Видимо, Пилюля Очищения Души действительно стоит своих денег, раз в ней есть определенный толк.
Когда обратный удар отступил, подавленный пилюлей, Лу Ую вернул себе немного сил и уже собирался поблагодарить спасителя, но, подняв голову, с изумлением обнаружил, что перед ним стоит не кто иной, как Цзи Лань.
Неужели его обратный удар стал еще сильнее?!
Лу Ую помотал головой и присмотрелся снова.
Даже в полумраке черты лица Цзи Лань не теряли своей острой выразительности. Тот хмурился, глядя исподлобья, а взгляд его был ледяным до предела. Кипенно-белые монашеские одежды сидели на нем безупречно, подчеркивая крепкие, рельефные мускулы под тканью.
Черт, и правда он.
— Благодарю Досточтимого за спасение, — сообразив, в чем дело, Лу Ую быстро опустил глаза и попытался изобразить невозмутимость, лихорадочно размышляя: с какой стати тот вообще здесь объявился? Неужели высокий гость, которого сегодня принимает Секта Юньлай — это он сам?!
Какое счастье, что на нем надета та искусная маска из человеческой кожи, изготовленная на Призрачном рынке Хуанчуань.
Цзи Лань бросил на Лу Ую короткий взгляд и холодно произнес:
— Не стоит церемоний.
Однако руку, державшую юношу, он так и не отпустил.
— Эм-м, Досточтимый, кажется, я уже могу стоять на ногах... — осторожно напомнил Лу Ую.
Но в следующее мгновение Цзи Лань прижал его еще крепче, и лицо Лу Ую уткнулось прямо в его широкую, плотную грудь.
Лу Ую: !!!
В следующий миг сердце Лу Ую пропустило удар.
Ветви, вившиеся по галерее, обнаружили укрывшийся в тени угол и, превратившись в острые ядовитые копья, с молниеносной быстротой вонзились прямо в проход!
— Осторожно!
Деревянные перегородки разлетелись в щепки. Лу Ую и Цзи Лань среагировали практически одновременно: мелькнув телами, они бросились в разные стороны, уходя от удара.
Приземлившись, Лу Ую выхватил Костяной Шип, и в воздухе мелькнул холодный блеск — висевшая посреди прохода ветвь была перерублена пополам.
Затаившийся в самом низу Водный Моблин испустил пронзительный визг.
Обрубленная ветвь упала на землю, и хотя ее мощь слегка ослабла, она тут же сплелась с отвратительным телом чудища и начала отрастать заново.
Взгляд Цзи Лань скользнул по Лу Ую и его странному оружию.
— Ядро зла этого Водного Моблина спрятано в том самом большом наросте на потолке, — бросил Лу Ую, глядя вперед со сдвинутыми бровями и напрочь забыв о том, что Цзи Лань все еще изучает его.
В ходе предыдущей схватки он уже заметил, что Водный Моблин отчаянно прикрывает потолок и никого туда не подпускает.
У всего на свете есть свои уязвимые места и смертельные точки, и демонические твари — не исключение.
Они зарождаются из сгустков всевозможных злых помыслов, образуя ядро зловещего зародыша, которое затем непрерывно растет и подпитывает своего хозяина.
Эти ядра называют ядрами зла, и они служат ключевым элементом, позволяющим демонической твари обрести форму. Они неразрывно связаны с истинным телом монстра, и стоит их разрушить, как тварь лишается опоры и теряет способность принимать плоть и творить зло.
Поэтому по-настоящему уничтожить демоническую тварь можно, только разбив ее ядро зла.
Его слова еще не затихли, а Цзи Лань уже сложил пальцы в цветочное заклинание, материализуя потоки золотистых буддийских нитей.
Тончайшие золотые нити переплетались с непостижимой точностью; будучи одновременно гибкими и острыми, они напоминали то густую парчу, то паутину, которую аккуратно разматывают кокон за коконом. Словно бурный ручей, они ринулись вперед, крепко опутывая багровые ветви одну за другой, лишая их всякой возможности вырваться.
Нарост с ядром зла на потолке также был сплошь оплетен и скован, являя миру свою истинную природу морского порождения.
Поняв, что загнан в угол, Водный Моблин предпринял отчаянную попытку сопротивления: истратив всю оставшуюся в теле энергию, он исторг волну иллюзорных звуков и бредовых внушений, проникающих прямо в море душ обоих противников.
Это были голоса, которые люди больше всего на свете хотели бы услышать — мужские и женские, старые и молодые. Они звучали лишь затем, чтобы затуманить разум глупца и заставить его угодить в ловушку, усеянную ядовитыми шипами.
Тело Лу Ую на миг замерло, зрачки слегка расширились, словно по глади глубокого омута побежали круги.
……
Перед глазами всплыли знакомые черты и голос юноши, и Лу Ую на секунду погрузился в оцепенение.
— Спасибо благодетелю за помощь. Если бы не ты, маму точно не удалось бы похоронить по всем правилам…
Шестнадцатилетний Цзи Лань, худой и угловатый, одетый в грубые траурные одежды из мешковины, с синяками от побоев на скулах.
— Сегодня на ужин тушеная крольчатина, хочешь попробовать?
У семнадцатилетнего Цзи Лань уже была ладная, крепкая фигура, а в глазах таились искорки улыбки.
— Если ты уйдешь из жизни раньше меня? Что ж, тогда я просто найду себе другую, еще лучшую пару.
У восемнадцатилетнего Цзи Лань были широкие плечи, а во взгляде и чертах лица проступила небывалая прежде солидность.
Другую пару, значит…
Что ж, так даже лучше. Во всяком случае, это куда разумнее, чем тешить себя слепыми иллюзиями.
……
Лу Ую резко пришел в себя и перевел взгляд на стоявшего рядом Цзи Лань, заметив, что тот абсолютно никак не поддался наваждению.
Перебирая в руке прозрачные костяные чётки и шепча сутры, Цзи Лань сплетал сеть из золотых буддийских нитей, которая дюйм за дюймом сжимала демоническую тварь.
Судя по всему, противная тварь понимала, что Цзи Лань представляет для ее выживания куда большую угрозу, чем Лу Ую, поэтому сосредоточила всю силу иллюзорных голосов на атаке монаха.
Лу Ую не мог знать, какие именно голоса звучали в море душ Цзи Лань.
Среди переплетения вспыхивающих духовных лучей ему показалось, будто движение руки Цзи Лань на мгновение замерло, хотя он не был уверен, не померещилось ли ему.
Тут же плотная сеть из буддийских иероглифов резко ускорилась, сжимаясь с пронзительным свистом, и с грохотом разорвала и сожгла демоническую тварь дотла.
Пыль осела, и вокруг вновь воцарилась тишина.
Неплохо, неплохо, еще одно испытание позади, и на этот раз обошлось без потерь.
Лу Ую украдкой потрогал маску из человеческой кожи на лице: фух, слава богу, на месте.
Он нагло шагнул вперед и рассыпался в благодарностях перед Цзи Лань:
— Огромное спасибо Досточтимому за своевременное вмешательство, иначе малец сегодня же нашел бы свою смерть в брюхе этой демонической твари!
Цзи Лань был на голову выше Лу Ую. Опустив взгляд, он изучал лицо юноши, и в этом взоре таился неуловимый, едва заметный прищур.
Рядовой слуга щеголял в простой зеленой рубахе, кожа у него была здорового оттенка, а черты лица — правильными и миловидными.
Лу Ую чувствовал, что Цзи Лань смотрит на него как-то странно, но возразить ничего не мог: в конце концов, именно Цзи Лань помог ему выпутаться из беды, так что пара лишних взглядов с его стороны еще никому не стоила куска мяса.
Вот только пушистый шарик на его поясе вел себя беспокойно с самого момента появления Цзи Лань и норовил подобраться поближе к монаху.
Не будь он привязан лентой, этот паразит уже давно упрыгал бы прямо тому на лицо!
Лу Ую схватил пушистый шарик и изо всех сил сжал его в кулаке.
Цзи Лань не сводил глаз с руки Лу Ую, державшей помпон. В тех местах, где его взгляд задерживался дольше обычного, Лу Ую отчетливо ощущал странный жар.
Неужели это и есть то самое природное подавление заклинателей призрачных путей со стороны адептов буддизма?
— Кхе, ну ладно, раз с этой тварью покончено, я пожалуй пойду к себе, отдохну.
Видя, что Цзи Лань молчит, Лу Ую решил ретироваться первым и уже повернулся, собираясь уходить.
Однако ноги почему-то налились свинцом, и сделать шаг не удавалось.
Опустив взгляд, он обнаружил, что от плеч до самых стоп туго оплетен золотыми лентами, по которым струились тексты буддийских заклинаний — это были те самые золотые нити.
Лу Ую: ?
Лу Ую повернулся обратно и изобразил на лице улыбку, в которой не было и капли веселья:
— И что же это должно значить, Досточтимый?
Цзи Лань смотрел на него с суровой и бесстрастной отстраненностью судьи:
— Ты ведешь себя подозрительно.
Лу Ую: ??
Если судья Бао — это неподкупный и справедливый отец родной, то ты, Цзи Лань, судя по всему, чистый глупец, раз разбрасываешься такими обвинениями направо и налево!
С чего он вообще взял, будто тот ведет себя подозрительно?!
Неужели чтение буддийских сутр в Секте Сюаньчань так сильно отупляет?
— Будучи заклинателем призрачных путей, зачем ты притворился слугой и пробрался в Башню Духов?
— …
Весь день он только и делал, что разносил чай да воду, настолько вжился в роль простого слуги, что чуть не забыл, какими путями сюда попал.
Лу Ую попытался оправдаться:
— То, что я заклинатель призрачных путей — чистая правда, но пробрался я сюда исключительно ради попутного попутчика. К тому же, в сегодняшней битве с нечистью я внес немалый вклад!
— Разве не потому, что демоническая тварь увязалась за тобой?
— …
Если рассуждать с этой точки зрения, то да.
Лу Ую продолжил отстаивать свою правоту:
— Да будь у меня и впрямь дурные замыслы, я бы уже давно перешел к делу, к чему мне тянуть до последнего?
Заметив, что Цзи Лань по-прежнему хранит молчание, Лу Ую придумал план.
Медленно переставляя ноги, он подполз к самому Цзи Лань, состроил умильную физиономию, а в его лукавых глазах заплясали искорки насмешки:
— Досточтимый, часом, не влюбился ли ты в меня с первого взгляда, раз тебе так не хочется меня отпускать?
Изначально он просто хотел подразнить Цзи Лань, чтобы тот наконец отпустил его, но, подняв глаза, он неожиданно столкнулся с бездонной чернотой зрачков монаха. Подобно темной, не имеющей дна ледяной пучине, они четко отражали его собственную фигуру.
Сердце Лу Ую охგатила смутная тревога, и он невольно отступил на шаг назад, забыв, что его лодыжки все еще оплетены золотой лентой. Равновесие было нарушено, и он полетел навзничь.
Сильная теплая ладонь вновь надежно обхватила его за талию, рывком возвращая в вертикальное положение.
Ладонь Цзи Лань излучала тепло. Лежащая на талии рука, казалось, вновь растревожила жар былого обратного удара, заставив потерявшего покой Лу Ую слегка напрячься.
Он вспомнил те времена, когда они только познакомились: тогда этот парень пользовался бешеной популярностью у деревенских девчонок, но оставался абсолютно глух к любым попыткам юниц вешаться ему на шею, ведя себя так, будто они были слепыми.
Кто бы мог подумать, что спустя столько лет Цзи Лань изменится и станет куда проще сходиться с людьми. Удивительное дело, оказывается, чтение сутр обладает и таким побочным эффектом.
Желая сгладить неловкость, Лу Ую попытался сделать вид, будто ничего особенного не произошло, хотя смотреть на Цзи Лань больше не решался:
— Ох, раз уж Досточтимый так ко мне привязан, что же теперь делать? Может, мне предложить тебе свое сердце и руку?
Он и не заметил, как выражение лица Цзи Лань осталось прежним, но взгляд вдруг стал глубоким и непроницаемым. На дне его глаз на мгновение промелькнула искра подавленного желания, которая тут же бесследно растворилась, оставив лицо монаха столь же спокойным, будто ничего и не произошло.
……
Подоспевшие к месту схватки люди увидели следующую картину:
Худой, миловидный юноша прижат к груди рослого буддийского адепта, а его полуобнаженная фигура туго стянута золотой лентой, подчеркивающей изгиб талии — точь-в-точь как сказочный тритон из Восточного моря, сотканный из золотой мечты. Сам же юноша, казалось, вовсе не замечал происходящего и лишь что-то ласково и весело шептал, прижимаясь к монаху. Половина лица самого адепта тонула в тени, из-за чего прочесть его выражение было совершенно невозможно.
Заметив приближение остальных, Цзи Лань легким движением мысли заставил золотую ленту скользнуть вверх по талии Лу Ую и перехватить его за запястья.
Оковы на теле ослабли, и Лу Ую тут же почувствовал себя намного свободнее. Он размял ноги, мысленно ругая Цзи Лань за то, что тот додумался так неудобно связать его только сейчас.
— Докладываем Досточтимому: клон демонической твари уничтожен, — три младших монаха быстро шагнули вперед и отвесили поклон. Позади них стояли Юнь Лянь и несколько элитных учеников.
Убедившись, что Лу Ую стоит твердо, Цзи Лань произнес:
— Хорошо.
После чего перевел взгляд на Юнь Ляня:
— Истинное тело Водного Моблина также повержено, глава Юнь Лянь может не беспокоиться.
— Благодарю Досточтимого, — поблагодарив гостя, Юнь Лянь скользнул взглядом по Лу Ую и нахмурился: — А это кто?
Будучи главой секты, Юнь Лянь прекрасно знал в лицо каждого из своих учеников, однако перед ним стоял абсолютно незнакомый человек.
Поскольку Лу Ую только что сражался с демонической тварью, у него вновь дал о себе знать обратный удар, и сквозь поры проступила едва уловимая аура призраков. Все присутствующие тут же распознали в нем заклинателя призрачных путей.
Цзи Лань ответил:
— Заклинатель призрачных путей, пробравшийся в башню обманным путем.
http://bllate.org/book/31889/3895022
Готово:
