Прохладный ветер обдувал всю дорогу, и сердце наконец успокоилось, перестав отчаянно колотиться о рёбра. Ши Шан облизал сухие губы, опустил голову, запер телефон, собрал вещи и направился к выходу из учебного корпуса.
В час ужина учебный корпус был очень тих, и в просторных классах сидело лишь несколько человек по углам.
Ши Шан устроился в углублении у стены, воровато извлечения телефон, надел наушники, убавил яркость экрана почти до минимума и открыл заветное приложение.
Сегодня он не слишком проголодался, да и удача улыбнулась ему: стоило немного полистать ленту на площади, как он быстро нашёл блогера по вкусу.
Этот парень был невероятно хорош собой. Пересмотрев видео, где тот красовался в жемчужной цепочке на груди, Ши Шан наелся примерно на шесть-семь из десяти.
Добавив к этому парочку других роликов с переодеваниями, он мог не беспокоиться о еде на ближайшие несколько дней.
Ши Шан закрыл приложение, взял лежавший рядом бумажный пакет, аккуратно вытащил оттуда десерты и сорвал защитные ленты с упаковок.
С каждым новым вскрытием его глаза сияли всё ярче: лимонный тарт, шоколадный рулет, профитроли с мороженым, манговый наполеон — всё то, что он так сильно любил!
Ши Шан нетерпеливо подцепил ложечку и потянулся к профитролю с мороженым.
Когда в меру сладкий крем таял на языке, он от нахлынувшего счастья был готов запустить пузыри.
Старший действительно потрясающий человек — точь-в-точь как в слухах, мягкий, терпеливый, совершенно лишённый какой-либо надменности.
Но в то же время он был до ужаса хорош. Стоило только приблизиться, как у Ши Шана тут же начиналась аллергия: кружилась голова, щеки заливались румянцем, а сердце пускалось в пляс.
Видеть, но не иметь возможности попробовать — для суккуба это настоящее испытание.
Ши Шан ощутил лёгкую досаду, перевёл взгляд на еду, которую ему было дозволено есть, и быстро прикончил всё до последней крошки.
После окончания двух пар после полудня Ши Шан, по обыкновению, отправился подрабатывать в столовую. На этот раз он уже набрался опыта и заранее выделил время для еды.
Когда он, управившись со всеми делами, вернулся в общекомнату, было едва за семь.
Время раннее, в пятьсот восьмом по-прежнему никого не было. Ши Шан быстренько разделался с сегодняшним заданием и собрался в душ.
Когда он вышел из ванной, прижимая к груди таз для умывания, хмурое небо окончательно заволокло тучами.
На горизонте закрутились плотные тучи, раздалось несколько глухих раскатов грома, и внезапно закапал дождь.
Плотная пелена дождя быстро раскинулась вокруг, перерастая в ливни.
Внизу тут же раздались всплески испуганных возгласов — дождь начался так внезапно, и зонтов у большинства при себе не оказалось. Кто-то просто сорвал с себя футболку, словно принимая естественный душ, и неторопливо шагал под дождём.
Капли то и дело залетали на балкон. Оценив силу ненастья, Ши Шан поспешно схватил вешалку и принялся стягивать сохнущую одежду.
В последние два дня стояло яркое солнце, поэтому сушилками никто не пользовался, и выстиранные вещи вместе с постельным бельём сохли прямо на открытом воздухе.
Белья скопилось столько, что Ши Шану пришлось бегать туда-сюда дважды, прежде чем он почти закончил.
Напоследок осталась лишь пара тонких лёгких рубах.
Ши Шан встал на цыпочки, крепко сжал металлический шест и принялся медленно подцеплять верхним крюком самую дальнюю вещь.
Ветер снаружи резко усилился, с завыванием бросаясь на балкон. Белая рубашка дважды взметнулась в потоках воздуха, неожиданно сорвалась с вешалки и шлепнулась прямо на лицо Ши Шана.
В тот же миг от ткани повеяло лёгким, едва уловимым ароматом, который тут же ворвался в ноздри, проник в самую глубь лёгких и пробежал по телу разрядом тока. Застигнутый врасплох, Ши Шан тяжело качнулся.
Как же сладко, как вкусно…
Идущая из самых глубин души первобытная жажда мгновенно всколыхнулась в нём.
Она тонкими шелковистыми нитями обвила Ши Шана, плотно окутывая его тело, но выхода так и не находила.
В конце концов стремление взмыло к самой макушке и резко сгустилось в две силы, с тихим щелчком пробившись сквозь волосы.
Два маленьких рожника были нежными на вид, гладкими и прозрачными, с мягким сиянием, напоминающим жемчуг.
Ши Шан: !?
Как такое возможно? Он же чертовски плотно поужинал сегодня!
Пятка Ши Шана с глухим стуком опустилась на пол, руки судорожно скомкали приземлившуюся на лицо одежду. Его глаза широко распахнулись от ужаса, а лицо покрылось выражением полного шока.
Не успел он даже поднять руку, чтобы нащупать проклюнувшиеся рожки, как в дверях общежития раздался тихий шорох.
!!!
Звуки щелчков в дверном замке становились всё отчётливее, выдавая, что дверь вот-вот откроют снаружи.
Заметавшись в панике и совершенно не успевая сообразить что к чему, Ши Шан прикрыл макушку руками, стремглав нырнул в ванную и захлопнул дверь.
Спустя пару секунд снаружи послышались неспешные шаги. Затем стеклянную дверь балкона отворили.
Шаги затихли, и в дверь ванной дважды постучали костяшками: тук-тук.
— Ши Шан, ты внутри?
Это был голос Вэнь Цуна.
— Это я, — нервно сглотнув, отозвался Ши Шан, и его голос заметно дрогнул. — Я сейчас выйду.
— Всё в порядке, не спеши.
Шаги быстро удалились, а балконную дверь снова задвинули.
Напряжённая спина Ши Шана постепенно расслабилась. Встретившись взглядом со своим отражением в зеркале, он только сейчас сообразил, что его рука до сих пор прижата к макушке, и отдёрнул её, словно обожжённый током.
Его веки опустились, а белоснежные зубки жалко закусили нижнюю губу.
Рожки суккуба были гладкими, круглыми, крошечными, словно орешки, и полностью скрывались среди смоляных прядей — без пристального внимания их было просто невозможно заметить.
Ши Шан ткнул в один из них пальцем: твёрдый, точно такой же, как и раньше.
Никаких сбоев.
Так что же с ним только что произошло?
Мозг Ши Шана принялся по ниточкам распутывать клубок воспоминаний: в тот момент он собирал белье, как вдруг порыв ветра сорвал рубашку и швырнул ему прямо в лицо.
На ней был запах Лу Тинхэ, и после этого у него внезапно выросли рога.
Ши Шан озадаченно сморщил нос: неужели это симптомы аллергии?
Вряд ли. Ши Шан в замешательстве отмёл эту мысль: даже от столь незначительного запаха у него бы не началась аллергическая реакция, учитывая, что он был сыт.
Да и раньше, когда у него случались приступы аллергии, дело никогда не доходило до внезапного появления рогов…
Пока он размышлял об этом, снаружи послышались голоса — похоже, вернулись остальные соседи по комнате.
Нынешнее положение дел совсем не располагало к праздным раздумьям. Ши Шан несколько раз глубоко вдохнул, успокаивая сердце и изгоняя хаос из головы.
После нескольких попыток его душевное равновесие восстановилось, и два рога на макушке бесследно растворились в воздухе.
Кризис миновал. Ши Шан с облегчением выдохнул и уже собирался распахнуть дверь, как предмет в его руках внезапно стал напоминать о себе с удесятерённой силой.
Остолбенев, он опустил глаза: рубашка Лу Тинхэ всё ещё была у него!
В кулаке он сжимал белую мужскую сорочку.
Мягкая приятная к телу ткань отличалась гладкостью, однако от недавних тисканий материал премиум-качества безнадежно измялся. На некогда безупречной рубашке залегли многочисленные складки, превратившие её в нечто невообразимое, в чём уже невозможно было признать вчерашнюю свежесть.
Конец, полный конец.
Как он теперь объяснит, что случайно прихватил чужую вещь и заперся в ванной — чтобы он ни сказал, это вызовет лишь дурные подозрения!
По спине Ши Шана покатился холодный пот, глаза в панике забегали туда-сюда, не зная, за что ухватиться в этом смятении.
Ладонь то сжималась, то разжималась. Мысли Ши Шана напоминали смятую рубашку — такой же скомканный клубок, отчаянно нуждающийся в том, чтобы его разгладили.
Ничего страшного, всё в порядке, Лу Тинхэ сегодня может и не вернуться.
Чуть позже он постирает его вещь, отнесёт в химчистку, чтобы как следует отутюжить, и тогда следов не останется.
Ши Шан закусил губу, лихорадочно выстраивая в голове план спасения.
Нельзя медлить дальше — если его застанут соседи по комнате, оправдаться станет ещё труднее.
Крепко зажав сорочку в руке, Ши Шан молча завёл её за спину и свободной рукой толкнул дверь ванной, выходя наружу.
Высушенные вещи и постельное бельё уже были убраны. Балкон сиял чистотой и порядком: в углу даже специально освободили место под стеллаж, где ютелось несколько горшков с суккулентами, ни капли не напоминая типичное стереотипное мужское общежитие.
Ши Шан окинул взглядом пространство: лишних мест не обнаружилось. Поразмыслив так и эдак, он решил, что единственным подходящим тайником остаётся его собственная корзина для грязного белья.
Он уже собрался сделать шаг в том направлении, как стеклянная дверь внезапно распахнулась изнутри.
Застигнутый врасплох волной легчайшего ландышевого аромата, Ши Шан почувствовал, как сердце на секунду остановилось.
Лу Тинхэ стоял на пороге. Его дневной костюм был снят, и на нём осталась лишь та самая рубашка.
Высокая фигура полностью заполнила дверной проём, а взгляд из-за стёкол очков, спокойно устремлённый сверху вниз, производил мощнейшее визуальное впечатление.
Заметив Ши Шана, мужчина по-джентльменски отступил на полшага назад, уголки его губ тронула лёгкая улыбка, и он мягко произнёс:
— Это ты убрал вещи с балкона? Спасибо.
— Да… то есть нет, не совсем, я убрал только половину.
Ши Шан испуганно отвёл взгляд, отвечая сбивчиво и невпопад. Он и сам не понимал, что несёт, подсознательно пытаясь спрятать рубашку за спиной ещё глубже.
Пальцы крепче впились в ткань, и кожа, соприкасавшаяся с ней, накалилась до предела. Холодный пот выступил на футболке, а в ушах зазвучал оглушительный грохот готового разорваться сердца.
— Тогда… — Лу Тинхэ перевёл взгляд на опустевший балкон и спокойно поинтересовался: — Ты не видел здесь белую рубашку с длинным рукавом?
Ши Шан: !
В полном смятении чувств он опустил глаза и едва слышно выдавил:
— Н-нет, не видел.
Длинные ресницы испуганно затрепетали, оставляя на бледных веках две тени-веера, а полоска влажных красных губ скользнула по зубам, увлажняя пересохшие губы.
Лу Тинхэ прикрыл глаза, легонько потирая пальцы, и с лёгким смешком обронил:
— Вот как…
Дыхание Ши Шана спёрло, всё внутри сжалось в комок. И тут он услышал непринуждённый голос Лу Тинхэ:
— Наверное, я просто перепутал.
Сердце Ши Шана тяжело рухнуло на место, зато щеки мгновенно залил сильнейший жар, расцветая двумя алыми пятнами.
Заметив перемены в лице собеседника, Лу Тинхэ участливо заглянул ему в глаза и заботливо спросил:
— Что такое? Твоё лицо вдруг стало таким красным, ты случаем не простудился?
— Разве сильно красный? — опешил Ши Шан и только теперь ощутил, как жутко пересохло в горле. Он снова облизал губы и выдавил натянутую улыбку. — Я не простудился, просто вода в ванной была слишком горячей.
Лу Тинхэ усмехнулся с загадочным видом:
— Погода нынче переменчива, береги себя.
— Да, старший, — Ши Шан пару секунд посмотрел в глаза Лу Тинхэ, а затем поспешно отвёл виноватый взгляд и произнёс ласковым шёпотом: — Спасибо за угощение, было очень вкусно.
Улыбка в глазах Лу Тинхэ стала глубже:
— Не за что, главное, чтобы тебе понравилось.
Он не собирался продолжать расспросы и, договорив, вежливо повернулся назад.
Убедившись, что Лу Тинхэ не увидит то, что творится на балконе, Ши Шан стремглав бросился в дальний угол комнаты.
http://bllate.org/book/32004/3908085
Готово:
