Сидящие в большом зале люди, услышав это, невольно тихо вздохнули.
Лу Ую остолбенел: вот чёрт, Цзи Лань и впрямь родился с судьбой монаха, этот человек что, проклинает всех своих мужей?
Рассказчик на возвышении заметил, что у людей помрачнело на душе, и тут же откопал новую диковинную байку, заставившую весь зал грохнуть со смеху.
Лу Ую и Тяньюэ ели и слушали, весело хихикая следом, но тут он внезапно вспомнил, что сегодня вечером ему ещё предстоит идти отбивать задание, и веселье моментально испарилось.
Он торопливо велел трактирному слуге завернуть с собой всё, что осталось из еды, схватил мешочек с едой и бросился наружу, продолжая что-то бормотать на ходу.
Рассказчик на сцене услышал знакомый голос, резко поднял голову, но увидел лишь обычных прохожих у входа в харчевню, чьи фигуры отражались в огнях словно во сне.
Сидевшие рядом посетители принялись подгонять его, требуя продолжать, и рассказчик с улыбкой повернулся обратно.
Лу Ую: Золотое печенье такое вкусное!
Цзи Лань: (Улыбается)
Глава 10
Когда он вышел из харчевни, луна уже поднялась к ветвям ивы.
Тяньюэ, наевшись досыта, поленился двигаться и превратился в круглый пушистый шар, повисший у него на поясе. Едва Лу Ую выскочил на дорогу, как услышал, как уличные заклинатели и простолюдины перекликаются друг с другом, направляясь к городским воротам и высокой башне.
Скорее, господин города собирается раздавать задания! Это же последняя волна жетонов, кто успел — того и тапки!
Лу Ую последовал за толпой к городским воротам.
Ворота величественно возвышались, и на их башенные стены поднялось несколько человек.
Не успел Лу Ую толком разглядеть их, как в воздухе с крепостной стены взметнулось несколько потоков света. Внезапно вспыхнув ослепительной яркостью и вызвав всеобщие возгласы изумления, они превратились в бесчисленные сгустки духовного света разных размеров, усыпавшие речную гладь у рва россыпью звезд.
Это же именные нефритовые таблички с заданиями! — прокричал кто-то в толпе.
Заклинатели, случайно поймавшие светящиеся сгустки, обнаружили, что это сияющие нефритовые пластины с заданиями, на которых было описано их содержание.
Тогда множество заклинателей взмыло в воздух, начиная борьбу за световые шары.
Внутри города нельзя было устраивать масштабные побоища, поэтому заклинатели максимум использовали техники движения и легкое кунг-фу, однако за крупные сгустки духовного света разгоралась жестокая борьба, и в ход шло немало скрытых уловок и тайной грызни.
Лу Ую, разумеется, ничего не боялся: когда дело доходило до воровства, обмана и плутовства, с ним никто не мог сравниться.
Вот только едва он взмыл в воздух, как мягкий и яркий бледно-золотой сгусток света словно сам бросился ему в объятия и прямо-таки влетел в грудь.
Три часа спустя.
Лу Ую, держа в руках облезлый бумажный фонарь, кружил по речному мосту — его заданием было сделать фонарь и подарить его первому встречному.
Лу Ую особо не размышлял над этим поручением: в конце концов, некоторым доставались задания вроде поджарить мелкую рыбку диким кошкам в таком-то переулке или помирить скандалящих соседей... Практически всю грязную работу, которую не хотели делать городские чиновники, сбрасывали на бродячих заклинателей.
По сравнению с этим задание Лу Ую было еще вполне сносным.
Но он бродил уже очень долго, а задание все еще не было выполнено.
А всё потому, что фонарь в его руках выглядел поистине диковинно: красная бумага вперемешку с зеленой была склеена Бог знает как и перекошена во все стороны. Еле-еле удерживая форму, она вылилась в искаженное пятиугольное жуткое лицо, которое при малейшем дуновении ветерка угрожающе трещало и издавало хриплые стоны на последнем издыхании.
Это был вовсе не благожелательный фонарь для молитв, а скорее проклятый артефакт.
Какой нормальный человек станет дарить такую хрень!
Получив отказ несколько раз и видя, как ночь подходит к концу, Лу Ую не оставалось ничего другого, как начать зазывать народ: За покупку фонаря — духовные камни в подарок!
Некоторых прохожих привлекали духовные камни, но тут же отступались, стоило им взглянуть на фонарь.
Лу Ую: [...]
В конце концов к Лу Ую подошла маленькая девочка в потрепанной одежде и, покусывая палец, спросила: Вы правда дадите духовные камни?
После неоднократных уверений Лу Ую и его клятв, что фонарь вовсе не проклят, девочка наконец осторожно забрала две штуки низкосортных духовных камней вместе с фонарем и удалилась.
Лу Ую почувствовал легкий укол совести — вряд ли это считалось мошенничеством.
К счастью, на нефритовой табличке высветилось выполнение задания, и он облегченно выдохнул, поспешив к посту охраны забрать жетон.
С другой стороны, девочка с фонарем в руках вприпрыжку сбежала с моста, сияя от радости из-за полученных сегодня духовных камней.
Её легкие шаги едва не привели к столкновению с твердой как стена фигурой.
Девочку поддержали большие сильные руки, она подняла голову и увидела, что та самая стена на самом деле является высоким монахом в белых одеждах. Лицо монаха было суровым, а опущенный сверху взгляд — холодным и отрешенным, он чуть было не довел её до слез от страха.
Заметив это, Цзи Лань слегка смягчил выражение лица, а его взгляд упал на фонарь в руках ребенка — уродливое лицо на нем выглядело пугающе живым.
Уголки его губ тронула улыбка, словно он что-то вспомнил, после чего он достал из рукава сияющий духовный камень и жестом предложил обменять его на фонарь девочки.
С первого взгляда было понятно, что это высокосортный духовный камень, да еще и высокой чистоты!
Малышка, собиравшаяся уже заплакать, теперь и вовсе забыла про испуг и тут же обменялась с ним.
Девочка заморгала глазами, полными слез: как здорово, она уже ломала голову над тем, куда деть этот фонарь, а теперь еще и даром получила высокосортный духовный камень, вот только надо же было встретить двух чудиков за один вечер.
Река под луной журчала.
Монах в белом одиноко стоял на берегу с фонарем в руках, а позади доносился шум и гам таверн и постоялых дворов.
Цзи Лань пристально вглядывался в фонарь, и огонек, размером с маковое зернышко, мерцал в его черных зрачках. Спустя долгое время пламя все же не выдержало трепчи ночного ветра и мгновенно угасло.
Этой же ночью спавший в постоялом дворе Лу Ую почувствовал легкое жжение в запястье, погрузился в сон и собрал растерянные осколки воспоминаний в своей голове.
Тогда он поселился в Деревня Цинтянь совсем недавно, и в соседнем городе как раз собирались устраивать Праздник фонарей.
Чтобы подзаработать лишнюю копейку, каждая семья в деревне принялась мастерить бумажные фонари, и Цзи Лань не был исключением.
В доме Цзи было шаром покати, к тому же тесно, а гора бамбука, бамбуковых лучин, цветной бумаги, шелковых нитей и уже готовых фонарей занимала едва ли не половину комнаты.
Теплый солнечный свет проникал внутрь, а у входа раскинувшись спала белая собачонка Сяобай.
Лу Ую сидел на табурете, свесившись верхней частью туловища на деревянный стол со сколотым углом. Разноцветная бумага на столе освещалась солнцем, отбрасывая пестрые блики на его лицо, словно праздничный узор.
Он посмотрел на противоположную сторону: смуглый юноша как раз мастерил фонарь, и тонкие бамбуковые лучины ловко скользили в покрытых легкими мозолями пальцах.
Не прошло и четверти часа, как восьмиугольный фонарь был готов.
Лу Ую показалось, что просто сидеть и смотреть — скучно, к тому же он уже несколько дней бесплатно ел и жил в доме Цзи, поэтому он подал голос: Цзи Лань, Цзи Лань, давай я тоже помогу тебе делать фонари.
Цзи Лань остановил работу и повернул голову: Если хочешь попробовать, можешь попытаться. Благодетель раньше делал фонари?
Нет! — с абсолютно невозмутимым видом заявил тот.
[...]
Тогда я тебя научу.
В итоге Лу Ую извел целую кучу материалов, прежде чем состряпать кривобокий фонарь.
Пожалуй, не в силах поверить, что у столь привлекательного на вид человека тоже могут быть недостатки, даже вечно бесстрастный Цзи Лань продемонстрировал явное удивление.
Лу Ую слегка смущенно почесал затылок: Ахаха... Пару раз потренируюсь, и лучше пойдет. Сказав это, он снова попытался протянуть лапу, чтобы испортить материалы.
Лучше я сам сделаю. А ты... не хочешь пока отдохнуть?
Лу Ую послушно отпустил свитый в агрессивную позу бамбуковый каркас, снова лег на стол и тихо наблюдал за тем, как тот плетет.
От усердной работы юноша вспотел, и на его щеках постепенно проступил легкий румянец.
Лу Ую смотрел на него и мысленно вздыхал.
Ох уж эта бурная молодость и горячая кровь.
*
С тех пор как на пристани один раз дало о себе знать ответное проклятие, засевшая внутри Лу Ую зараза временно затаилась.
Все те дни в городе его никто не преследовал. За исключением того, что по ночам ему часто снились сны, а запястье, оплетенное некогда Буддийской Лентой, порой слегка нагревалось, никаких других проблем не возникало.
Третий день месяца Чжунъян — день открытия Секретного царства.
Нынешнее открытие Секретного царства должно было продлиться целый месяц, а вход осуществлялся по специальным жетонам.
Ближе к полудню того дня Лу Ую неспешно проснулся, сначала приподнялся на локтях и сладко зевнул — его волосы были взлохмачены точно так же, как шерсть Тяньюэ, с которым он после пробуждения еще немного повозился.
Его расслабленный вид совсем не походил на человека, который спешит в Секретное царство.
Впрочем, суетиться всё равно не имело смысла.
Будучи бродячими заклинателями, получившими временные жетоны, они были вынуждены ждать своей очереди после того, как туда войдут крупные секты, к тому же пробыть в Секретном царстве они могли максимум десять дней. Если же они не покидали его раньше срока, то по истечении срока действия жетона их автоматически выпроваживало наружу.
Так что даже приди Лу Ую спозаранку, ему все равно пришлось бы ждать, а глупцов являться туда раньше времени среди них не было.
Прикинув, что время подошло, Лу Ую быстро собрался и спустился на первый этаж постоялого двора, чтобы сдать комнату.
Хозяин, расчет окончен.
Сию минуту! — ловко щелкнув костяшками счетов, отозвался трактирщик.
Плата за проживание составит два средних духовных камня, с учетом залога господину бессмертному остается доплатить еще пятьдесят низкосортных духовных камней.
В период работы Секретного царства цены на еду, жилье и проезд в городе сильно подскочили, и двух средних духовных камней в любом другом месте хватило бы на полмесяца проживания. К счастью, за вход в город в эти дни плату не взимали, так что в конечном счете прибыльными оставались те, кто сюда являлся.
Несмотря на это, Лу Ую с болью в сердце извлек из накопительного мешка духовные камни и швырнул их на стойку.
Он мысленно поклялся себе: в этот раз в Секретном царстве он вернет всё, что по праву принадлежит ему.
Тяньюэ: ?
Как только Лу Ую собрался забрать накопительный мешок, сзади послышался шум и крики приближающихся заклинателей.
Мать твою! Если этот ублюдок попадется мне в руки, я из него живого фарша сделаю!
Точно! Целых пятьдесят высокосортных духовных камней! Хватило бы, чтобы заказать главную красавицу павильона Синьфан несколько раз! — подливал масла в огонь идущий рядом.
Хорошо хоть та штука не пропала, ладно, сперва сдадим комнаты и пойдем в Секретное царство!
Новоприбывшие также оказались постояльцами гостиницы, все трое выглядели грубыми и здоровенными бугаями.
Главарь по имени Чжу Синь был охвачен яростью. Обладая уровнем культивации Средняя стадия Золотого Ядра и широкими плечами вкупе с мощной спиной, он нес за плечами тяжелый оружейный ящик, скованный из чистейшего железа. Двое других находились на Ранняя стадия Золотого Ядра, и у каждого на поясе болтался жетон Секретного царства.
Троица во главе с Чжу Синем приблизилась к Лу Ую и, даже не глядя, закончил ли стоявкший впереди человек расчет, швырнули трактирщику на стол накопительный мешок со словами: Расчет!
По иронии судьбы, размер, узор и форма этого накопительного мешка точь-в-точь совпадали с тем, что лежал в руке Лу Ую.
Один из следовавших сзади мужчин обладал на редкость зорким глазом и громко завопил: Ого! Да это же старшего накопительный мешок! На нем же наша метка осталась!
Сердце Лу Ую ёкнуло — дело пахло керосином.
Чжу Синь присмотрелся и впрямь — всё так и было, а переведя взгляд на фигуру Лу Ую...
http://bllate.org/book/31889/3895029
Готово:
