— Хвостовой отсек подбит.
— Левый двигатель подбит.
— Запущен аварийный резервный двигатель.
Цзи Тин нажал на клавишу умного управления, заставив звёздный корабль двигаться по заранее проложенному маршруту, а сам бросился к аварийному выходу.
— Звездолет «Великий Король Фаньтуань Вперед-Вперед», прощай, — крикнул он на бегу сквозь качку.
Женский голос системного центра управления был всё так же спокоен:
— Капитан Цзи, прощай.
Звёздный корабль Армии Красного Клена выпустил несколько световых лучей, резко свернул вправо, и вражеский флот сижэней тут же на полной скорости бросился в погоню, оставив брешь в левом секторе космического пространства.
Однако посреди этого пространства внезапно возникла крошечная ничем не примечательная вспышка серебристого света. Подобно падающей звезде, она отвесно рухнула вниз, пронеслась через оставленную кораблями брешь и устремилась прямо к поверхности планеты H37.
Это был серебристый меха, который под безбрежным куполом неба казался крошечной букашкой. Петляя из стороны в сторону, он стремительно нёсся с большой высоты; из-за своих миниатюрных размеров он легко и проворно проскользнул сквозь паутину лазерных лучей.
Цзи Тин вёл меха в крутом пике, а вокруг него со свистом проносились световые лучи. Он уже видел, как на поверхности планеты поднялся в воздух отряд мех сижэней и устремился ему навстречу.
Но он также заметил и ту свободную площадку.
Приблизить, ещё приблизить… пока на маленьком экранчике в левом верхнем углу монитора чьё-то знакомое лицо не проступило во всех деталях.
Высокий переносицый нос, волевые линии подбородка, пронзительные угольно-черные глаза.
В тот самый миг, когда Цзи Тин разглядел Ци Чжо, горло спазмом сдавило от подступивших слёз, защипало глаза, и он на мгновение потерял концентрацию, едва не угодив под лазерный залп.
С экрана он видел, как Ци Чжо запрокинул голову и сквозь тысячеметровое расстояние встретился с ним взглядом. Ци Чжо тоже знал, что тот смотрит на него, и чуть приоткрыл губы, беззвучно произнеся слова:
— Уходи.
Цзи Тин не послушался Ци Чжо: смаргивая влагу с ресниц, он вскинул руку.
Правая рука серебристого меха выбросила луч света, несколько мех сижэней поспешно увернулись, и он с ревом проскочил в образовавшийся зазор, продолжая пикирование.
Пип-пип, пип-пип…
Однако в этот момент слуховые и зрительные имплантанты в глубине слуховых каналов Цзи Тин издали предупредительный сигнал: батарея разряжена, система вот-вот отключится, и он неминуемо погрузится в состояние слепоты и глухоты.
Он бросил взгляд на экран, проигнорировав Ци Чжо, который всё ещё беззвучно повторял приказание губами, да так яростно, что выражение его лица казалось почти свирепым, перевёл меха в интеллектуальный режим и отдал две короткие команды:
— Захватить цель внизу, в кратчайшие сроки забрать его и доставить на север Хунвэя, 61 градус, юг Хунвэя, минус 25 градусов, подняться на борт заранее спрятанного там звёздного корабля… Если миссия провалится, пренебречь собственной защитой.
Щелчок!
Имплантанты возвестили об истощении заряда, и Цзи Тин мгновенно погрузился в абсолютную, звенящую темноту. Ничего не видя и не слыша, он чувствовал лишь, как его, словно мяч внутри герметичной коробки, кувыркает в невесомости, швыряет вниз и подбрасывает вновь.
В считанные доли секунды в его сознании пронеслись обрывки воспоминаний — заливисто смеющийся Фаньтуань, ласковая улыбка Ци Чжо…
Перед тем как его сознание окончательно угасло, воспоминания почему-то замерли на моменте восемнадцатилетней давности — ровно тогда, когда и началась эта катастрофа…
Глава 2
13 июня 3536 года звездной эры, 7:28 утра.
Это было самое обычное на вид утро, ничем не отличающееся от других. Город Панлун на планете Шая всё так же просыпался в лучах своей звезды, птицы в тени раскидистых деревьев всё так же порхали и щебетали, а Цзи Тин всё так же стоял у особняка, ожидая машину и вполголоса пререкаясь с Цзи Юнем.
Цзи Юнь тихо бросил:
— Глухой.
— Зеркало, — с надутым детским личиком ответил Цзи Тин.
— Слепой.
— Зеркало.
— Цзи Тин — слепой. — Цзи Юнь подался ближе и понизил голос, придавая ему веса.
Цзи Тин отступил на полшага в сторону, держась подальше от этого сводного брата, и парировал:
— Зеркало.
Цзи Юнь холодно смотрел на профиль Цзи Тина, на его пухлые щеки и вздернутый кончик носа, и в его глазах читалось нескрываемое отвращение.
— Твоя мать — шлюха.
Когда Цзи Юнь произнес эти слова тихо, но отчетливо, Цзи Тин замер, его длинные ресницы затрепетали.
— …Суперзеркало, — его голос заметно осип и стал тише.
Цзи Юнь собирался сказать что-то еще, но к дому уже подкатили две легковые машины. Не желая выслушивать продолжение, Цзи Тин, не дожидаясь, пока автомобиль остановится, сделал пару шагов вперед, торопливо пытаясь забраться в одну из машин. Но Цзи Юнь, будучи выше ростом и обладая длинными ногами, нагнал его в два-три шага и протянул руку, надавив ему за ухо.
Словно вынутая из игрушки батарейка, Цзи Тин мгновенно застыл, потеряв всякую подвижность и выражение на лице: он так и остался стоять на месте — колени согнуты, руки чуть раскинуты.
Мир перед его глазами превратился в первозданную, абсолютную тьму, где не оставалось даже намека на свет. А звуки в ушах оборвались разом, будто кто-то полоснул ножом по ревущему потоку шума.
Он ничего не слышал и ничего не видел — словно его запечатали в вакуумный пакет. Гудение моторов, щебетание птиц, человеческую речь и даже стук собственного сердца вырвали с корнем. Пакет водворили в холодильник и с сухим щелчком захлопнули дверцу, оставив уплотнитель без малейшей щелочки для света.
К счастью, ему уже приходилось сталкиваться с подобным не раз: запаниковав всего на пару секунд, он взял себя в руки и нащупал на затылке кнопку включения.
— …Глухой! Слепой!
Замерший мир запустился вновь. Резко повернув голову, он увидел, как черная легковица уже отъезжает, оставляя клубы выхлопных газов, а Цзи Юнь высовывает голову из окна и вовсю хохочет над ним.
Машина быстро скрылась за поворотом, скрыв из виду даже задний бампер, и тогда Цзи Тин изо всех сил закричал ей вслед:
— Зеркало! Возвращаю тебе! И я на тебя пожалуюсь!
Цзи Тин забрался на заднее сиденье другой машины и некоторое время сидел там, надувшись от обиды. Автомобиль тронулся, а его маленькие ножки в черных кожаных туфликах повисли в воздухе, легко и беспомощно раскачиваясь.
Бум!
Визг шин!
Водитель резко ударил по тормозам, и Цзи Тин, в панике вцепившись обеими руками в нагрудный ремень безопасности, испуганно выдохнул:
— Дядя Чэнь!
— Ничего страшного, ласточка в лобовое стекло врезалась.
Цзи Тин увидел, что на лобовом стекле расплылось темное пятно, а на капоте лежит серая птичка с безвольно свесившейся головкой и тонкими лапками, прижатыми к груди.
http://bllate.org/book/32165/3926355
Готово:
