Цин Тан навострил уши, внимательно вслушиваясь. Вторая старшая соученица правда всё ещё на горе Юйхэн?
Худощавый мужчина проговорил:
— И чего это наш глава секты вечно околачивается в темнице? Неужели, когда он отправился на гору Юйхэн, притащил ту ученицу Секты Хэхуань с собой?
Круглолицый ученик понизил голос:
— Какая она тебе ученица? Она — вторая ученица прежнего главы секты, та, что временно управляет Сектой Хэхуань. Только смотри, не разболтай, а то, не ровен час, объявятся ещё люди из Секты Хэхуань и придут мстить. Разве не приходила одна на днях, пыталась вытащить эту женщину?
— Чего бояться? Неужели кучка этих бабёнок способна нас одолеть?!
Другой добавил:
— Все те, кто отправился до этого на гору Цзиван, погибли там. Те, кто не заходил внутрь, передали весть, что видели там главу Секты Хэхуань, Булюгу Цин Тана. Осторожность не помешает.
Цин Тан, стоя в стороне, обменялся скрытым взглядом с Чжу Синланем.
Круглолицый ученик усмехнулся:
— Да ладно? Да он же просто гуляка, что он может? Если б был хоть на что-то способен, разве позволил бы мне захватить гору Юйхэн?
Толпа разразилась одобрительным хохотом.
Цин Тан выглядел чужим среди этого веселья. Чжу Синлань осторожно коснулся тыльной стороны его ладони, призывая не злиться. Цин Тан щелкнул его по руке — мол, я и не злюсь.
Круглолицый ученик заметил их обоих:
— Эй, вы двое, чего такие незнакомые? Когда успели вступить в секту?
Чжу Синлань ответил:
— Мы новички, три дня как пришли, вот особо и не ходили никуда.
Круглолицый окинул Чжу Синланя взглядом — тот был куда выше его, да и Цин Тан тоже, — и скривил губы:
— А, понятно. Видать, глава секты решил, что раз мы переехали на гору Юйхэн, секта стала могущественнее, вот и набирает больше людей.
Окружающие согласно закивали, и круглолицый снова переключился на беседу с другими.
Вскоре мечи опустились на Платформу Яньхэ на горе Юйхэн. Вокруг всё было в руинах, деревья и строения обуглились, однако Цин Тан заметил, что Врата Тяньюй жгли избирательно. Помимо двух небольших залов и давно заброшенной башни Бэйфэн, все остальные роскошно украшенные дворцы и павильоны уцелели. Хоть Врата Тяньюй и были гнилой сектой, но жить любили красиво — интересно, сколько же духовных камней они отвалили Пу Цзысяню за это?
В этой игре в выигрыше остался только Пу Цзысянь: он ничего не потерял, а духовные камни получил. Если бы удалось вернуться раньше и отдать ему духовные камни вместе с мечом, Врата Тяньюй не стали бы так упорствовать. Эта сделка для Пу Цзысяня была беспроигрышной в любом случае — хитрый лис.
Цин Тан наклонился к Чжу Синланю и прошептал:
— В Секте Хэхуань есть место для заключенных, но им давно не пользовались. Не знаю, могли ли они заточить там Вторую старшую соученицу.
Чжу Синлань кивнул:
— Веди.
— Эй, вы двое!
Цин Тан и Чжу Синлань обернулись. Мужчина с огромным топором за спиной и длинной бородой подзывал их. Это был Левый защитник Врат Тяньюй:
— Вы двое, идите сюда, помогите перенести вино.
Цин Тан размазал по лицу немного пыли и вместе с Чжу Синланем проследовал за Левым защитником в винный погреб. Сердце обливалось кровью, когда он видел, как одну за другой выносят амфоры с персиковым вином.
Один из учеников поскользнулся и разбил кувшин — весь погреб наполнился ароматом персикового вина. Левый защитник пнул провинившегося:
— Как работаешь?
— Простите, Левый защитник, виноват.
— Это вино для главы секты и почетных гостей на сегодняшний вечер, будьте осторожны!
Снаружи кто-то позвал:
— Левый защитник?
Левый защитник развернулся и ушел. Цин Тан и Чжу Синлань, продолжая носить вино, заметили, как тот самый пнутый ученик украдкой подсыпал в амфоры порошок.
Цин Тан посмотрел на Чжу Синланя: Что происходит?
Чжу Синлань: Не знаю.
Ученик, обернувшись, заметил, что они видели его действия, и выхватил кинжал, угрожая им. Цин Тан отмахнулся, опустил голову и вместе с Чжу Синланем поспешно вынес вино наружу. Неизвестно, испортится ли всё вино к вечеру, но, судя по тому, как ловко тот парень орудовал снадобьем, даже то, что останется, пить будет нельзя.
Ну и пусть достается этим подонкам. Как только он спасет Вторую старшую соученицу, для Врат Тяньюй наступит конец.
Закончив с вином, Цин Тан и Чжу Синлань наконец выскользнули из поля зрения Левого защитника. Они двинулись по горной тропе на запад, избегая встреч с другими учениками, и вбежали в один из дворов у подножия.
Цин Тан толкнул дверь — изнутри пахнуло сыростью и затхлостью. Никого.
— Её здесь нет.
Чжу Синлань спросил:
— Может, её держат там, где живет Цзян Хэ?
Хоть Цин Тану и не хотелось так думать, он допускал, что Цзян Хэ мог оставить Вторую старшую соученицу из похоти или же в качестве заложницы, чтобы предотвратить его возвращение. В противном случае, по логике Врат Тяньюй, они должны были давно замести следы и уничтожить её.
Цин Тан решил:
— Пойдем проверим Резиденцию Главы Секты.
Они вернулись на тропу, когда мимо прошел ученик Врат Тяньюй:
— Вы чего ещё здесь околачиваетесь? Сказано же, в час Сюя глава секты устраивает пир в Зале Цуйвэй, быть всем! Опоздаете — ничего не достанется!
Чжу Синлань ответил:
— Хорошо, мы сейчас же идем.
Когда ученик удалился, Цин Тан потянул Чжу Синланя в сторону Резиденции Главы Секты. Внутри было пусто, а прежние вещи были заменены клыками зверей, ножами и мечами Цзян Хэ.
Цин Тан вошел внутрь, миновал ширму и застыл, не в силах вымолвить ни слова.
Глава 12
Посреди комнаты стояла гигантская раковина тридакны, раздавившая стены своим весом. Очевидно, её притащили сюда совсем недавно. Внутри, на красном шелковом одеяле, были рассыпаны лепестки цветов — выглядело это нелепо и безвкусно. Кто-то явно готовил любовное гнездышко, надеясь провести здесь приятный вечер.
Чжу Синлань, войдя следом, тоже лишился дара речи:
— Это…
Цин Тан пробормотал:
— Если бы мой учитель был жив и увидел, во что превратилась Резиденция Главы Секты, он бы меня на куски разорвал.
Чжу Синлань успокоил его:
— Ничего, потом отремонтируем.
Глядя на это убранство, Цин Тан предположил, что Вторая старшая соученица должна быть жива.
— Думаю, она в Зале Цуйвэй. Как считаешь?
Чжу Синлань кивнул:
— Я тоже так думаю.
— Кто здесь?!
Они замерли и уставились на ширму.
— Кто внутри?!
За ширмой мелькнул силуэт, кто-то явно собирался войти. Чжу Синлань схватил Цин Тана и указал на одеяло в раковине:
— Прячься внутрь!
Цин Тан:
— Что?
Чжу Синлань втолкнул его, и они быстро зарылись в красное шелковое одеяло.
В следующее мгновение Цзян Хэ прошел за ширму. Подойдя к раковине, он увидел раскиданные лепестки и принялся терпеливо раскладывать их обратно.
— Жань Бин, если бы ты покорилась мне, я бы еще подумал о том, чтобы позволить твоим ученикам из Секты Хэхуань вернуться. Но если ты упрямишься… какой в этом толк? Секта Хэхуань всё равно обречена. Я сохранил тебе жизнь не для того, чтобы ты кусалась. Ледяная красавица, сопротивление бесполезно…
Цин Тан, задыхаясь под одеялом, прижался к Чжу Синланю. Они смотрели друг другу в глаза, а свет пробивался сквозь ткань, создавая причудливые тени. Внезапно Цин Тану нестерпимо захотелось чихнуть — он изо всех сил зажал нос.
Цзян Хэ, закончив с лепестками, полюбовался результатом и ушел. Цин Тан только выбрался наружу, собираясь чихнуть, как Цзян Хэ вернулся. Чжу Синлань поспешно затянул его обратно.
Цзян Хэ взял со стола веер и, не заходя за ширму, снова удалился.
Цин Тан, спрятавшись под одеялом, наконец громко чихнул.
Чжу Синлань прошептал:
— Так это ты чихаешь? А я уж подумал, тебе не нравится мой запах.
— От тебя что, пахнет? — Цин Тан принюхался к шее Чжу Синланя.
Тот замер. На таком расстоянии он мог бы легко поцеловать его.
— Есть запах?
— Есть. Запах успеха.
— …
В следующее мгновение Цин Тан вынырнул из-под одеяла, поправляя сбившуюся шпильку:
— Пойдем быстрее, если опоздаем, не хватало ещё, чтобы Вторая старшая соученица случайно выпила той отравы, что подсыпал тот парень.
Чжу Синлань, взяв себя в руки, последовал за ним.
Как только они покинули Резиденцию, вернулся Цзян Хэ. Ему всё казалось, что раковина обставлена не идеально. Он подошел ближе и обнаружил, что одеяло скомкано, лепестки валяются на полу, а на постели видны следы пребывания людей.
Цзян Хэ в ярости разорвал одеяло:
— А! Кто-нибудь! В Резиденцию Главы Секты проникли посторонние! Обыскать всё!
***
Подойдя к Залу Цуйвэй, Цин Тан увидел Вторую старшую соученицу. Она сидела рядом с главным местом, холодная и гордая, лицо бледное, без единой искры жизни, ещё более исхудавшая, чем во время битвы на горе Вэйлун.
Чжу Синлань спросил:
— Это она?
Цин Тан яростно кивнул:
— Я должен спасти её.
Вторая старшая соученица подняла взгляд, издалека увидела Цин Тана и резко выпрямилась. Она окинула взглядом сидящих за пиршественными столами — казалось, никто не обратил на него внимания.
Цин Тан и Чжу Синлань, каждый с кувшином в руках, двинулись с разных сторон к главному месту. Чжу Синлань узнал Пу Цзысяня и главу Врат Юйюй — все они были замешаны в этом деле.
Цин Тан уже собирался подойти к ней, но дорогу ему преградил тот самый парень, что подсыпал яд. Цин Тан не сводил с него глаз, пока тот приближался к Второй старшей соученице с подносом, на котором стоял кувшин с вином.
Неужели он правда собирается отравить её?
Вторая старшая соученица, увидев этого человека, тоже вздрогнула и перевела взгляд на Цин Тана. Цин Тан, находясь чуть поодаль от неё, одними губами беззвучно произнес: «Не пей, там яд».
Вторая старшая соученица повернулась к парню, что-то отвечая, и Цин Тан не понял, поняла ли она его предостережение.
— Наливай!
Цин Тан склонился, чтобы налить вино сидящему рядом мужчине. Тот, заметив пятна грязи на его лице, рассмеялся:
— Личико такое белое, чистое, чего же ты так перепачкался?
Цин Тан коснулся лица:
— Благодарю бессмертного наставника за напоминание.
Мужчина, захмелев, схватил Цин Тана за руку. Чжу Синлань уже хотел вмешаться, но снаружи зала раздались шаги. Цин Тан вырвал руку и быстро отступил за занавеси.
Вошел Цзян Хэ с гневным выражением лица, но тут же сменил гнев на милость, улыбнулся Пу Цзысяню и остальным, и занял главное место.
Мужчина, схвативший Цин Тана за руку, обернулся, чтобы найти его, но никого не обнаружил:
— Куда делся?
http://bllate.org/book/31511/3844877
Готово:
