— Отпусти меня, — нахмурившись, Ди Лингуан попытался высвободить свою руку.
Однако рука Се Цзюсина словно примагнитилась к нему. С озорной усмешкой на губах, он крепко сжал левую руку Ди Лингуана и принялся трясти её, приговаривая:
— А-Ин, разве это не похоже на то, как мы в детстве вместе возвращались домой?
Ди Лингуан замер. В памяти против воли всплыли дни до поступления в Академию Учжэнь. Внезапно он помрачнел, и вокруг него словно сгустились грозовые тучи, а атмосфера похолодала, будто повалил снег.
— Ой! — внизу раздался пронзительный вопль боли. Казалось, на ногу Се Цзюсину обрушился многотонный пресс, упавший с высоты десяти тысяч метров. Он тут же схватился за колено и запрыгал на одной ноге, подобно золотому петушку.
— Ди Лингуан! — гневно выкрикнул он, сверля взглядом удаляющуюся лазурную фигуру, и яростно потряс кулаком в воздухе.
Но Се Цзюсин не сдался. Он догнал Ди Лингуана и преградил ему путь прямо перед входом в секту.
— А-Ин, разве ты не чувствуешь, что тебе не хватает подопытного для проверки лекарств? — принялся он его уговаривать. Заметив, что Ди Лингуан собирается что-то ответить, Се Цзюсин быстро протянул руку и закрыл ему рот. — Я знаю, ты скажешь, что можешь тестировать их на себе, но на кону жизнь человека. Если ты заболеешь от собственных зелий, как же тогда поправится Сяо Юэцзы?
Ди Лингуан моргнул. Се Цзюсин был высокого роста, и его длинная широкая ладонь полностью закрывала нижнюю часть лица собеседника. От его кожи, казалось, всё ещё исходил сладкий аромат соевого молока, проникая в ноздри Ди Лингуана.
— Хорошо, — против воли согласился он.
...
В комнате для варки пилюль.
Хотя Секта Хэхуань и основывалась на практике Парного совершенствования, возможно, из-за специфики их методов культивации, они не только придавали огромное значение внешнему виду, но и крайне заботились о поддержании здоровья. Поэтому в искусстве алхимии они достигли немалых высот.
Благодаря этому запасы лекарственных трав в секте были в изобилии, и Ди Лингуан без труда раздобыл всё необходимое.
Се Цзюсин наблюдал, как Ди Лингуан с предельной сосредоточенностью промывает травы. Прядь волос, спадавшая на его лицо, отбрасывала тень на уголки глаз и при каждом движении мягко касалась ресниц. На его безупречной, подобно снежному лотосу, щеке от корней женьшеня, покрытых влажной жёлтой землёй, остались крошечные грязные пятнышки, словно капли росы на листе лотоса.
Се Цзюсин засмотрелся, и опомнился лишь тогда, когда Ди Лингуан уже начал разжигать печь.
— А-Ин, а алхимия — это весело? — Се Цзюсин, который до этого развалился в кресле, оказался полностью поглощён плавными, изящными движениями юноши. Он подошёл со спины, прижался к Ди Лингуану всем телом и прошептал прямо в ухо.
От внезапной близости чужого дыхания Ди Лингуан вздрогнул, и по его затылку пробежали мурашки. Однако он и бровью не повёл, делая вид, что вовсе не слышал слов Се Цзюсина, и полностью сосредоточился на снадобьях.
Видя, что его игнорируют, Се Цзюсин ничуть не рассердился. В его глазах мелькнул озорной огонёк, и он, ухватившись за свою косичку, принялся ею щекотать ушную раковину Ди Лингуана.
Его волосы были жёсткими и грубыми, острые кончики, скользя по шее, кололи кожу, вызывая то ли боль, то ли зуд. И только когда на белоснежной коже Ди Лингуана выступил яркий румянец, Се Цзюсин удовлетворённо убрал руку и растянул губы в довольной улыбке.
В этот момент алхимическая печь наконец поглотила последние остатки лекарственной энергии. Комнату мгновенно наполнил густой, свежий аромат. Ди Лингуан резко обернулся, его глаза искрились холодным светом, кончик носа покраснел. Не теряя ни секунды, он схватил Се Цзюсина за подбородок и насильно впихнул ему в рот готовую пилюлю.
— Кха-кха-кха! — Се Цзюсин, застигнутый врасплох, подавился таблеткой размером с большой палец. С трудом проглотив её, он оскалился и сердито уставился на Ди Лингуана. — А-Ин, не надо сводить личные счёты! Я же не отказывался есть...
Ди Лингуан не обратил внимания на жалобы и схватил его за запястье. Под подушечками его пальцев бился сильный, мощный пульс, словно мерный барабанный бой.
Почему это совсем не даёт эффекта? Ди Лингуан нахмурился. Янская энергия внутри Се Цзюсина была как минимум в три раза сильнее, чем у обычного человека...
Неудивительно, что во сне он... был таким неистовым.
Ди Лингуан машинально облизнул губы. Его уши, спрятанные за прядями волос, дёрнулись и стали пунцовыми. Он молча отвернулся и снова потянулся к корням женьшеня.
Се Цзюсин озадаченно склонил голову набок, подумав: «Неужели Ди Лингуан провалил варку и теперь бесится от стыда?»
...
— Больше не могу! Сжалься надо мной! — Се Цзюсин лежал на кресле, его лицо исказилось, а рот был слегка приоткрыт в приступе тошноты.
Ди Лингуан едва заметно улыбнулся, и в его глазах появилось искреннее веселье. Он погладил Се Цзюсина по голове и сказал:
— Хватит, хватит, пилюль уже достаточно, не плачь.
— Кто? Кто плачет? Не возводи на меня напраслину! — Се Цзюсин обиженно надул губы, и его ямочка на правой щеке стала до того милой, что он решил прибегнуть к блефу.
Наевшись пилюль до отвала, он чувствовал, как во рту стоит невыносимая горечь, к тому же в состав лекарств входила десятикратная доза укрепляющих ян средств, и Се Цзюсину казалось, что он вот-вот взорвётся.
Обычно он даже на короткие расстояния перемещался с помощью Духовной бабочки, но сейчас его переполняла такая энергия, что хотелось немедленно выбежать и трижды оббежать Секту Хэхуань. Но стоило янской энергии достичь пика и пойти на спад, как его снова накрывала тоска, и единственным желанием было лечь на кровать и заняться какой-нибудь монотонной работой — сплошные качели между огнём и льдом.
— Мне кажется, у меня сейчас кровь из носа пойдёт. Разве можно так усердствовать?!
Ди Лингуан опустил голову и прикрыл рот рукой, чтобы не рассмеяться в голос. Он постучал белоснежным пальцем по лбу Се Цзюсина и поддразнил его:
— Если кто-то увидит тебя в таком виде, то подумает, что это я сотворил с тобой в алхимической комнате что-то непотребное.
Се Цзюсин расширил глаза, губы его дрогнули:
— А разве нет?! Ты ведь использовал меня как рабочего осла!
От автора:
Се Цзюсин: А-Ин — мой младший брат, и ничей больше! [в ярости]
Ди Лингуан: Я не твой брат. [растаял]
Глава 11
Постоялый двор Юэлай.
На алхимию у Ди Лингуана ушло два дня. Всё это время Му Юй почти не вылезал из бочки с отваром, Е Цзинянь отпросился с Пика Сокровищ и неотлучно ухаживал за другом, а Лянь Чжаошуй приходил сменить его после занятий.
Му Юй лежал в полузабытьи, в его затуманенном сознании смутно отпечаталось, что кто-то постоянно заботится о нём. Инстинктивно он сжал руку этого человека и прижался к ней щекой.
— Спе...сибо.
Раздался звон нефрита.
Ди Лингуан вошёл в комнату. Он подошёл к постели, приподнял подбородок Му Юя, вложил в рот готовую пилюлю, а затем, придержав за шею, помог её проглотить.
Не прошло и времени, необходимого для заваривания чая, как с лица Му Юя сошёл болезненный румянец, и кожа вновь приобрела здоровый белоснежный оттенок.
Глаза Е Цзиняня засияли. Он с улыбкой похлопал Ди Лингуана по плечу:
— Лингуан, поистине, твои медицинские навыки выше всяких похвал. Ты настоящий талант.
Ди Лингуан лишь кивнул, не придавая значения похвале. Вместо этого он достал из Пространственного мешочка несколько фарфоровых флаконов и протянул их Е Цзиняню и Лянь Чжаошую.
Увидев их недоумённые взгляды, Ди Лингуан холодно пояснил:
— Что бы ни случилось с Му Юем — одержимость ли это или болезнь — мы столько времени проводили вместе. Носите эти пилюли с собой, на случай, если столкнётесь с чем-то подобным.
Лянь Чжаошуй подбросил флакон на ладони, в его приоткрытых глазах мелькнуло удивление. Ди Лингуан впервые заговорил с ним так много. Но удивление длилось лишь мгновение, и Лянь Чжаошуй тут же одарил его дежурной улыбкой:
— Спасибо, я буду беречь их.
Е Цзинянь рядом тоже согласно закивал, но его внимание уже полностью переключилось на Му Юя. Он заколебался:
— Раз жар спал, я собираюсь переложить его на кровать. Вы не хотите... ?
Ди Лингуан кивнул и первым вышел из комнаты. Лянь Чжаошуй нахмурился, в его утончённых глазах мелькнуло сомнение, но, ничего не сказав, он последовал за ним.
— Брат Ди, а где Цзюсин? — с улыбкой спросил Лянь Чжаошуй.
Ди Лингуан замер, услышав, что его назвали братом. Хотя они были соучениками три года, из-за того, что Ди Лингуан всё это время избегал Се Цзюсина и даже намеренно шёл с ним на конфликт, до сегодняшнего дня они не сказали друг другу ни слова, оставаясь самыми близкими незнакомцами.
Но раз он спрашивает, где Се Цзюсин... При этой мысли уголки губ Ди Лингуана незаметно дрогнули.
Не успел он ответить, как раздался слабый голос Се Цзюсина:
— Шуй-шуй... спасай...
Лянь Чжаошуй моргнул и перевёл взгляд вниз. Се Цзюсин, бледный как полотно, сидел на корточках у лестницы. Его обычно румяные щёки теперь были белее мела, весь его вид напоминал вялый баклажан, попавший под заморозки.
— Цзюсин, тебя что, досуха выпили монахини из Секты Хэхуань? Почему у тебя такой вид, будто ты на последнем издыхании? — Лянь Чжаошуй, обожающий зрелища, спустился вниз и, потянув Се Цзюсина за щеку, принялся подтрунивать.
Се Цзюсин собрал последние силы, чтобы сверкнуть на него глазами, и вяло отмахнулся левой рукой, пытаясь оттолкнуть наглеца.
— Твой великий... лекарь, решил поставить на мне эксперимент. Не пора ли рассчитаться за труды, А-Ин?
Глаза Ди Лингуана блеснули, уголки рта слегка приподнялись, но прежде чем Се Цзюсин успел что-либо заметить, улыбка исчезла.
Он безупречной походкой спустился по лестнице, сохраняя полное спокойствие, и протянул Се Цзюсину синий флакон.
— Здесь лучшие тонизирующие средства. Забирай и поправляй своё истощённое тело.
Се Цзюсин нахмурился, не в силах поверить в услышанное. Он застыл на месте, словно его поразило заклинание окаменения, и, казалось, вот-вот превратится в пыль, которую развеет ветер.
— Ха-ха-ха-ха-ха! — Лянь Чжаошуй схватился за живот, заливаясь слезами от смеха. Он буквально повис на спине Се Цзюсина, и его раскатистый смех, казалось, пронзил самого Се Цзюсина насквозь.
Се Цзюсин, сжимая правой рукой флакон, в бессильной ярости так сильно сдавил его, что тот жалобно скрипнул. Его грудь тяжело вздымалась — вид у него был совершенно разъярённый.
http://bllate.org/book/31584/3854461
Готово:
