Освежающий лимонад с мятным льдом, кисло-сладкий и прохладный, позволил Сы Цзину залпом осушить полстакана и наконец-то прийти в себя.
— Успокоился? — легко усмехнулся Гу Цзэюань. — Рассказывай не спеша.
Сы Цзин собрался с мыслями и выдал сперва самое главное:
— Дело уже расследовали.
Гу Цзэюань слегка приподнял брови.
Сы Цзин продолжил:
— В конце прошлого года одна парфюмерная фабрика хотела с нами сотрудничать, ты же помнишь?
Гу Цзэюань немного напряг память:
— Та, которой мы отказали, потому что качество сырья не соответствовало нашим стандартам?
Сы Цзин не стал бы упоминать об этом просто так, и Гу Цзэюань, схватившись на лету, прищурился:
— Только из-за этого затаил на меня обиду?
— Можно и так сказать, — продолжил Сы Цзин. — Полмесяца назад эта фабрика обанкротилась и была ликвидирована, а их владелец посчитал, что если бы тогда мы подписали с ним контракт, до такого бы не дошло. Узнав, что ты собираешься на банкет в прошлую пятницу, он подкупил официанта и сотрудника у стойки администратора.
Официант должен был крутиться возле Гу Цзэюаня с бокалом, в который кое-что подмешали, а человек на ресепшене — выдать Гу Цзэюаню неверную карточку от номера.
Гу Цзэюань вспомнил: не зря же во время банкета он сидел в самом дальнем углу, а возле него всё время толкались официанты — они метили прямо в него.
Вот только в ходе всего плана возникло два непредвиденных обстоятельства.
Первое: другую чашу с подвохом с подноса официанта выпил Инь Жань; второе: по плану Гу Цзэюань должен был зайти в комнату 1203, но работник ресепшена перепутал номер и дал ему карточку от 1302.
А 1302 был как раз тем номером, который хозяин вечера подготовил для Инь Жаня.
— Так что вскоре после того, как я вошёл, туда заявился и Инь Жань, почувствовав неладное, — с забавной усмешкой покачал головой Гу Цзэюань. — У бездарных людей и подручные такие же бездарные.
Гу Цзэюань подумал, что Инь Жань, скорее всего, хотел разобраться со всем сам, да только его, как назло, по ошибке завело в комнату к Инь Жаню. Наверное, в тот момент какое-то из условий — будь то погода, время года или расположение духа — сошлось идеально, и сухой хворост мгновенно вспыхнул неугасимым пламенем.
Реакция Гу Цзэюаня оказалась намного спокойнее, чем он предполагал, у него даже нашлось настроение для шуток. Сы Цзин остолбенел:
— Ты что, совсем не злишься?
— Всё уже случилось, есть ли смысл злиться? — невозмутимо ответил Гу Цзэюань. — К тому же, развитие событий оказалось относительно не самым худшим.
— …Тоже верно, тоже верно. — Сы Цзин взял стакан, принялся крутить его в пальцах и, не делая глотка, замялся: — Тогда ты…
Все мысли так и читались на лице, но Гу Цзэюань всё равно сделал вид, будто не понимает, о чём тот хочет спросить:
— Что я?
— Кхе, — Сы Цзин неуклюже попытался замаскировать неловкость кашлем. — Вы с Инь Жанем… э-э, того?
Последние слова прозвучали невнятно, взгляд блуждал где-то в стороне, и он машинально сделал глоток воды.
Гу Цзэюань хмыкнул:
— Своим видом ты всё преподносишь так, будто это у вас с Инь Жанем что-то было.
Сы Цзин: !!!
Непроглоченная вода едва не вылетела изо рта, Сы Цзин изо всех сил зажал рот, чуть не подавившись насмерть, а его лицо залилось багрянцем.
— Ладно-ладно, успокойся.
Гу Цзэюань едва сдерживал смех и протянул ему салфетку.
— Взаимная помощь между взрослыми людьми, и никаких потерь.
Сы Цзин утирал рот, пока наконец спустя долгое время не пришёл в себя. Он украдкой покосился на безупречную шею Гу Цзэюаня, шарил взглядом возле ворота, а затем тихо спросил:
— Ты как?
— А что мне сделается? — Гу Цзэюань развёл руками. — Бодрячком.
Сы Цзин ужаснулся. И правда, выглядел Гу Цзэюань превосходно, и никаких подозрительных отметин замечено не было.
Неужели Инь Жань был…
Он мысленно припомнил рост собеседника, который возвышался над ним и Гу Цзэюанем примерно на полголовы, и заметно более крепкое телосложение.
И впрямь, внешность бывает обманчива.
Отогнав эти мысли, Сы Цзин вернул разговор в прежнее русло:
— О дальнейших разбирательствах можешь не переживать, предоставь это мне. И… когда в субботу проверяли записи с камер, Инь Жань тоже там был, думаю, он это так не оставит.
Гу Цзэюань не удивился и кивнул.
В конце концов, Инь Жань пострадал без всякой вины, и он тем более не стал бы легко прощать главного зачинщика.
В дверь кабинета дважды постучали, и раздался голос помощника Су Линьхэ:
— Директор Гу, нужно срочно подписать два контракта.
— Войди.
Су Линьхэ с папкой в руках подошёл к столу Гу Цзэюаня, но, положив бумаги, не спешил уходить.
Гу Цзэюань немного удивился, поднял голову и, заметив на лице Су Линьхэ нерешительность, спросил:
— Что такое, Сяо Су?
— Директор Гу, вы… — Су Линьхэ машинально потеребил пальцы. — Как ваше самочувствие?
Гу Цзэюань: «……»
До боли знакомый вопрос.
Точно, Сы Цзин ведь проводил расследование вместе с Су Линьхэ.
Но он никак не ожидал, что даже Су Линьхэ задаст такой вопрос.
Су Линьхэ устроился на стажировку в секретариат компании два года назад. С самого первого рабочего дня он держался холодно и бесстрастно, в его глазах существовала лишь работа, он не занимался ненужными знакомствами, не пресмыкался и не льстил, отличался невероятной эффективностью и безупречностью во всём. Гу Цзэюань больше всего любил таких подчиненных, поэтому после окончания учебы перевёл Су Линьхэ в штат и приблизил к себе в качестве личного помощника.
Даже после столь резкого повышения Су Линьхэ продолжал безжалостно работать, оставаясь максимально продуктивным ассистентом, а не лизоблюдом с языком наперевес.
Поэтому сейчас, когда Су Линьхэ вдруг заговорил о проявлении заботы, Гу Цзэюань и правда почувствовал себя немного не в своей тарелке.
Гу Цзэюань улыбнулся:
— Я в порядке, не стоит переживать.
Но неужели, когда они стоят рядом с Инь Жанью, и впрямь настолько очевидно, кто здесь занимает пассивную роль? Неужели он выглядит настолько слабым?
Хотя факты подтверждали, что всё так и было, это здорово било по самолюбию.
Гу Цзэюань наградил давящегося от смеха Сы Цзина испепеляющим взглядом, и тот мгновенно стер улыбку с лица, выпрямил спину и принял самый благопристойный вид.
Су Линьхэ с облегчением выдохнул:
— Вот и славно. Директор Гу, если вам что-нибудь понадобится, я и директор Сы сделаем всё возможное, чтобы помочь.
Хоть он и не был льстецом, но всегда глубоко уважал Гу Цзэюаня. Проработав вместе несколько лет, Су Линьхэ мог с уверенностью сказать, что любой, кто хоть немного соприкасался с Гу Цзэюанем, непременно проникнется к нему восхищением, ведь он сам являлся одним из тех, кто не мог не преклоняться перед ним.
Поэтому сейчас, когда его божественный начальник пострадал, Су Линьхэ испытывал одновременно злость и тревогу.
Но раз Гу Цзэюань сказал, что всё в порядке, он успокоился.
http://bllate.org/book/31890/3895164
Готово:
