Он бросил на Вэнь Сюаня сердитый взгляд и, понизив голос, укорил:
— Вэнь Чэнфэн… что ты творишь?!
Сказав это, он тут же оглянулся на других учеников академии. К счастью, никто из них не смотрел в их сторону, и Шэнь Чунхэ мысленно с облегчением выдохнул.
Прямолинейный дурень вечно действует напролом, не зная меры! Неужели он не понимает, что все те сокурсники вокруг лишь на вид вежливы и дружелюбны с ними обоими, а за спиной только и делают, что шушукаются и сочиняют пошлые романтические баллады, распуская грязные слухи?!
Между ними ведь вообще ничего нет! Ну, подумаешь, пару раз за руки держались, спали на одной кровати, вместе занимались культивацией, да даже и не целовались… Стоп, кажется, всё-таки целовались.
Шэнь Чунхэ, который ещё вчера не видел в этом ничего особенного, вдруг замер, и его лицо в тот же миг залилось густым румянцем от самой шеи.
Спасите…
Что он вообще нёс вчера?!
Вэнь Сюань продолжал держать Шэнь Чунхэ за руку, и они так и замерли на месте. Вэнь Сюань посмотрел на ярко-красные мочки ушей и пылающие щеки названного брата; зная, как сильно тот дорожит своей гордостью, он немного ослабил хватку.
К счастью, как бы ни было стыдно, Шэнь Чунхэ не забыл о главном деле. Понизив голос, он гневно прошипел:
— Если ты не собираешься тренироваться с мечом, то чего добиваешься?! Ты же надежда Мира Бессмертных…!
Вэнь Сюань:
— Побуду с тобой.
Шэнь Чунхэ:
— …?
Шэнь Чунхэ от неожиданности едва не поперхнулся воздухом и лишь спустя долгое время выдавил из себя:
— Какая от тебя польза рядом со мной? В команде из двоих нет места третьему лишнему!
Вэнь Сюань нахмурился:
— Фан Цюнчэн?
Шэнь Чунхэ запнулся: он никак не мог поспеть за ходом мысли Вэнь Сюаня.
Видя, что Шэнь Чунхэ молчит, тот продолжил:
— Разве он не третий лишний?
Шэнь Чунхэ:
— …
Шэнь Чунхэ вытаращил глаза. Иногда ему казалось, что в Вэнь Сюаня вселился кто-то чужой, иначе почему он говорит такие ехидные вещи?
К счастью, на возвышении старейшина Янь закончил пересказывать историю основания академии, объяснил, как пользоваться духовными жетонами для связи, и вдобавок ко всему коснулся истоков Мира Бессмертных — на этом лекция и подошла к концу.
В заключение старейшина Янь добавил:
— Спустя три дня, когда духовные жетоны начнут ярко мерцать вновь, я надеюсь, что у каждого из вас уже будет готов ответ.
Произнеся это, он устремил взгляд куда-то вдаль, словно выискивая кого-то, и зашагал прямо к Шэнь Чунхэ и Вэнь Сюаню.
Шэнь Чунхэ не заметил приближения старейшины, вскочил на ноги и, схватив Вэнь Сюаня за руку, быстрым шагом бросился прочь. Несмотря на сопротивление Вэнь Сюаня, он на ходу мимоходом обменялся с Фан Цюнчэном духовными отпечатками.
— …?! — Янь Ханьфэн, глядя на стремительно удаляющуюся парочку, так рассвирепел, что чуть не выдернул собственные фальшивые усы.
Поймав на себе полный обиды взгляд Вэнь Сюаня, Фан Цюнчэн отвёл глаза и обратился к сидевшему рядом соседу по парте:
— Давай объединимся в пару! Мы так давно знакомы, и нашей с тобой сыгранности хватит с лихвой, не придётся долго притираться друг к другу.
Девушка одарила его презрительным взглядом и нетерпеливо бросила:
— Я подумаю.
— Вот и славно, давай скорее обменяемся духовными отпечатками!
…
Шэнь Чунхэ заранее предупредил его:
— Сразу заявляю: прекрати называть меня самонадеянным. Если повторишь, я тоже разозлюсь.
Вэнь Сюань с усмешкой ответил:
— Хорошо.
Шэнь Чунхэ шел впереди, а Вэнь Сюань следовал за ним с легкой улыбкой на губах. Лишь дойдя до раскидистого дерева, Шэнь Чунхэ скрестил руки на груди, резко обернулся и кивком дал понять, что теперь можно говорить.
Лёгкий ветерок пронёсся мимо, взъерошив собранные в хвост длинные волосы Шэнь Чунхэ, а голос Вэнь Сюаня полетел следом, прямо ему на ухо.
— Я хочу стать твоим закрепленным практикующим, — произнёс Вэнь Сюань.
Шэнь Чунхэ отрезал без раздумий:
— Исключено, я не собираюсь изучать заклинания.
Вэнь Сюань:
— Ничего страшного, я буду учиться.
Шэнь Чунхэ:
— …? ???
Глядя на серьмие выражение лица Вэнь Сюаня, Шэнь Чунхэ резко опустил скрещенные на груди руки, шагнул вперёд и, вцепившись в воротник его одежды, рывком притянул к себе. Вэнь Сюань, заметив сверкнувшую серебристую вспышку, не оказал ни малейшего сопротивления: покорно согнувшись в поясне, он сверху вниз заглянул в рассерженные, нахмуренные глаза Шэнь Чунхэ.
Шэнь Чунхэ в гневе отчитал его:
— Чему ты собрался учиться?! Неужели все те годы тренировок с мечом прошли коту под хвост? Или во время испытания в Секретном Ранэ у тебя повредился рассудок?!
Если ты говоришь такое лишь потому, что не хочешь со мной расставаться, то лучше и вовсе не заикайся об этом. Я столько лет отдал мечу и вовсе не желаю искать себе в напарники какого-то недоучку-Заклинателя!
Высказав всё, Шэнь Чунхэ всё ещё чувствовал, что злость не отступила. Он оттолкнул Вэнь Сюаня и уже собрался уходить.
Но Вэнь Сюань не дал ему такой возможности: ухватив за воротник со спины, он в мгновение ока обездвижил парня и заставил повернуться лицом к себе.
Шэнь Чунхэ:
— …
К счастью, форма учеников была без высокого воротника, иначе кадык так бы и упёрся в ткань — это было бы поистине смертельно.
Шэнь Чунхэ, которого против воли продолжали держать за шиворот, свирепо зыркнул на него, переполненный крайней досадой.
— Вэнь Чэнфэн, отпусти!
— Не отпущу. — Вэнь Сюань безмятежно встретил его взгляд.
Шэнь Чунхэ едва не задохнулся от ярости:
— Ты что, совсем ребёнок? Неужели не видишь обстановку? Больше не хочешь мстить за своих родителей?
В глазах Вэнь Сюаня мелькнула холодная искорка, но он всё же предпочёл отступить:
— Я не понимаю, о чём ты говоришь.
По одному лишь выражению его лица Шэнь Чунхэ понял, что тот попросту прикидывается дурачком — стоило Вэнь Сюаню начать валять дурака, как он тут же заявлял, будто ничего не знает!
— Ха, ещё пожалеешь.
— Разумеется, нет.
Вэнь Сюань отпустил его, и в тот же миг локоть Шэнь Чунхэ тяжело врезался ему в бок. Вэнь Сюань даже не попытался увернуться, лишь с утрированным шипением протянул: «Ссс…» — и по инерции завалился прямо на Шэнь Чунхэ.
Шэнь Чунхэ испуганно подхватил его, а в ушах прозвучала нелепейшая отговорка:
Вэнь Сюань:
— Я ранен.
Шэнь Чунхэ:
— …………
Ну надо же, так ходи теперь со своей раной.
Еще чуть-чуть — и можно было бы подумать, что он ему этим локтем ребро со смещением сломал.
Глава 6.Он не станет погрязнуть в пучине чувств
Академия Хунху, Циляньчжай.
Едва Вэнь Сюань и Шэнь Чунхэ объяснились друг с другом, как получили вызов от ректора и направились прямиком в покои ректора Ин Чэньцзэ.
Восемь лет назад, когда они только переступили порог Академии Хунху, этот самый ректор лично наставил их на путь истинный и зачислил в академию в качестве «особых воспитанников».
Ректор Ин отличался исключительной простотой в общении и мягким нравом, да и к обоим юношам относился превосходно. Если случались какие-то серьёзные происшествия и кто-то из учеников приходил к нему с жалобой, он всегда тщательно во всём разбирался, прежде чем выносить справедливый вердикт и назначать наказание.
Стоило Шэнь Чунхэ увидеть Ин Чэньцзэ, который, заложив руки за спину, неизменно приветливо и лукаво улыбался, как у него тут же мурашки побежали по коже.
Он сделал шаг вперед, немного отстраняясь от Вэнь Сюаня.
Исключительно ради приличия и «соблюдения дистанции».
Сама по себе Академия Хунху вовсе не выступала против ранней романтики — напротив, если кто-то из одарённых учеников мог взрастить в будущем еще парочку гениев для мира заклинателей, руководство академии всемерно поддерживало подобные союзы.
Но почему же Шэнь Чунхэ так старательно «соблюдал дистанцию» на глазах у ректора Ин?
Всё началось с того самого дня, когда Ин Чэньцзэ вопреки правилам принял их в академию, тайком наблюдал за ними, опекал, а в конце концов этот прожжённый мудрец взял да и раскусил тайную влюбленность Шэнь Чунхэ в Вэнь Сюаня.
Если подумать, почему ректор Академии Хунху, занимавший столь высокое положение и перевидавший на своем веку немало гениев, вдруг сделал для них исключение и позволил учиться здесь?
Шэнь Чунхэ до сих пор помнил, как восемь лет назад, будучи еще совсем ребенком, они вместе с Вэнь Сюанем впервые переступили ворота Академии Хунху по воле своих родителей.
Академия Хунху создавалась Союзом Бессмертных как особый канал для взращивания талантов. Срок обучения составлял ровно восемь лет: за это время ученики закладывали прочный фундамент, после чего через жесткие состязания и отборы распределялись по великим сектам.
Впрочем, подобных академий, помимо Хунху, существовало еще три: Академия Цинъюнь, Академия Линъюнь и Академия Куньпэн.
Любой, у кого была связь с бессмертными, стремился попасть в академию ради ресурсов, способных заложить надежную основу и позволить в будущем внести свой вклад в процветание Мира Бессмертных.
Однако желающих получить ресурсы всегда было в избытке, отчего возникала извечная проблема дефицита. Хочешь занять место в академии и заполучить щедрые запасы ресурсов — будь добр пройти через череду суровых испытаний.
Шэнь Чунхэ поступил в академию в восьмилетнем возрасте. Маленькие дети инстинктивно жмутся к тем, кто ближе и роднее, тем более что они с Вэнь Сюанем росли вместе с пеленок: если не дружить с Вэнь Сюанем, то с кем еще?
Вот они рука об руку и шли вперед, идеально дополняя друг друга и демонстрируя ум, далеко превосходивший их восьмилетний возраст, чем и привлекли внимание сидевшего на главном месте Ин Чэньцзэ.
Увидев их слаженность, ректор проверил их природные данные и кости. Даже старик по прозвищу «Божественный Прорицатель», сидевший рядом, заявил, что у Ин Чэньцзэ с этими двумя особая кармическая связь, и посоветовал принять их вне всяких правил, воспитывая как собственных учеников.
Божественный Прорицатель Лю Чэньси был специально приглашен ректором Ин Чэньцзэ в качестве «глаз-алмаза», чтобы выискивать для Академии Хунху способных самородков.
Всё ради того, чтобы спустя восемь лет наголову разбить остальные три академии, вырваться вперед и прочно занять место во главе Четырех великих академий.
Обоих мальчишек привел лично Ин Чэньцзэ, а потому он чувствовал себя в ответе за них.
Но дети были слишком малы, толком не умея даже за собой уследить. И чтобы эти два породистых скакуна раскрыли свой истинный потенциал,
Ин Чэньцзэ в свои двадцать с небольшим лет был для них и матерью, и отцом — растил их вплоть до сегодняшнего дня, пока они не превратились в стройных, красивых, цветущих юношей, подобных нефриту.
Провозившись с ними восемь лет, Ин Чэньцзэ, быть может, и не знал их до конца, но уж в том, что касалось их душевных терзаний, привычек, изучаемых техник культивации, любимой еды или излюбленного фасона одежды, был уверен на все сто — сами они, пожалуй, знали о себе куда меньше, чем он!
Шэнь Чунхэ же обладал той особенностью, что в его глазах то и дело просвечивало простодушие: стоило лишь пару раз подловить его на слове, как он тут же, даже не пытаясь упорствовать, выкладывал всю правду начистоту.
Причем он принадлежал к числу тех людей, которые после очередного провала клянутся себе впредь учиться на ошибках, но продолжают раз за разом наступать на те же грабли.
Каждый раз, оставаясь с ними наедине, Ин Чэньцзэ непременно подшучивал над тем, как Шэнь Чунхэ тайно вздыхает по Вэнь Сюаню, и с удовольствием наблюдал, как бедняга заливается краской, теряя дар речи от того, что его тайные чувства выставили напоказ.
Безумно ведь любит, но всякий раз упрямо твердит:
— Только не говори ему об этом! Он совсем не такой, как я, он не станет погрязнуть в пучине чувств, у него есть дела поважнее.
Ах, молодость — как же это прекрасно! Чувства юности и впрямь куда чище и искреннее.
Впрочем, покончив с подшучиваниями, Ин Чэньцзэ тут же возвращал мысли к насущному и начинал готовить почву для достижения своей главной цели.
— Садитесь, где вам удобнее. Дел накопилось немало, за пару слов всего не расскажешь.
Ин Чэньцзэ опустился на циновку, подобнув полы одежд, и Вэнь Сюань с Шэнь Чунхэ последовали его примеру.
— Сяо Шэнь, Сяо Вэнь, восьмилетний срок подошел к концу, и совсем скоро в грядущем Спорлении четырех академий всё будет зависеть именно от вас, молодого поколения.
Шэнь Чунхэ произнес с серьезным видом:
— Мы не посрамим ваше доверие.
Вэнь Сюань кивнул:
— Сделаем всё, что в наших силах.
http://bllate.org/book/31850/3889205
Готово:
