Нильсон не отрывал глаз от экрана, некоторое время раздумывал, а затем сразу перешел к сути:
— У вас с сестрой просто талант к актерской игре! Вы чуть было не провели даже меня.
Его голос звучал на удивление мягко, в нем не чувствовалось и следа той свирепости, которой можно было ожидать.
Я невольно изумился: если Нильсон вовсе не собирался преследовать меня за обман и использование его в своих целях, и в то же время он не выглядел так, будто намерен выдать нас Хайнлайну, то какова же была его истинная цель — заставить меня сесть в машину и сорвать с меня маску?
Я легко улыбнулся:
— Господин Нильсон, вы поистине скромничаете. Пожалуй, единственным, кто всегда оставался в здравом уме, были только вы.
Нильсон наконец обернулся и спросил:
— С чего ты взял?
Я продолжал улыбаться:
— Вы человек умный, должны понимать, к чему я клоню.
Но Нильсон вовсе не собирался останавливаться на достигнутом и с улыбкой произнес:
— Я хочу, чтобы ты назвал это вслух.
Мне оставалось только вздохнуть. Некоторыми вещами мне вовсе не хотелось бросаться попусту, и лучше всего было бы сделать вид, что ничего не понимаешь, и спустить все на тормоза. К сожалению, реальность заставляла меня использовать это как оружие.
Не отвечая напрямую, я обратился с вопросом к Фир:
— Тебе доводилось слышать о Танатосе?
Фир немного подумала и ответила:
— Пожалуй, это преступная организация, названная в честь древнегреческого бога смерти Танатоса, которая два года назад вошла в тройку лидеров мирового рейтинга.
Я кивнул:
— В отличие от семьи Хайнлайн, чье могущество строилось веками и которая также входит в тройку мировых лидеров, Танатос поднялся всего за какие-то тридцать-сорок лет. Его основатель Деймон Оруэлл был сиротой. Обладая железной волей и острым умом, этот американец в возрасте двадцати шести лет успешно поглотил несколько местных банд, обеспечив стремительный рост организации. В тот же самый год Деймон Оруэлл сочетался браком с французской девушкой, с которой они вместе росли в детском доме с самых малых лет. На следующий год у них родился первый и, как оказалось, единственный ребенок. Спустя два года рак легких унес жизнь жены Деймона Оруэлла. Погруженный в скорбь мужчина, чье дело стремительно шло в гору, уже не помышлял о новом браке и всю свою нерастраченную нежность отдал единственной кровиночке, оставленной ему любимой женой. Увы, злой роу посмеялся над ними: из-за слишком бурного развития Танатоса, чье влияние день ото дня росло подобно солнцу в зените, были затронуты интересы некоторых международных структур. Они тайком спланировали заговор и, воспользовавшись тем, что Деймон Оруэлл потерял бдительность, убили его двадцатитрехлетнего сына. Если бы к моменту гибели у того самого не родился сын, преемников у Деймона Оруэлла точно не осталось бы.
Я немного перевел дух и, глядя в окно, продолжил:
— Потеряв любимого сына, Деймон Оруэлл впал в дикую ярость. Буквально за одну ночь все организации, причастные к убийству, были стерты с лица земли, а их главари и члены семей подверглись кровавой расправе. Жестокость методов и масштаб бойли потрясли весь мир, и именно благодаря этому Танатос прочно закрепился в преступном мире. Однако тогда Деймону Оруэллу было уже под пятьдесят, на руках у него остался лишь внук, которому еще не исполнилось и четырех лет, а верные братья по оружие, с которыми они прошли огонь и воду, состарились и уже не блистали прежней удалью. Он не мог не ощутить острую нехватку преемников. Желающие как можно скорее вырастить собственную опору для внука и не дать повториться трагедии его отца, Деймон Оруэлл лично объездил весь мир в поисках семнадцати детей того же возраста, что и его внук — с превосходными природными данными и смазливыми лицами. Он даровал им фамилию Оруэлл и стал тщательно взращивать их вместе со своим внуком. Достигнув шестнадцати лет, эти дети официально вступили в организацию и получили доступ к управлению ее центром. Их проницательность и деловая хватка сглаживали разницу в способностях членов семейного клана, к тому же они не были связаны ограничениями в полномочиях, свойственными посторонним помощникам. Объединив усилия, они стали непобедимы, и это позволило Танатосу выйти на новый виток развития, в итоге два года назад ворваться в тройку мировых лидеров. Но победа далась не без потерь: за последние несколько лет шестеро из этих семнадцати человек погибли. Оставшиеся восемь юношей и три девушки постепенно сформировали новое руководящее ядро Танатоса. Эти свежие силы можно назвать элитой из элит: в командной работе они безупречны и непобедимы, а действуя поодиночке, каждый обладает собственным уникальным стилем и действует с абсолютной легкостью. Именно поэтому за последний год Танатос незаметно начал демонстрировать тенденцию к превосходству над Хайнлайном.
Сказав это, я отвел взгляд от окна, улыбнулся и произнес:
— Кажется, меня занесло куда-то не туда.
В улыбке Нильсона мелькнуло что-то неуловимое. Глядя на меня, он произнес:
— Ничего страшного, ты рассказывал очень живо, пожалуйста, продолжай.
Атмосфера в машине незаметно стала такой же гармоничной, какой была по дороге сюда. Я легко выдохнул и продолжил:
— Внешний мир очень высоко оценивает этих одиннадцати человек, считая их грозными соперниками, и каждый стремится поскорее от них избавиться. Постепенно их блеск полностью затмил Гибсона Оруэлла — истинного наследника Танатоса, но в то же время это полностью соответствовало изначальному замыслу Деймона Оруэлла. Он как раз и хотел использовать такой метод, чтобы отвлечь внимание посторонних и обеспечить безопасность своей последней кровиночки. Что же до этого скрывающегося в тени остальных Гибсона Оруэлла, то ходит множество слухов. Кое-кто говорит, что он невероятно слаб, и пока гарантирована его безопасность, во всем остальном он волю другим, поэтому как только Деймон Оруэлл умрет, власть в Танатосе перейдет к этим одиннадцати людям, и в тот же миг неизбежно вспыхнет междоусобица. Другие же считают, что Гибсон Оруэлл — лишь марионетка, а на самом деле настоящий внук Деймона Оруэлла — совсем другой человек, которого все это время растили в совершенно в другом месте. Короче говоря, мнения людей расходятся, и в какой-то момент становится невозможно отличить правду от вымысла.
Пока мы разговаривали, машина остановилась на ухабистой горной дороге. Я умолк и тупо уставился на причудливые скалы за окном, не понимая, зачем Нильсон привез нас в эту глушь.
Нильсон не торопил меня, лишь с улыбкой произнес:
— Мое скромное жилище неподалеку, добро пожаловать в гости.
Мы вышли из машины, и нам в лицо пахнул холодный горный воздух. Фир зябко повела плечами, и я машинально обнял ее за плечи, прижимая к себе.
Фургон уехал. Пройдя немного по узкой тропинке, мы вышли к огромной скале.
Телохранитель Нильсона нажал какой-то скрытый механизм, и скала сдвинулась внутрь, обнажив щель, в которую едва мог протиснуться один человек. Протиснувшись друг за другом и наощупь пробираясь в темноте около десяти минут, мы вдруг вышли к просторному месту, где землю заливали мириады мягких огней.
Телохранители Нильсона привычно рассредоточились для досмотра, и вскоре рядом с нами остались только сам Нильсон и два его личных охранника.
Я без смущения огляделся: стены были сложены из твердой породы, создавая впечатление, будто пространство внутри горы было выдолблено искусственным путем. Кроме сброшенного у центра площадки дивана, здесь почти не было никакой мебели, что подчеркивало спартанский вкус хозяина.
С улыбкой Нильсон произнес:
— Вы, должно быть, устали, предлагаю сначала отдохнуть в гостевой комнате. Условия здесь скромные, так что вам обоим придется ютиться в одной комнате, пожалуйста, не судите строго.
Я понял, что это проявление заботы со стороны Нильсона, который учел наше нежелание с сестрой расставаться, и с улыбкой поблагодарил его.
Один из телохранителей шагнул вперед, увлекая меня и Фир в сторону. Он нажал на выступающий камень в стене, и в каменной кладке открылся еще один проход.
В конце прохода обнаружилась небольшая комната, где стояли лишь две односпальные кровати и стол со стульями. Охранник объяснил, как открывается и закрывается дверь в ванную, после чего почтительно удалился.
Фир пришла в крайнее изумление. Обойдя комнату по кругу и заглянув в ванную, она воскликнула:
— Братишка, здесь даже есть ванная! Интересно, как сюда провели воду и как организован слив? Какой масштаб!
Я не ответил, сбросил ветровку и рухнул на кровать у двери — со вчерашней ночи неприятности сыпались как из рога изобилия, и тело уже просто не выдерживало.
Заметив мою усталость, Фир не стала докучать расспросами и бережно накрыла меня одеялом.
Хотя истинные намерения Нильсона оставались загадкой, вид его, не предвещавший немедленной расправы, позволил мне немного расслабиться, и вскоре я погрузился в туманный сон.
http://bllate.org/book/31597/3856145
Готово:
