— Ты и есть тот самый монстр, — сказала девушка, стоявшая напротив них. Её глаза сияли, словно звёзды, и в их глубине не было и тени злобы — лишь искренний, почти детский интерес. Не смутившись неудачей первой попытки, она небрежно перебирала пальцами на месте, будто совершенно не замечая напряжённости момента.
На вид ей было шестнадцать или семнадцать лет. На ней был серебристо-серый шелковый халат с облаками, вышитыми по вороту и рукавам. Халат едва доходил до лодыжек, а на ногах красовались серебряные сапоги с едва уловимым золотым узором. На фоне повсеместного серо-чёрного её наряд вместе с изящной внешностью выглядел особенно ярко.
Шу Сяову растерялась. Впервые её называли «монстром» таким лёгким, почти игривым тоном, и она совершенно не понимала, что происходит.
Юй Шу прищурился. В его взгляде, устремлённом на девушку, мелькнула злоба, а голос прозвучал глухо и сдержанно:
— Кто ты?
Он не мог определить её истинную сущность — значит, её происхождение не простое.
— Не скажу, — ухмыльнулась Лун Хуай и вызывающе задрала подбородок. Она отлично заметила его предыдущий взгляд. Но кого это волнует? Ведь она — не из робких!
С этими мыслями она снова перевела взгляд на Шу Сяову, стоявшую рядом с ним. По сравнению с той маленькой девочкой, которую она видела десять лет назад, та сильно выросла… но, кажется, всё так же глупа!
Драконы обладали исключительной чувствительностью к своим сородичам: однажды увидев, они запоминали навсегда. Поэтому, даже если Шу Сяову больше не была той коротышкой, которая не замечала, как её втягивают в чужие интриги, Лун Хуай безошибочно узнала её.
Она никогда не забывала Шу Сяову — и не только из-за привязанности. Главным образом потому, что случившееся с ней было поистине загадочным.
Отец говорил: черепаховый панцирь не ошибается. Если подобное действительно произошло, значит, в мире появилась непредсказуемая аномалия.
И первой такой аномалией в этом мире стало рождение Владыки Демонов Юй Шу…
— Эй, маленький монстр, разве ты меня забыла? Десять лет назад я тебе помогала! Неужели ты такая неблагодарная? — насмешливо воскликнула Лун Хуай, явно не всерьёз.
Их внезапное противостояние уже начало мешать торговле на рынке, но поскольку никто не делал попыток применить силу, прохожие молча сторонились их, не осмеливаясь вмешиваться.
Шу Сяову нахмурилась, перебирая в памяти события десятилетней давности, но так и не смогла вспомнить, чтобы кто-то похожий на эту капризную и странную девушку когда-либо ей помогал.
Может, это одна из тех, кому она наложила лёгкую иллюзию, чтобы те за неё расплатились? Но у неё совсем не осталось воспоминаний об этом человеке. Да и вообще, даже выбирая кого-то для такой мелкой услуги, она вряд ли выбрала бы кого-то настолько непредсказуемого и досадливого!
Она уже собиралась спросить, в чём именно состояла та помощь, но вдруг Юй Шу прервал её:
— Сяову, пойдём.
Он обнял её за плечи и развернул обратно. Ясно было, что он не хочет, чтобы она продолжала общение с этой незнакомкой.
Если та и знает что-то, то пусть это знание навсегда останется с ней в могиле.
Когда красный халат Юй Шу проносился мимо неё, уводя «маленького монстра», Лун Хуай отчётливо прочитала в его глазах угрозу убийства.
Она фыркнула с презрением. И хотя его взгляд стал ещё ледянее, она весело подмигнула Шу Сяову.
Пусть она и не знала, кто этот красный демон, но бояться его точно не собиралась!
* * *
В ту же ночь, за пределами городка Линьсянь.
Лун Хуай, не выдержав ни одного удара со стороны того красного демона, вынуждена была обрести драконий облик. Взвившись в небо с громким рёвом, она воспользовалась моментом его замешательства и активировала черепаховый панцирь, едва успев спастись.
Таща за собой израненное драконье тело, она вынуждена была вернуться в драконий дворец.
Похоже, её очередной побег снова провалился.
Всё из-за её чрезмерной самоуверенности! Кто бы мог подумать, что она столкнётся с демоном такой силы, да ещё и желающим убить её на месте?! Это уже слишком!
* * *
Юй Шу смотрел на несколько чешуек дракона и половинку черепахового панциря, упавших с неба. Его демоническая энергия вспыхнула — и в воздухе остались лишь серые пепельные хлопья.
Подняв глаза к ясной, круглой, словно зеркало, луне, он принял непроницаемое выражение лица.
Значит, драконий дворец Восточного моря?
— Хочешь сегодня погулять? — спросил Юй Шу, сидя за квадратным столиком в гостинице. Шу Сяову расположилась напротив него.
Золотистые лучи солнца пробивались сквозь облака и, проникая через распахнутое окно, словно тонкие нити, озаряли комнату, создавая картину полной гармонии.
— Мм... Не хочу вы-ыходить, — пробормотала Шу Сяову с набитым ртом. Пирожок с красной фасолью был сладким и рассыпчатым, но она откусила слишком много и теперь чуть не подавилась.
Наконец проглотив комок, она почувствовала, будто горло распухло. Подняв стакан с уксусным узваром из сливы, она сделала глоток: тёмно-коричневая жидкость смыла приторность, оставив после себя лёгкую свежесть.
Шу Сяову с наслаждением вздохнула. Жизнь прекрасна...
Осушив стакан, она сразу же потянулась к другому пирожку — на этот раз с фулинем — и начала поедать его, как маленький хомячок, оставляя на столе крошки, но совершенно не обращая на это внимания.
С тех пор как у Шу Сяову закрепилась «плохая» привычка — просыпаться поздно и не желать выходить рано утром, — Юй Шу заказывал у местной знаменитой кондитерской свежие пирожки каждый день, чтобы она могла завтракать в постели.
Такой щедрый постоянный клиент с крупными чаевыми, конечно, был радостью для хозяев. Они старались подбирать для неё самые разнообразные лакомства и даже добавляли сезонные фрукты и сладости, лишь бы угодить.
А если Шу Сяову после еды была в хорошем настроении, чаевые текли рекой.
Они уже полтора месяца жили в Линьсяне. А «незаметная» Шу Сяову день за днём бездельничала: ела, спала и иногда гуляла по городу. Её жизнь превратилась в сплошное «ждать смерти в комфорте».
Она окончательно признала себя домоседом: даже если город и велик, интересных ей лавок всего несколько, и после пары посещений новых впечатлений уже не остаётся. Что до специального рынка духовных артефактов и сокровищ — так тому она вообще предпочитала провести время в номере со своей духовной мышью...
Хотя, когда она играла с этим странным прозрачным зверьком, Юй Шу смотрел на него с лёгкой, почти болезненной улыбкой.
Как и Шу Сяову, Юй Шу почти не покидал её. Если она не хотела выходить, он никуда её не тащил — просто сидел с ней в комнате, глядя друг на друга.
Да, они делили одну комнату!
В первую ночь, обнаружив, что им предстоит ночевать вдвоём, Шу Сяову внутренне воспротивилась!
Но когда она робко выразила своё несогласие, Юй Шу лишь подарил ей ту самую улыбку — ту, что запомнилась ей навсегда и способна была затянуть в бездонную трясину, — и мягко сказал, что будет лишь наблюдать за её сном и ничего больше не сделает.
Она всё равно не сдавалась!
Неужели это своего рода надзор?
...Увы, слабая рука не может пересилить мощное бедро. Разница между ними была очевидна даже невооружённым глазом.
В итоге она капитулировала.
Если Юй Шу просто молча улыбался и стоял на своём, у неё не оставалось ни единого шанса на сопротивление.
«Ууу... Это точно не я!» — с лицом, закрытым ладонями, думала она.
К счастью, хоть в чём-то Шу Сяову преуспела — в умении спать. Она опасалась, что не сможет заснуть в одной комнате с демоном, но стоило ей лечь — и она проваливалась в сладкий сон без всяких проблем.
Просыпаясь под лучами яркого солнца, она неизменно видела знакомый алый халат Юй Шу и его знаменитую, гипнотическую улыбку.
Так продолжалось много дней, и Шу Сяову уже поверила, что он действительно каждую ночь бодрствует, лишь наблюдая за её сном... пока однажды ночью она не проснулась.
Привычно приоткрыв глаза, она машинально оглядела комнату — и обнаружила, что там пусто. Лишь одинокая лампада с угасающим фитилём тускло мерцала в углу, явно указывая, что хозяин давно ушёл.
Сначала, ещё не до конца проснувшись, она просто перевернулась на другой бок, чтобы продолжить сон. Но вдруг её осенило!
Юй Шу нет в комнате!
Эта мысль мгновенно породила другую: сейчас идеальный момент для побега\(^o^)/~
Когда она, натянув одежду и дрожа, как воришка, уже стояла на углу улицы под ледяным ветром, в душе всё ещё теплилось чувство вины за то, что ушла, не сказав ему. Но мысль о свободе и новой, полной надежд жизни быстро заглушила её.
Увы, то, что случилось дальше, показало ей настоящую жестокость незнакомцев.
~~
Воспоминания вернулись к той ночи.
Тихая лунная ночь, тонкий серп луны и россыпь звёзд — завтра наверняка будет ясная погода, подумала тогда Шу Сяову, взглянув на небо.
Она тайком выбралась из гостиницы и, пользуясь лунным светом, шла по узкому переулку. Улицы были погружены во тьму, фонарей не горело, но она упрямо пыталась найти дорогу к выходу из города.
Она не знала, что за ней уже следит чья-то тень.
Внезапно из темноты выскочил высокий мужчина, почти слившийся с ночью, и, ловко обездвижив её, зажал рот грязной тряпкой с неприятным запахом.
Шу Сяову в ужасе стала отчаянно сопротивляться, но её силы были ничтожны — настоящая бесполезная тряпка, как говорил Лимо. Ни удары, ни царапины не помогли — она была полностью бессильна.
Мужчина удивлённо «ойкнул», увидев, как долго она ещё сопротивляется, но раз уж начал — отступать было поздно.
Не давая ей возможности что-то предпринять, он связал её по рукам и ногам и потащил в неизвестном направлении.
Беспомощная и немая, она лишь извивалась, пытаясь привлечь внимание хоть кого-нибудь.
Но на пустынных улицах не было ни звука — только ветер гнал по мостовой пустую миску, и даже лай собаки не нарушал мёртвой тишины. Отчаяние сжимало её сердце.
«Ууу... Неужели он собирается убить меня? Нет!»
Протащив её некоторое время, похититель завёл её в пустынный двор и втолкнул в пыльную, грязную комнату, после чего громко захлопнул дверь и наложил на неё печать, а затем ушёл разговаривать с сообщниками.
Основной путь к спасению был отрезан. Дрожа от страха, Шу Сяову прижалась ухом к щели под дверью, пытаясь что-то разобрать. Из разговора доносились лишь обрывки: «убить», «нет силы духа», «ничего страшного»...
Даже не услышав всего, она поняла: эти люди действительно собираются её убить!
В кромешной тьме комнаты валялись какие-то предметы, но на ощупь она определила лишь дрова, старые мешки и тряпки — ничего, что можно было бы использовать как оружие. Стен было четыре, окон не было, даже маленькой щели для побега.
Связанная за спиной, она ползала по полу, ощупывая каждый угол, и скоро её руки покрылись пылью и липкой грязью, но выхода так и не нашлось.
Страх и отчаяние подступили к горлу, и она едва сдерживала слёзы. Впервые в жизни она оказалась так близко к смерти и по-настоящему испугалась.
Как же она сожалела, что не послушалась Юй Шу и не осталась в гостинице! Как же ей хотелось, чтобы всё это оказалось просто кошмаром, который вот-вот закончится! Но боль от удара о дерево и онемение в связанных руках были слишком реальны.
Именно в этот момент она в полной мере осознала заботу и доброту Юй Шу. Его доброта навсегда отпечаталась в её сердце.
— Бах~
http://bllate.org/book/3210/355570
Готово:
