Ли Хайжо бросил на нее косой взгляд, опустил голову и взглянул на часы:
— Почему Дунфан Шэн до сих пор не пришел? Разве ему не нужна компенсация за командировочные?
— Губы раскатала, — закатила глаза Ци Бэйлань. — Ты хоть раз в жизни выплачивал нам сверхурочные? Ты вообще уверен, что Бай Юй здесь?
Лицо Ли Хайжо слегка омрачилось:
— Он открыл печать и вошел в подземный дворец, я почувствовал это.
Ци Бэйлань кивнула, перевела взгляд у него за спиной и вдруг громко воскликнула:
— А вот и он!
Ли Хайжо обернулся и увидел, как крошечная Синяя птица, хлопая крыльями, опустилась перед ними и в мгновение ока обернулась девушкой.
— Прилетел? Отвези меня и Бэйлань прямо на гору, — Ли Хайжо поднялся на ноги и добавил, глядя на Ци Бэйлань: — Если не хочешь идти в этих туфлях, превращайся в истинный облик и пошли со мной.
Дунфан Шэн надула щеки от обиды и возмущенно затараторила:
— Пару дней назад ты отправил меня и Шуан Юэ преследовать тех, кто устроил Жертвоприношение живых людей горе, и это дело еще не закончено, как ты снова нагружаешь меня работой! Найлети на свете еще хоть одного такого бессовестного босса, как ты?
— Думаешь, я сам рвусь мотаться по миру? — вздохнул Ли Хайжо. — Вини во всем тех дармоедов из Обсерватории Звездного Созерцания, да этого свихнувшегося идиота Бай Юя. Закончим с этим делом — угощу вас всех японской кухней в счет сверхурочных, сойдет?
Только тогда Дунфан Шэн жалобно закивала и тут же обернулась Синей птицей, только на этот раз в несколько десятков раз крупнее — размах ее крыльев превышал два метра.
Ли Хайжо забрался на спину птицы, а Ци Бэйлань ловким прыжком взмыла вверх, превратившись в рыжую лисицу с лоснящимся мехом, и легко устроилась позади Ли Хайжо. Синяя птица взмахнула мощными крыльями и взмыла к вершине горы.
Устроившись на самом хвосте, Ци Бэйлань не удержалась, озорно тронула лапой хвостовые перья птицы и со смешком произвела:
— Отрастила новые перья? Впервые вижу у тебя золотистые перышки.
Спереди разнесся пронзительный визгливый крик Дунфан Шэн:
— Это мелирование! Выдергивать запрещено!
Лететь на ней было куда быстрее, чем ехать на машине — они добрались до середины горы буквально в мгновение ока. Ли Хайжо прищурился, глядя на скалу, и резко скомандовал:
— Стоять!
Указав пальцем на каменную статую, он заставил Синюю птицу пойти на снижение. Птица приземлилась на горную тропу и вместе с лисицей вновь приняла человеческий облик.
Ци Бэйлань быстрым шагом подошла к брошенному внедорожнику без дверей, заглянула внутрь и протянула:
— Похоже, это тачка не Старого Бая. Что здесь стряслось, раз все так разнесло?
Ли Хайжо молчал, нахмурившись и не сводя глаз со статуи.
Дунфан Шэн подошла к нему и произвела:
— Эта штука, кажется, появилась совсем недавно, раньше ее тут не было...
— Не недавно, она всегда здесь стояла. Просто в то время я установил там вход в подземный дворец, а из-за стоявшей прежде защиты посторонние ее не видели, — Ли Хайжо легко ступил носком ботинок и невесомо взлетел на выступающий валун, прямо к голове изваяния. Проведя рукой по плечу статуи, он продолжил: — Полагаю, Бай Юй выбрался отсюда из Бездны Призраков, попутно разбив там защитный барьер. А чуть позже приехал сюда на своей развалюхе и снова спустился внутрь.
Спрыгнув на землю, он обратился к Ци Бэйлань и Дунфан Шэн:
— Я сам спущусь за ним, а вы двое поднимайтесь наверх к Шуан Юэ, скоро к нам присоединится и Гу Цаи. Захватите организаторов Жертвоприношения живых людей горе и постарайтесь выпытать у них третий путь в Бездну Призраков, уяснили?
Те кивнули и молча вернулись в свои истинные облики: Синяя птица с лисицей на спине вновь взмыла к вершине.
Ли Хайжо тем временем забрался на водительское сиденье внедорожника, пошарил рукой в щелях между сиденьями и выущил оттуда крошечный золотистый мешочек для благовоний.
Спрятав его в карман пальто, он подошел к каменной стеле и тихо бросил кроваво-красным иероглифам:
— Открой, это я.
Проход в подземный туннель послушно отворился.
Стоило Ли Хайжо ступить на землю внизу, как его взору предстали ряды поверженных трупов призраков. Бросив беглый взгляд на аккуратные следы от клинка на их шеях, он сразу понял, чьих это рук дело.
Вот только откуда здесь взялись сбежавшие призраки?
Он зашагал дальше, миновал темный коридор и, оказавшись перед тяжелой деревянной дверью, внезапно замер, озадаченно принюхавшись.
В нос ударил незнакомый, тошнотворный тухлый запах.
Прежде Бай Юй пользовался для освещения новеньким смартфоном, стыбренным из Обсерватории Звездного Созерцания, носкольку включать фонарик он не умел, ему приходилось лишь подсвечивать себе экраном, чтобы хоть что-то разглядеть. А вот глава Восточного Зала Ли Хайжо никогда не жалел средств: он просто вытащил две Ночные жемчужины и прилепил их к стене, в мгновение ока залив крошечное пространство ослепительно-белым светом.
Проследив за источником зловония, он заметил в углу умирающую голову кровавого зародыша, а затем перевел взгляд на круглую дыру в двери, идеально совпадавшую по размерам — и сразу понял, откуда взялась эта мерзкая тварь.
С каменным выражением лица Ли Хайжо подошел к зародышу и, придавив ногой его уродливую голову, с силой несколько раз проехался по ней ботинком. Редкий пушок на макушке заскрежетал о шершавый каменный пол, являя поистине жуткое зрелище.
Наконец, эта дрянь собрала последние силы и издала слабый, похожий на крышиный писк, стон.
— Я знаю, что твой хозяин может видеть происходящее через тебя, — холодно произнес он. — Передай ему: если еще раз вздумает вешать такую мерзость на двери моего подземного дворца, пусть лучше держится покрепче за собственную голову, иначе я лично ее оторву.
Он надавил носком ботинка — и в тишине отчетливо хрустнули кости.
Толкните тяжелую створку и оказавшись внутри залитого светом зала, он огляделся и чуть заметно выдохнул — к счастью, внутреннее убранство не пострадало от рук скверны.
И тут его взгляд упал на парящий в центре водоема силуэт Клинка Ханьсин.
Ли Хайжо на мгновение замер, подумав: с чего бы ему оставлять клинок здесь?
В этот самый момент из клинка вынырнул Дух клинка, со свистом прыгнул к нему, раскинул короткие ручки и, набрав в грудь воздуха, зычно завопил:
— Стоять!
От избытка чувств его голос сорвался на фальцет, так что грозным этот окрик назвать было сложно.
Похоже, Ханьсин и сам это понял — его личико слегка покраснело, однако он изо всех сил старался сохранить суровый вид и громко приказал Ли Хайжо:
— Тебе нельзя идти дальше!
Ли Хайжо резко замер, растерянно уставившись на стоящего перед ним малыша, и мягко произнес:
— Сяо Синсин?
Ханьсин густо заморгал:
— А?
Ли Хайжо стремительно опустился на колени, дрожащими пальцами коснулся щеки Ханьсина и спросил:
— Ханьсин... неужели ты меня не помнишь?
http://bllate.org/book/31947/3901861
Готово:
