Арно, услышав это, совсем не рассердился, а напротив, тихонько хмыкнул:
— Ты ведь совсем не такой. Ну как? Давай обсудим: в любом случае кому-то одному придется идти. Если у тебя нет уверенности, что удастся победить, или тебе лень и не хочется утруждаться — позволь мне пройти.
Сначала Арно применил хитрость, а затем принялся притворяться послушным и жалобно канючить:
— Мне действительно до зарезу нужны звездные монеты, моя родная самка заболела и как раз ждет денег на лечение.
— Ты поистине странная самка… — Это был уже второй раз, когда Номер Одиннадцать давал Арно подобную оценку. Не договорив, он тут же перевел тему: — А что, если у меня есть способ пройти лабиринт вместе?
Обычно самки, услышав такое, сперва проявили бы недоверие, однако у Арно лишь вспыхнули глаза. Он удивленно уставился на Номера Одиннадцатого и поинтересовался:
— Каким способом?
— Моя память весьма неплоха, я могу запомнить маршрут лабиринта. Но вот ночное зрение у меня хромает, и при ходьбе в темноте неизбежно возникнут отклонения. Мой план таков, — Номер Одиннадцать поднял взгляд на Арно, — сначала ты встаешь на пусковое устройство, а когда я пройду лабиринт, то буду давать тебе указания.
Арно от удивления даже широко раскрыл глаза. Что такое говорит Номер Одиннадцать? Запомнить маршрут лабиринта? Этот запутанный, словно клубок ниток узор? Это ведь не просто запомнить какую-то картинку, тут требуется с абсолютной точностью держать в уме длину каждого отрезка пути и направление каждого поворота.
Если это правда, разве можно назвать такое просто «память весьма неплоха»? Да это же настоящий монстр!
Арно вовсе не сомневался в словах Номера Одиннадцатого — главным образом потому, что манера поведения этого напарника совсем не походила на болтовню пустозвона.
— И надо же тебе иметь такую память…
— Врожденное, — Номер Одиннадцать заранее знал, о чем тот хочет спросить, и ответил наперед.
Арно покачал головой, выражая белую зависть.
Затем обе самки принялись отрабатывать ходьбу. Разумеется, главным образом тренировался Арно: у Номера Одиннадцатого имелась световая подсказка, и выбраться из лабиринта для него не составляло никакого труда, в то время как Арно требовалось научиться с филигранной точностью выверять длину каждого шага, чтобы Номеру Одиннадцатому было удобно руководить его дальнейшими движениями.
Арно встал в световой столб, и от его ног потянулась бледно-голубая линия.
Перед тем как тронуться с места, Номер Одиннадцать неожиданно спросил:
— А ты не боишься, что я тебя обманываю и, выбравшись из лабиринта, просто брошу?
Арно рассмеялся:
— Тогда тебе было бы гораздо проще вырубить меня ударом, к чему все эти сложности и трата времени на придумывание подобного фокуса?
Хоть оно и так, но эта самка, так страстно желавшая победить, все же согласилась отдать инициативу в чужие руки. Не слишком ли слепо она доверяет другим?.. Подумав об этом, Номер Одиннадцать зашагал вдоль световой линии на полу к выходу из лабиринта.
Благодаря слаженным действиям обеих самок, первое испытание в конце концов удалось преодолеть вполне успешно.
По правде говоря, хотя Арно и верил порядочности Номера Одиннадцатого, мозг самки все же не был сложным персональным терминалом. Арно уже был готов к тому, что Номер Одиннадцать перепутает дорогу и ему придется пройти этот путь раза три-пять, однако под руководством напарника он миновал лабиринт с первой же попытки.
Продвигаясь всё дальше и глядя на приближающегося Номера Одиннадцатого, Арно чувствовал, как в груди нарастает волнение — он даже отчетливо слышал собственный участившийся пульс.
Наконец, преодолев лабиринт и увидев за спиной Номера Одиннадцатого знакомый светящийся разрыв, Арно в волнении раскинул руки, намереваясь заключить напарника в объятия, но тут же был остановлен: один палец уперся ему прямо в лоб, заставляя замереть на месте.
Тем не менее Арно оставался невероятно воодушевленным:
— Номер Одиннадцать, ты просто великолепен! Ты и впрямь способен запомнить столь сложный маршрут! Ты точно из расы насекомых? Неужели ты не умный робот-насекомое с внедренным в мозг чипом?
Не дожидаясь ответа, он тут же затараторил снова:
— А еще говорил, будто выжить может только одна самка! Разве не прошли мы оба?
— Не радуйся раньше времени, впереди еще два испытания, — напомнил Номер Одиннадцать.
Обе самки шагнули в сияющий просвет, декорации сменились, и каменная стена позади снова сомкнулась. Обстановка на втором этапе по-прежнему оставалась темной, но не непроглядно-черной, как в лабиринте — Номер Одиннадцать всё еще мог смутно разглядеть то, что происходило вокруг.
По ландшафту это место напоминало каньон: насколько хватало глаз, громоздились уходящие в небо крутые скалы с обрывистыми склонами. Между вершиной, на которой они стояли, и противоположной горой была перекинута единственная одинокая железная цепь толщиной с человеческую руку, раскачивающаяся на горном ветру. Под цепью зияла бездонная пропасть, свистел ветер, клубились облака и доносился глухой гул бурной воды.
Ситуация была ясна с первого взгляда, и обе самки сразу поняли условия прохождения. Хотя распорядитель ранее уже делал предупреждение, Арно все же попробовал расправить Костяные крылья, но они, ожидаемо, оказались заблокированы.
— Всего-то делов — пройти по железной цепи! Что тут сложного? Пойдем вместе.
Арно считал, что с чувством равновесия у него всё в порядке, а Номер Одиннадцать как военная самка тем более не должен испытывать проблем. Единственной сложностью было плохое ночное зрение напарника: в столь тусклой обстановке существовал риск оступиться.
Арно предложил идти вместе и даже вызвался пропустить Номера Одиннадцатого вперед.
Взгляд Номера Одиннадцатого чуть дрогнул:
— Почему ты не хочешь идти впереди?
— У тебя со зрением туго, если вдруг оступишься или потеряешь равновесие, я сзади смогу тебя придержать.
Номер Одиннадцать промолчал, а Арно тут же озвучил его опасения:
— Не бойся, я не стану сталкивать тебя вниз. В прошлый раз я так сильно тебе доверялся, теперь и ты должен попытаться довериться мне.
С точки зрения Номера Одиннадцатого, как бы красиво Арно ни говорил, доверие к самке вовсе не исключало желания навредить ей. Первый этап они хоть и прошли вдвоем, но слова распорядителя состязания о том, что выжить может лишь одна самка, так или иначе на них влияли.
Если бы самки не могли полностью доверять друг другу, та, что идет впереди, оказалась бы в уязвимом и опасном положении.
Будь это в реальности, Номер Одиннадцать ни за что не согласился бы на предложение Арно, но здесь находилась Голографическая Звездная Сеть, и речь шла всего лишь об игре, не грозящей смертью, так что он дал добро.
Две самки, одна за другой, ступили на раскачивающуюся на ветру железную цепь и, соблюдая крайнюю осторожность, стали продвигаться вперед в сумраке каньона, удерживая равновесие. Арно приходилось следить не только за собственными шагами, но и присматривать за идущим впереди Номером Одиннадцатым, чтобы избежать неприятностей.
Хотя протянутая над каньоном цепь выглядела опасной, для самок она не представляла абсолютно никакой угрозы — даже суб-самка с более слабой общей подготовкой сумела бы пройти здесь, проявив лишь капельку аккуратности.
Арно как раз размышлял о том, что это за испытание такое простое, как вдруг силуэт Номера Одиннадцатого впереди резко качнулся. Решив, что напарник потерял равновесие, Арно тут же протянул руку и обхватил Номера Одиннадцатого за талию.
Тот остановился, и тон его голоса прозвучал чуть резче обычного, неся в себе едва уловимый оттенок то ли досады, то ли раздражения:
— Убери руку.
Тц… — мысленно цыкнул Арно. Опять за свое! Стоило им ненароком соприкоснуться телами, как этот Номер Одиннадцать вечно принимал такой мертвецки суровый вид.
— Я же из добрых побуждений поддержал, чего ты злишься? — Арно пропустил слова Номера Одиннадцатого мимо ушей и вдобавок дерзко ущипнул его за бок.
— Ты… — Номер Одиннадцать слегка повернул голову, выглядя несколько уязвленным.
— Да не дёргайся ты, а то рухнешь вниз — не факт, что успею поймать, — самодовольно заявил Арно, будучи уверенным, что на цепи Номер Одиннадцать ему ничего не сделает. Внезапно он что-то заметил и произнес с удивлением: — Ох ты ж ёлки, а чего это у тебя лицо так покраснело?
Неужели его всего лишь за талию потискали? Не слишком ли бурная реакция для простой шутливой возни между самками?
Вспомнив, как каждый раз при сближении Номер Одиннадцать старательно избегал контактов и выглядел отталкивающе, Арно додумался до определенного предположения:
— Ты что… предпочитаешь самок?
Хотя трутни были редки, драгоценны и окружены заботой и обожанием практически всех самок, существовал и ничтожно малый процент самок, которым нравились суб-самки или другие самки.
В расе насекомых не существовало прямого запрета на подобные союзы ввиду полной их ненужности — единичные случаи всегда оставались лишь единичными. Союз двух самок помимо того, что сталкивался с ежегодно возрастающими огромными штрафами и невозможностью родить детенышей для продолжения рода, имел еще один изъян: из-за отсутствия ментальной энергии в интимные моменты практически не получалось испытать никакого удовольствия. Именно поэтому такие самки были редки, словно чудом вернувшиеся из черной дыры корабли.
Тем не менее Арно услышал в ответ:
— Ну и что с того, что нравятся самки?
Арно убрал руку с талии Номера Одиннадцатого и, демонстративно взмахнув ею, театрально произнес:
— Тогда я точно не стану тебя трогать, а то вдруг в меня влюбишься?
Номер Одиннадцать на мгновенье онемел, после чего снова подал голос:
— Ты ведь так ненавидишь трутней, разве ты не собираешься потом связать жизнь с самкой?
Арно:
— С какой стати мне искать самку? Разве я не могу жить один? Вау, ну ты и выдал! Неужели ты и вправду на меня запал?
Его слегка утрированное выражение лица и шутливый тон явно выдавали желание подразнить собеседника, и Номер Одиннадцать, решив больше не обращать внимания, повернулся и продолжил шагать по цепи вперед.
Прохождение второго этапа оказалось донельзя простым — настолько, что у Арно возникло ощущение какой-то нереальности происходящего. Оказавшись на твердой земле, он задал риторический вопрос:
— И это всё?
Разве можно назвать это испытанием? Для него ходить по канату или по ровной дороге — разницы практически никакой, понимаете ли!
Номер Одиннадцать ничего не ответил и сразу шагнул в раскрывшийся перед ними светящийся разлом.
К удивлению насекомых, декорации третьего этапа выглядели точь-в-точь как на первом лабиринтном уровне, с тем лишь отличием, что синяя зона на полу увеличилась с одной плиты до двух.
Арно с безмолвной усмешкой протянул:
— Что за шутки? Снова? И на этот раз сразу два пусковых устройства, какую дурь они задумали?
Говоря это, он подошел и встал на одну из платформ — никакой реакции.
Сразу рядом располагался второй пусковой элемент, и он, недолго думая, поставил по ноге на каждый, уверенно задействовав оба, но вокруг по-прежнему царила глухая темнота, не издавая ни звука.
Арно нахмурился:
— Судя по правилам первого этапа, на каждом устройстве должна стоять одна самка. Неужели нам обоим нужно встать на них? А кто тогда пойдет через лабиринт?
Заметив приближающегося Номера Одиннадцатого, Арно торопливо убрал ноги.
Номер Одиннадцать шагнул на освобожденную Арно синюю зону и произнес:
— Полагаю… на этот раз всё не так сложно.
Как только слова затихли, под их ногами засияла синяя область, и обе самки оказались укутаны столбами света. Под знакомый глухой грохот в каменной стене впереди прорезалась светящаяся щель.
Арно изумился:
— Это что… мы прошли?
Он никак не мог в это поверить — этот уровень оказался до смешного легче этапа с железной цепью, порождая еще большее чувство нереальности:
— И это всё так просто?
— Тебе кажется легко лишь потому, что мы оба здесь, — в одно мгновение расставил все точки над i Номер Одиннадцать.
http://bllate.org/book/31771/3879256
Готово:
