Обычно такое поведение не приветствуется, но телефон лежал в руке Сюй Вэньжуна, и даже Сюй Яньчэн, прервавшийся, чтобы сделать глоток воды, лишь бросил на него мимолетный взгляд.
Сюй Вэньжун положил одну руку на стол:
— Чего уставились? Продолжайте свой доклад.
В компании два вице-президента по фамилии Сюй держались на равных и соперничали за первенство. На людях они изображали одну дружную семью, но за глаза, пожалуй, только и делали, что тягались друг с другом.
Особенно Сюй Вэньжун.
Сюй Яньчэн продолжил излагать свой план, а Сюй Вэньжун разблокировал телефон и усмехнулся.
Помимо перевода на пять тысяч юаней, на экране красовалась приписка: «Я (Ци Цзяюй) сего числа Х года Х месяца Х дня возвращаю пять тысяч юаней через WeChat-перевод. Остаток составляет ровно восемнадцать тысяч юаней, которые будут выплачены шестью траншами до июля следующего года».
— И не просите вернуть раньше.
Пожалуй, посчитав тон слишком сухим, в самом конце он добавил стикер с котиком, держащим лапки у мордочки, и фразу: «Спасибо, братец Сюй~».
Держась с достоинством и без заискивания, Ци Цзяюй остался вполне доволен отправленным сообщением.
Припрятав оставшиеся семь с лишним тысяч, он в самом прекрасном расположении духа отправился обедать с двоюродной сестрой.
Компания сестры располагалась в одном из офисных зданий в районе Всемирного торгового центра — в самом сердце города, где каждый квадратный метр на вес золота, так что даже в будний день здесь царила оживленная атмосфера полной энергии молодежи.
Ци Цзяюй доехал на метро и добрался сюда ровно к одиннадцати. Сестра попросила его немного подождать и заодно присмотреть, чего бы ему хотелось поесть.
Ци Цзяюю было всё равно, что именно есть — эта поездка замышлялась прежде всего как благодарственный обед для сестры за ее помощь с устройством на работу и ценные профессиональные советы.
Стоял декабрь, месяц Рождества, и главный вход в торговый центр украсили заранее. Хотя наступил лишь первый день месяца, праздничное настроение уже витало в воздухе. В кофейне на первом этаже предлагали рождественский сет, к которому прилагался имбирный человечек ростом с палец, стоимостью восемьдесят восемь юаней.
Обычный кофе продавался за тридцать восемь, а за одну печеньку с него просили пятьдесят.
Проклятые капканы капитализма. Ци Цзяюй с бесстрастным лицом отсканировал QR-код для оплаты.
Погода стояла прекрасная, солнце приятно согревало. Продавщица отдала ему упакованную печеньку:
— Кофе приготовить попозже, верно?
Ци Цзяюй кивнул.
Сестра еще не освободилась с работы, и если сделать кофе слишком рано, он остынет и потеряет вкус, что станет оскорблением для тех огромных восьмидесяти восьми юаней, что он заплатил.
Он вышел на улицу и нашел свободное место. Перед ним лежала красиво упакованная печенька и стакан молока, который казался совершенно безвкусным на фоне доносившегося издалека манящего аромата кофе.
Начиная с одиннадцати часов, из здания то и дело кто-то выходил и заходил обратно.
Ци Цзяюй, не исправившись и по-прежнему ставя элегантность выше тепла, сейчас еще радовался солнышку, но стоило температуре упасть к утру или вечеру, как холодный ветер начинал пронизывать до костей.
На нем была новая недорогая куртка — пара сотен юаней за смесовый полосатый мохер, а под свитером пряталась рубашка, по крайней мере, продувать не должно было.
На солнце всё вокруг казалось теплым на ощупь.
Ци Цзяюй, опустив голову, искал в интернете близлежащие рестораны и отзывы к ним. Его аккуратно уложенные кудри отливали на солнце золотом, пушистые и мягкие на вид, они сразу привлекали к себе внимание.
Тем временем Сюй Вэньжун принял перевод и поинтересовался, чем он занят.
Ци Цзяюй добавил приглянувшийся ресторан в избранное и, поленившись набирать текст, сфотографировал кофейню, захватив в кадр и стоявший перед ним стол.
На снимке красовался стакан молока, выпитый на треть и уже давно полностью остывший. Сюй Вэньжун сидел, откинувшись на спинку кресла, пока перед ним Сюй Яньчэн расписывал дальнейшие планы и направления развития компании; не удосужившись даже приподнять веки, он от нечего делать болтал с Ци Цзяюем о всякой всячине.
Он спросил, вкуснее ли молоко в кофейне, чем снаружи, и больше ли в нем пользы.
Ци Цзяюй был сущим беднягой: вкуснее ли молоко в кофейне и питательнее ли оно, он понятия не имел, но зато оно стоило дешевле тамошнего кофе.
Сюй Вэньжун хмыкнул.
Сюй Яньчэн потерял терпение:
— Господин Сюй!
Сюй Вэньжун отмахнулся, поднялся и вышел.
В тот же момент Ци Цзяюй получил перевод на пять тысяч юаней.
Сюй Вэньжун, едва приняв деньги, тут же отправил их обратно, даже не дав им полежать в кошельке.
Ци Цзяюй растерялся, а Сюй Вэньжун написал: «Раз уж мы так сблизились, проявлю щедрость и угощу тебя кофе».
Разве это похоже на одну чашку?
Ци Цзяюй то набирал текст, то стирал его, и, провозившись так добрую половину дня, отправил ответ: «Две тысячи юаней висят надо мной словно гора, от которой просто не вздохнуть. Молоко дешевле и полезнее, с меня хватит и его».
Не прошло и пары секунд после отправки, как на экране всплыло четыре слова: «Добровольное дарование».
Видите? Земля действительно круглая.
Ци Цзяюй принял деньги, сбегал за имбирным человечком размером с ладонь за сто восемь юаней в общей сложности, а остаток вернул Сюй Вэньжуну.
Он отправил стикер с кланяющимся котиком и подписал: «Спасибо, братец Сюй, за угощение».
В районе Всемирного торгового центра располагалось далеко не одно офисное здание, и стоило наступить часу обеда, как повсюду появлялись сияющие белые воротнички с бейджами наперевес.
Кое-кто спешил по делам, на ходу хватая в круглосуточном магазине под окном фастфуд и стаканчик кофе, и поднимался в офис, даже не дождавшись, пока тот подогреют.
Сестра еще не закончила со своими делами, и Ци Цзяюю пришлось подождать чуть дольше.
С придорожных деревьев то и дело слетали листья. Прошлой ночью он лег поздно, а подорвался ни свет ни заря к первой паре, и теперь под ласковыми лучами солнца его сморил такой сонливость, что он непрерывно зевал.
Кто-то подошел к нему и спросил:
— Ты один?
Ци Цзяюй поднял голову.
У него были светлые волосы, отливавшие на солнце каштановым блеском, и до того, как разглядеть лицо, прохожий принял его за работающего здесь иностранца, но, подойдя ближе, заметил, что тот совсем юный.Тот на мгновение засомневался, опасаясь, что парень еще не совершеннолеттен.
Тем не менее он все же сел. Не дождавшись от Ци Цзяюя четкого ответа, мужчина на словах заговорил о том, чтобы занять столик вдвоем, а сам в упор уставился на него, оглядывая с головы до ног.
— Старшеклассник?
Ци Цзяюй ничего не ответил, по привычке тоже окинул собеседника быстрым взглядом и отвел глаза.
В последнее время он часто разглядывал себя в зеркало и понял: кое-какие вещи даются от рождения.
С таким лицом, как у него, оставаться невинным было слишком сложно.
Как раз когда тот мужчина заговорил в третий раз и предложил угостить его кофе, спустилась двоюродная сестра, и Ци Цзяюй поднялся:
— Сестра!
Сестра на секунду растерялась.
— Директор Хань, какая неожиданность, вы тоже пришли выпить кофе.
Она пожала ему руку, они обменялись приветствиями и, не став расспрашивать, почему те сидят за одним столом, она с улыбкой произнесла:
— Мой младший брат не доставил вам хлопот?
— Нет, мы просто разделили столик.
— Вот как. Тогда не смею вас задерживать, я отведу брата.
Сказав это, она даже не стала их знакомить, повернулась к Ци Цзяюю и тут же принялась его отчитывать, заявляя, что он совсем от рук отбился и уже смеет грозить семье разрывом отношений.
— Я же шутил, — Ци Цзяюй подхватил упакованный кофе и печенье. — Да как я посмею.
Усевшись за столик после заказа, Ци Цзяюй протянул ей еще не остывший кофе и печенье:
— Полдник.
На рекламных щитах внизу целыми днями крутили рекламу: крошечное печенье продавалось по баснословной цене, и зарабатывали как раз на таких маленьких дурачках, как Ци Цзяюй.
Раз уж куплено, портить настроение сестра не стала:
— О чем вы там болтали, когда я спустилась?
Всего-то вышло три фразы, и Ци Цзяюй выложил их разом, с любопытством спросив:
— Тот мужчина работает в инвестиционном банке, да?
Услышав это, сестра замерла, а Ци Цзяюй добавил:
— Мне так показалось.
— Нельзя судить о людях по внешности.
В том здании все давно стали хитрецами высшей пробы. Она хотела дать ему наставление, чтобы Ци Цзяюй ненароком не оступился и не свернул на скользкую дорожку, но, приходясь ему всего лишь двоюродной сестрой и не будучи любительницей совать нос в чужие дела, выразилась непрямо:
— Ученикам все-таки следует ставить во главу угла учебу.
Ци Цзяюй кивнул, словно и не пропустил слова мимо ушей, и заговорил о той подработке, которую она посоветовала ему несколько дней назад:
— Почему ты не сказала, что твой начальник — твой одноклассник по старшей школе?
— Не было необходимости.
Сестра сделала глоток воды и поинтересовалась, как у него идут дела на работе.
— Очень хорошо.
Хотя почасовая оплата была не такой высокой, как в кофейне, зато работа не пыльная, времени свободного много, да и начальник из уважения к двоюродной сестре относился к нему весьма благосклонно.
Ци Цзяюй, получив такую выгоду, явился выразить благодарность.Обед обошёлся в шестьсот юаней — вполне в пределах его бюджета. Ци Цзяюй поднялся, чтобы оплатить счёт, но двоюродная сестра, как назло, оказалась здесь членом клуба и просто расплатилась по карте.
Разница в возрасте у них составляла почти десять лет, а сестра уже много лет работала, так что и речи быть не могло, чтобы за неё платил студент.
Ци Цзяюй чувствовал себя неловко, но сестра не придала этому никакого значения.
Его небольшую проблему она решила мимоходом — среди родственников время от времени выручить друг друга пустяковым делом не велика важность, главное — отношение.
— Ты же угостил меня кофе.
— Разве это те деньги?
Ци Цзяюй подумал, не купить ли ей в таком случае какой-нибудь подарок и не отправить ли прямо в офис, как вдруг сестра со смыслом произнесла:
— Родственникам помогать и угощать друг друга — это одно, но если бы на моём месте оказался кто-то другой, стоило бы держать ухо востро. Бесплатный сыр бывает только в мышеловок, и беспричинной доброты на свете не существует.
Какой у Ци Цзяюя характер, родственники, с которыми они поддерживали хоть сколько-нибудь тесную связь, прекрасно знали. Сестра много лет варилась в этой сфере и каких только чудовищ и упырей не повидала, просто говорить всё напрямую ей не хотелось.
Послеполуденное солнце приятно согревало. Кожа на веках у Ци Цзяюя была тонкой, при моргании сквозь неё проступали голубоватые капилляры, а длинные густые ресницы отбрасывали под глаза лёгкую тень. Словно переродившись, он выглядел на удивление покладистым:
— Я сам зарабатываю, и всё, что мне нужно, могу купить сам. Я всё понимаю.
И добавил:
— Спасибо, сестрёнка.
Намёк двоюродной сестры Ци Цзяюй понял. Заводить романтические отношения в его планы на данном этапе не входило, да и те люди, которые к нему подкатывали, вовсе не обязательно стремились завязать чистый роман.
Взял чужое — рука коротка, поел за чужой счёт — язык впотьмах. Теперь он окончательно усвоил: чьи бы то ни было деньги не сравнятся со своими собственными.
Его новая работа нашлась в чайном доме. Пройдя через парадные двери, сперва попадаешь в тихий и уединённый внутренний двор с искусственными горами и изящными скалами, обладающий особым очарованием. Владелец заведения оказался человеком мягким и доброжелательным: заметив, что парень ещё совсем молод и к тому же приходится младшим братом его давнему однокласснику, он относился к нему с большой заботой. Начальник не требовал строгого учёта рабочего времени, разрешая приходить тогда, когда появится свободная минута — делать снимки, монтировать видео и вести аккаунты магазина, считая это полезной практикой в качестве подготовки к переводу на другой факультет.
За эти дни Ци Цзяюй твёрдо решил бросить финансы и перевестись на медиа. Жизнь принадлежала только ему, ставить в известность родителей он не собирался, да и двоюродная сестра не любила болтать лишнего.
Та парочка была целиком и полностью поглощена воспитанием будущего музыканта, так что, даже узнай они о переменах, у них вряд ли нашлось бы свободное время на такие пустяки.
В прошлый раз несколько кадров в отснятом ролике вышли не в фокусе, и пока солнце ещё не село, Ци Цзяюй, взвалив на плечо камеру, выбежал на улицу переснять материал, где как раз столкнулся с возвращавшимся назад хозяином и медово-сладким голосом поздоровался:
— Здравствуйте, шеф!
http://bllate.org/book/31945/3901596
Готово:
