Уставившись на Черного карпа перед собой, Тэн Юань внезапно почувствовал, что все вопросы, которые он так тщательно обдумывал до этого, вмиг вылетели у него из головы.
К счастью, судя по текущей ситуации, ему больше не нужно было ходить от дома к дому в поисках жилья Цин Мо. Но, к сожалению, он еще не был морально готов к тому, что сказать при первой встрече лицом к лицу с Черным карпом.
В этот момент он ведь не мог спросить: «Простите, вы не знаете, где живет Цин Мо?»
После недолгой паузы из внутренних комнат донесся низкий мужской голос: Сяо Мо, кто там снаружи?
Услышав это, Цин Мо посмотрел на Тэн Юаня, затем отвернулся и ответил: Пришел гость.
Своим статусом гостя Тэн Юань был не слишком доволен. Вообще-то, ему следовало бы создать себе образ дружелюбного и милого приятеля — при условии, что он заговорил бы первым.
К счастью, сейчас было еще не поздно.
Его заторможенный разум слегка шевельнулся, и Тэн Юань подобрал наиболее уместный вопрос: Как здоровье?
Прежде всего, он должен был обозначить главную цель своего визита: он пришел сюда, чтобы всесторонне проявить заботу о состоянии здоровья Черного карпа. Утром, когда он еще спал, Черный карп тихонько ушел, ни слова не сказав. В конце концов, они ведь провели ночь на одной постели, должно же между ними зародиться хоть какое-то подобие близости.
А что касается того, как он смог сразу же отыскать дорогу к дому Цин Мо, — Цин Мо мог списать это на великие способности Царя Драконов.
Вопрос Тэн Юаня ничуть не удивил Цин Мо, и тот слегка кивнул: Гораздо лучше.
Бросив взгляд мимо стоявшего перед ним Цин Мо, Тэн Юань невольно заглянул внутрь дома. Жилище Цин Мо было очень простым, без всякой роскоши. Да и гостеприимство Цин Мо ничем не отличалось от убранства его дома: даже когда пришел дракон, Цин Мо не догадался первым делом пригласить Тэн Юаня войти, спокойно позволив ему и дальше стоять на пороге и мерзнуть на холодном ветру.
Он даже не успел собраться с мыслями для следующей фразы, как кто-то отдернул занавеску и вышел из внутренних комнат.
Сяо Мо, почему ты не позовешь гостя в дом? — заговорил мужчина средних лет. Встретившись с ним взглядом, Тэн Юань мгновенно оценил его обычный облик.
Точно так же, как и Цин Мо, это был Черный карп.
В сердце Тэн Юаня закрались догадки об их отношениях. Если только в гости к Цин Мо не пожаловал какой-нибудь дядя или другой родственник, этот мужчина средних лет, скорее всего, был отцом Цин Мо.
Хотя годы оставили на этом Черном карпе отпечаток некоторой потрепанности, его прекрасное телосложение по-прежнему бросалось в глаза: он был высоким и крепким.
Атмосфера вокруг мужчины средних лет отдаленно напоминала самого Цин Мо, однако Тэн Юань предположил, что лицом Цин Мо, пожалуй, больше пошел в мать. При всей прекрасной фигуре мужчины, точь-в-точь повторявшейся у Цин Мо, тонкости черт лица и той особой привлекательности во взгляде ему все же чуточку не хватало.
Затем мужчина средних лет знаком пригласил Тэн Юаня войти и отдохнуть.
Отец по имени Цин Хань уже обратился к Тэн Юаню с приглашением, и теперь Цин Мо молча смотрел на него, словно ожидая его решения.Тэн Юань не дождался от Цин Мо приглашения войти в дом, но предложение от мужчины средних лет тоже стало неплохим началом. Рыболовный план Царя Драконов плавно переходил ко второму этапу: ему предстояло сблизиться с родителями Черного карпа и побольше узнать о жизни Цин Мо.
Только через знакомство и постижение друг друга рождаются крепкие чувства.
Стоило Тэн Юаню переступить порог комнаты, как Цин Мо тут же закрыл за ним дверь.
Жилище Цин Мо было небольшим — по сравнению с подводным Драконьим Дворцом Тэн Юаня на Озере Драконьего Пения его можно было назвать крошечным до предела. Дом состоял всего из одной внешней комнаты и двух внутренних.
В этот момент на деревянном столе во внешней комнате стояли две тарелки с едой, чей манящий аромат и привлек Тэн Юаня. Кроме того, на столе были приготовлены три чашки и три пары палочек, и Тэн Юань подумал, не осталось ли в кухне других блюд.
Вскоре появилась женщина средних лет, которая принесла миску с дымящимся супом. Ее молодость уже увяла, но в ней по-прежнему угадывалось невозможное для игнорирования благородное величие — она совсем не походила на жену бедняка.
Тэн Юань обменялся взглядом с женщиной средних лет, и на мгновение оба замерли в растерянности.
Тэн Юань просто не верил своим глазам. Заглянув в ее глаза, Тэн Юань увидел представительницу народец цзяожэнь с потрясающей, ошеломляющей красотой; ее краски были необычайно яркими и чистыми, изящные и тонкие плавники на шее и руках выглядели восхитительно, а длинный рыбий хвост свободно расправлялся.
Больше всего Тэн Юаня поразил узор на ее голове. Этот изысканный орнамент отличался невероятной роскошью, достойной истинного монарха среди народец цзяожэнь.
Среди народец цзяожэнь женщины всегда отличались изящной осанкой и высоким положением.Тэн Юань временно подавил собственное любопытство и не стал выяснять точную личность или происхождение женщины средних лет. Поскольку эта особа вполне могла оказаться матерью Цин Мо, Тэн Юань не собирался заводить разговор об истинном облике женщины, пока не узнает всё наверняка.
Личность женщины средних лет была исключительной, поэтому Тэн Юань ни капли сомневался, что собеседница, возможно, тоже разглядела золотое сияние, окружавшее его со всех сторон.
Оба безмятежно улыбнулись, и всё стало понятно без лишних слов.
Мужчина средних лет налил Тэн Юаню чашку чаю и вежливо поинтересовался: — Не знаю, по какому делу этот гость пожаловал посреди ночи?
Этот вопрос мгновенно поставил Тэн Юаня в тупик, и он не знал, что ответить. Только теперь он пожалел, что впервые навестив родителей Цин Мо, совершенно забыл подготовить подарки при встрече. Раз уж он пришёл, ему всё равно пришлось бы выдумать какую-то причину и объясняться со стиснутыми зубами.
— Прошлой ночью Цин Мо получил ранение, а сегодня на рассвете я проснулся и не застал его, поэтому пришёл проверить, как он себя чувствует, — сохраняя улыбку, правдиво ответил Тэн Юань.
Услышав это, родители с недоумением одновременно перевели взгляд на Цин Мо. Тэн Юань невольно почувствовал себя уязвлённым: судя по всему, Цин Мо не обмолвился перед ними ни единым словом о самом Тэн Юане.
Теперь, когда всё зашло так далеко, Цин Мо больше не стал ничего скрывать. Он рассказал о том, как его избили, и о том, как Тэн Юань очистил его от яда и исцелил. После этого отношение женщины средних лет к Тэн Юаню стало ещё более мягким, и они выразили ему свою благодарность.
Тэн Юань наконец испытал удовлетворение от того, что его оценили по достоинству.
Однако стоило Царю Драконов, чьё сердце наконец-то преисполнилось удовлетворения, уловить аппетитный запах еды, как его желудок тут же предательски заурчал.Столкнувшись с неловкой ситуацией, Тэн Юань слегка успокоил свои эмоции. Чтобы избежать смущения, родители Цин Мо горячо пригласили Тэн Юаня остаться на обед. Прибежав сюда с совершенно пустым желудком, Тэн Юань бессовестно уселся за стол и принял их доброту.
Мать Цин Мо, Си Муюнь, не казалась человеком, склонным к домашним делам, но её кулинарные способности заслуживали всяческих похвал — еда обладала великолепным вкусом.
Проголодавшись, Тэн Юань не стал особо церемониться: он уплетала за обе щеки и от удовольствия то и дело тихонько мычал. С самого детства он не ведал вкуса домашнего очага, и с момента своего рождения он всегда был одиноким драконом.
Если не считать записочки рядом с его драконьей скорлупой, родители не оставили ему никаких воспоминаний.
Тэн Юань то и дело подозревал, что дом дедушки и бабушки, или дедушка с бабушкой по материнской линии, находится слишком далеко, и его родители просто заблудились. Или же там было так весело, что родные папа с мамой ушли из дома и забыли дорогу назад.
Сейчас думать об этом было бессмысленно — так или иначе, они не вернулись.
Когда-нибудь, когда папа и мама наконец вернутся, Тэн Юань непременно заставит их выплатить компенсацию за одиночество и годы, проведённые в единоличном взрослении: дни, когда живешь в одиночку как дракон, были до тошноты скучными.
К счастью, ему посчастливилось отыскать Черного карпа, чтобы скрасить тоскливые будни драконьей жизни.
У Тэн Юаня был отменный аппетит, и вскоре он с горечью обнаружил, что с его прожорливостью еды в доме Цин Мо катастрофически не хватает — особенно когда он заметил, что стопка пустых тарелок выросла до небес, а рис в деревянной кадке полностью иссяк.
Для дракона, не знающего забот о еде и одежде и облаченного в роскошные одежды, завалиться в чужой дом и незаметно опустошить весь запас риса было просто немыслимо.
Тэн Юань с сожалением отложил палочки, радостно вытер рот и улыбнулся Си Муюнь: — Очень вкусно.
Для матери это была высшая похвала, и Си Муюнь приняла похвалу Тэн Юаня. Ей очень хотелось посоведовать Тэн Юаню есть побольше раз так нравится, но вот беда: вся еда в доме была подчистую съедена, а готовить и жарить заново несколько раз подряд — у них просто не осталось больше угощений для Тэн Юаня.
Дракон — не рыба, его не так-то просто досыта накормить.
Выметнув всё из собственной кухни, гость наконец отложил палочки, и Си Муюнь внезапно почувствовала облегчение: — Маленький Сяо обычно бывает на улице и часто попадает в беду. Спасибо, что приглядываете за ним, господин Тэн, я вам безмерно благодарна.
— Тётушка, не церемоньтесь. Находясь вдали от дома, мы и должны помогать друг другу, — ответил Тэн Юань.
Он не только приглядывал за Цин Мо, но и заманивал Черного карпа прыгнуть через Драконьи Врата.
Характером Цин Мо был больше похож на своего отца Цин Ханя, оба они были немногословны, и в комнате постоянно раздавались лишь голоса Тэн Юаня и Си Муюнь.
— Вы в последнее время отдыхаете дома? — Тэн Юань перевёл разговор на своего Черного карпа.
Цин Мо отозвался: — Белый Господин велел мне отдохнуть три дня.
— Завтра в городок придут две мангусты — будут ловить змей. Если в то время столкнётесь с этими братом и сестрой, держитесь от них подальше и не задирайте их, — Тэн Юань был сыт по горло и теперь ломал голову над тем, как бы продолжить валяться у Черного карпа дома и никуда не уходить, поэтому искал любую тему для разговора.
Узнав о появлении мангуст, лица родителей Цин Мо на мгновение слегка помрачнели. Как всем было известно, мангусты не только ловят змей, но и едят рыбу.
В ответ на это Тэн Юань успокоил их: — Их главная цель — поймать Сю Шэ и Призрачную Рыбу, других они трогать без причины не станут. Пока вы их не задеваете, проблем не будет.
Тем более что Тэн Юань неоднократно наказывал им ни в коем случае не вредить местным рыбам; он был уверен, что Старая Черепаха непременно предупредит брата и сестру Инь Ло и Инь Си.
После обеда Цин Мо помогал матери убирать посуду, а Тэн Юань остался болтать с Цин Ханем. Тэн Юань чувствовал себя крайне неуютно: беседовать с Цин Ханем было так же неловко, как и с самим Цин Мо.
Судя по реакции Цин Ханя, Тэн Юань проникся глубокой тоской: тот явно намеревался немедленно выпроводить гостя.
Неужели он рассердился из-за того, что Тэн Юань подчистую вымел весь рис из домашней кадки?
Тэн Юань опечалился: не притащить ли ему завтра пораньше пару больших чанов с рисом? Отец Цин Мо ни в коем случае не должен оставаться им недоволен, ведь он всё ещё надеялся, что Цин Мо прыгнет через Драконьи Врата и спасет его от унылого существования.
Ломая голову и отчаянно пытаясь придумать повод не уходить из дома, Тэн Юань изо всех сил старался завязать разговор с отцом Цин Мо. Внезапно он почувствовал, как выражение лица Цин Ханя помрачнело. Как раз в этот момент Цин Мо вернулся в жилую комнату и, судя по всему, удивился тому, что Тэн Юань всё еще здесь.
Чувство подавленности у Тэн Юаня только усилилось: неужели он всего лишь съел чуть больше обычного, зачем же так откровенно показывать, что ему здесь не рады?
В одно мгновение окружающая атмосфера резко изменилась.
Он уже собирался заговорить, как Цин Мо в два-три шага бросился вперед, пытаясь схватить Тэн Юаня и оттолкнуть в сторону. Проворно отскочив на два шага вбок, Тэн Юань легко уклонился от Цин Мо. Он тоже почувствовал исходящую с небес угрозу, но его реакция оказалась совершенно противоположной реакции семьи Цин Мо.
И в мыслях не имея прятаться, Тэн Юань одним прыжком вернулся на своё прежнее место.
Задрав голову вверх, он увидел, как какая-то невидимая сила стремительно приближается к крыше. Не раздумывая ни секунды, он извлек Ночную жемчужину и изо всех сил швырнул ее наверх.
В тот же миг он услышал предостерегающий окрик Цин Мо: — Нельзя бить!
Но было уже поздно.
Рассекая воздух с молниеносной быстротой, Ночная жемчужина пробила в крыше дыру и напрямую столкнулась с мчащимся сверху ярким светом.
Оглушительный грохот заставил землю задрожать.
В тот самый миг, когда Тэн Юань запрокинул голову, чтобы оценить обстановку, вспышка света многократно усилила свою мощь, сокрушила крышу и всей тяжести обрушилась прямо на голову Тэн Юаню. Вокруг тут же взметнулись клубы дыма, окутав всё вокруг плотной пеленой пыли.
Увидев это, Си Муюнь смертельно испугалась, а Цин Хань поспешно заслонил её собой. Цин Мо, сжав в руке сокровищный меч, уже собирался броситься вперед, чтобы выяснить, в каком состоянии Тэн Юань.
Порыв резкого ветра пронёсся над землей, и клубящаяся пыль тут же рассеялась.
На том месте, где стоял Тэн Юань, вспыхнул ослепительный золотой свет. Его одежда успела измениться: парчовый халат, расшитый золотыми драконьими узорами, бросался в глаза. Лицо его скрывала золотая маска, а на лбу проступили два золотых драконьих рога. Он стоял на прежнем месте неподвижно, а столкновение золотого света с яркой вспышкой постепенно ослабевало, издавая потрескивающие звуки.
Одна-единственная Ночная жемчужина ударила о поверхность золотого света и в следующий миг рассыпалась в прах, который унёс ветер.
Уголки рта Тэн Юаня дернулись.
Как же больно, какой-то ублюдок ударил его собственной бусиной по голове.
http://bllate.org/book/31714/3871400
Готово:
