Шэнь Лантин пулей отскочил в угол комнаты, выудил телефон и набрал 110, собираясь вызвать полицию.
В этот самый момент малыш пошевелился, и из кармашка на его груди показался клочок бумаги с неразборчивыми письменами.
Шэнь Лантин нахмурился. Он вернулся к ребенку, протянул руку и без особого труда вытащил записку.
Вглядевшись, он прочитал:
«Шэнь Лантин, это твой родной сын. Не веришь — сделай тест на отцовство».
Шэнь Лантин не знал, как описать свои чувства — это была невероятно гремучая смесь эмоций.
Если бы представилась возможность, он бы своими руками разорвал Толстяка Сюя за его поганый язык!
Несмотря на то, что на бумаге черным по белому было написано послание, он отказывался верить в происходящее. Он — закоренелый гей, никогда не прикасавшийся к женщинам, откуда у него мог взяться ребенок?
Как бы он ни ломал голову, единственным логичным объяснением оставался чей-то злой розыгрыш.
Он запихнул бумажку обратно в кармашек малыша, медленно подошел к соседней квартире и, не раздумывая, постучал три раза.
В это время дня хозяева оказались дома. Дверь открыл мужчина средних лет в очках. Увидев Шэнь Лантина, он улыбнулся:
— Господин Шэнь, что-то случилось?
Шэнь Лантин кивнул, слегка отодвинулся в сторону, указал на малыша, сидевшего у его двери, и прямо спросил:
— Это ваш ребенок?
Мужчина вытянул шею, заглянул в коридор и затряс головой:
— Да что вы, как такое возможно? У меня дети уже в средней школе учатся.
Шэнь Лантин, не меняясь в лице, вежливо ответил:
— Прошу прощения за беспокойство.
Этот жилой комплекс был одной из достопримечательностей города S, здесь селились только богатые и влиятельные люди. На каждом этаже было всего по две квартиры — элитный формат с личным лифтом.
Ответ соседа был ожидаем, но в то же время выбивал почву из-под ног.
Шэнь Лантин засунул руки в карманы и, подняв взгляд на камеру видеонаблюдения, задумчиво прищурился.
— Бэнь-бэнь... бэнь-бэнь!
Поскольку малыш долгое время не получал внимания, он принялся изо всех сил хлопать ладошками по картонной коробке, пытаясь привлечь взрослого.
Шэнь Лантин перевел взгляд на пухлые щечки ребенка. Его лицо постоянно менялось, темные глаза то вспыхивали, то гасли. Помолчав некоторое время, он наконец тяжело вздохнул:
— Ладно, пока ты не плачешь, мы как-нибудь договоримся.
Малыш словно отозвался ему:
— Бэнь...
— Окей!
Шэнь Лантин сделал два шага к ребенку, протянул свои большие ладони, подхватил его под пухлые подмышки и, изучив конструкцию, выудил малыша из коробки на руки.
Он слегка подбросил его — малец оказался тяжелым, настоящий пухляш, оправдывающий свое звание.
Шэнь Лантин впервые в жизни держал ребенка, поэтому поначалу не рассчитал силу. Малыш недовольно закряхтел, но плакать не стал — лишь вытаращил глазенки и уперся маленькими ладошками ему в шею.
Шэнь Лантин решил не обижаться на младенца. Он легко придерживал пухлый комочек одной рукой и повернулся к своей двери.
Похоже, малыш привык к такой позе: он прижался всем тельцем к его плечу и, не мигая, уставился на него любопытным и умилительным взглядом.
http://bllate.org/book/31979/3904778
Готово:
