Такая напряженная и застенчивая ситуация, когда окружающие к тому же принимают это за болезнь, казалась ей одновременно унизительной и пугающей.
Она какое-то время безуспешно пыталась вырваться, но стоило кому-то другому сесть рядом, как Ю Сяосяо уже не смела поднять голову.
— Это мой семейный врач. — Янь Бай слегка подтолкнула Ю Сяосяо в сторону доктора и снова погладила её по щеке. — Доктор, у неё такое красное лицо, посмотрите, не поднялась ли у неё температура?
— Давайте сначала измерим температуру. — Доктор достал из аптечки термометр и уже хотел передать его Ю Сяосяо, но Янь Бай перехватила его на лету.
С энтузиазмом зажав термометр в руке, Янь Бай возбужденно произнесла:
— Я знаю, как им пользоваться, мама мерила мне им температуру, когда я болела!
— Подождите… — остановив её действия, сказал доктор. — Градусники для альф и омег различаются, их нужно разделять.
— А…
Окинув Ю Сяосяо оценивающим взглядом — сам доктор был бетой и не поддавался влиянию феромонов, но за годы врачебной практики научился по телосложению и другим признакам определять, кто перед ним, альфа или омега, — на этот раз он тоже немного растерялся:
— Температура альф немного ниже температуры омег, ну а если пациент еще не прошел дифференциацию, то используется обычный термометр.
Пока они беседовали, оба совершенно не заметили, как зажатая между ними Ю Сяосяо вся задрожала.
Лишь спустя какое-то время Янь Бай заметила неладное: как бы глупа она ни была, она увидела, что Ю Сяосяо плачет.
Та плакала так горько, что даже начала всхлипывать, а на раскрасневшихся щеках всё еще не спадал жар. От её заплаканных глаз было совершенно непонятно, как её утешать.
Сначала это были лишь тихие всхлипывания, но когда Янь Бай снова приподняла её лицо, Ю Сяосяо окончательно сломалась. Ей казалось, что сегодня её обижают на каждом шагу, а мысль о том, что от близости к любимому человеку она краснеет, была просто позором — и теперь это увидели посторонние, — так что она перешла на громкий, безутешный плач.
— Янь Бай! Что ты опять натворила?
Янь Бай растерялась. Услышав голос матери, доносящийся сверху, она в панике протянула руку, притянула Ю Сяосяо в свои объятия и крепко зажала ей рот ладонью.
Казалось, будто от этого все звуки тут же исчезнут.
Доктор: «…»
Ю Сяосяо: «QAQ-у-у-у…»
— Мама! Не спускайся, я смотрю телевизор! — страшно боясь, что мать спустится и отчитает её, с затаенной на сердце совестью Янь Бай еще сильнее прижала Ю Сяосяо к груди, пытаясь заставить её замолчать.
Ю Сяосяо попыталась вырваться, но её сил совершенно не хватало, чтобы оттолкнуть Янь Бай. Её жалобное мычание срывалось на плач, а вокруг неё разливался исходивший от Янь Бай легкий сладкий аромат персиков.Совершенно очевидно, что это был вовсе не какой-то дурманящий, соблазнительный запах, но Ю Сяосяо всё равно ощутила странный трепет в груди — такой пугающий, что от страха подкашивались ноги.
Вот только другая девушка этого совершенно не осознавала. Чем сильнее Ю Сяосяо сопротивлялась, тем крепче та её обнимала.
Целиком погрузившись в объятия Янь Бай, Ю Сяосяо даже отчетливо слышала её сердцебиение. Наверное, опасаясь, что мать вот-вот спустится вниз, Янь Бай тоже сильно нервничала, и её сердце колотилось как безумное.
— Что ты такое говоришь?! Я же своими глазами видела, как ты творишь безобразия! — стоило Маме Янь бросить взгляд вниз, как ей показалось, что её голова сейчас взорвется.
И правда, если ребёнок ведёт себя тихо, значит, он либо уже творит какую-то пакость, либо только собирается её сотворить.
— Мам… — Янь Бай недовольно поджала губы. — Я же просила тебя не спускаться, зачем ты всё-таки пришла?
Пока она не видела мать, на душе было тревожно, но стоило только появиться ей перед глазами, как напряжение немного отступило, и страх пропал.
Она даже, словно вымещая на ком-то досаду, взъерошила волосы прижатой к груди Ю Сяосяо, окончательно превратив и без того растрёпанную причёску в полнейший беспорядок.
Стоило пальцам Янь Бай коснуться кожи головы, как нервы Ю Сяосяо натянулись струной, однако её окоченевшее от страха тело тут же спасла Мама Янь.
Протянув руку, она силой вытянула девушку из объятий собственной дочери, а затем окинула взглядом покрасневшее лицо «пострадавшей», которое сейчас было измазано словно у перепачканного красками котёнка.
Нервно теребя пальцы и собираясь с духом, Янь Бай попыталась оправдаться:
— Это не я… Ей просто нездоровится, я даже врача сюда позвала.Не разговаривай. Бросив сердитый взгляд на собственную дочь, Мама Янь перевела взгляд на Ю Сяосяо, мысленно посчитав поведение дочери излишне жестоким — в прошлый раз она уже довела человека до жалкого состояния, а теперь продолжает.
Эти глаза покраснели, кончик носа тоже красный... Выглядела она донельзя жалко.
Расскажи тёте, как Янь Бай тебя обидела, тётя поможет тебе её проучить. Взяв её за руку и успокаивающе похлопав, Мама Янь заговорила мягким голосом: Не стесняйся и ничего не бойся.
Ю Сяосяо вздрогнула от неожиданности, едва не лишившись чувств от страха.
Н-нет, ничего... Шмыгнув носом и пытаясь взять эмоции под контроль, Ю Сяосяо икнула, а её щеки вновь запылали. Я просто... слишком сильно нервничала.
Что ты натворила? Поняв, что добиться от Ю Сяосяо хоть каких-то слов не удастся, Мама Янь перевела взгляд прямо на дочь и протянув руку, ущипнула её за ухо, полностью забыв о своей привычной мягкости и элегантности.
Я ничего не делала! Янь Бай тоже почувствовала себя обиженной. Я просто хотела сходить с ней на свидание вслепую... У-у-у-у, мама, ты злюка!
Слезы брызнули мгновенно, с такой бурной силой, что собеседница даже не успела сориентироваться.
Мама Янь ещё толком не успела приложить усилие, оттягивая ей ухо, а у Янь Бай уже градом полились слёзы.
У-у-у, мама злюка! Высвободившись из её хватки, Янь Бай повернулась и уткнулась лицом в грудь Ю Сяосяо, зарывшись головой и крепко обхватив её руками за талию с таким видом, будто готова умереть, но не разжать объятий.
http://bllate.org/book/32009/3908735
Готово:
