержался и виновато пробормотал:
— Братец Сай, в прошлые разы еду всегда готовил ты, и в каждом приеме пищи было разное мясо рыбы. Я думал, в этом году рыба принесет больше мальков, но оказалось, всё точно так же, как и в прошлые годы — целый день бьешься с утра до ночи, а в итоге не удается поймать ни одной рыбешки.
Сайжэнь, который продолжал невозмутимо жевать ту же самую дикую траву, поднял голову. В душе он считал такое положение дел совершенно естественным, но на лице изобразил ободрение:
— Косяки рыб не стоят на месте.
— На самом деле дело не только во мне. Старейшины в нашей деревне, у которых за плечами десятки лет рыболовного опыта, обычно тоже не могут поймать много рыбы. Короче говоря, рыба у нас — большая ценность, да и еда тоже, — Юй Тан отправил в рот еще несколько кусочков маленьких бананов и снова уставился на невозмутимого Сайжэня, переполненный любопытством. — Братец Сай, когда ты раньше культивировал в горах, ты случайно не изучал какое-нибудь божественное искусство ловли рыбы?
— М? Кхе-кхе-кхе! Кхе-кхе-кхе! — Сайжэнь остолбенел от столь странного вопроса и невольно переспросил: — Разве в этом мире существуют подобные техники?
— Я... я просто гадаю, только не смейся надо мной, ладно? — щеки Юй Тэна залились краской от лукавого взгляда Сайжэня, смотревшего на него как на наивного дурачка. Юй Тан уже лихорадочно соображал, как сменить тему и избежать этой неловкой атмосферы, как вдруг откуда-то неподалеку донесся вой волков. Он мгновенно подобрался, бросил взгляд на Сайжэня, который уже взял мотыгу и бамбуковые вилы, и быстрым шагом последовал за ним.
Сайжэнь постепенно понял, что в волчьем вое звучат скорбь и ярость. Он неожиданно почувствовал некоторое облегчение, повернулся к сосредоточенному Юй Тэну и произнес:
— Судя по звуку, это доносится из ловушки. Пойдем взглянем.
— Ого! Какая огромная волчица! Ее лапа проткнута заостренными кольями, которые мы смастерили, — Юй Тан смотрел на ловушку, которую они с Сайжэнем выкопали накануне глубокой ночью, и на бьющуюся в ней волчицу. Ощутив невольный страх, он прижался ближе к Сайжэню. — Братец Сай, что нам теперь делать?
— Хотя волки — одиночные животные, поблизости вполне могут оказаться и другие особи. Если мы позволим ей уйти, то вскоре непременно столкнемся с их местью, поэтому... — на лице Сайжэня не дрогнул ни один мускул. Говоря это, он подошел к ловушке, взмахнул мотыгой и проломил волку череп, мгновенно лишив зверя жизни. Под благоговейным взглядом Юй Тэна он спокойно пояснил: — Нужно искоренять зло до конца.
— ... — Юй Тан молча смотрел на уже испустившего дух, окоченевшего зверя, не зная, что и ответить. В его голове снова и снова проносились события только что развернувшейся сцены, а в душе росло восхищение решительностью Сайжэня — окажись на его месте Юй Тан, он бы наверняка еще долго сомневался.
http://bllate.org/book/32246/3933923
Готово:
