— Хорошо.
Я сразу выпрямился и тут же отправил сообщение в чат. Лао Жуань вечно был таким возильным, но за столько лет он только закалил мою привычку всё делать быстро.
Отправив сообщение, я продолжил притворяться мёртвым на пассажирском сидении. Лао Жуань тоже оставил меня в покое, вывернул руль и выехал на скоростную трассу.
Домой добрался почти в час ночи. Лао Жуань высадил меня у входа в жилой комплекс и уехал. Дождь почти прекратился, но стоял сильный туман, и едва я вышел из машины, как по дороге волосы успели намокнуть.
Я опять был без зонта.
Вернувшись домой, я стянул с себя липкую одежду. Глядя на зонт, который кто-то мне одолжил и который стоял в прихожей, я почувствовал, что он тут совершенно лишний.
В субботу утром меня разбудил внутренний будильник, но в планы ехать в офис я всё равно не входил — Лао Жуань прекрасно справился бы и сам. Я перевернулся на другой бок, собираясь доспать, но телефон звякнул новым сообщением.
Линь Шу.
Снова она.
Пять дней ни весточки. Если бы не тот зонт, оставшийся в прихожей со вчерашнего вечера, я бы почти забыл, что всего пять дней назад мы виделись, даже поужинали у неё дома в совершенно непринуждённой обстановке, а потом забрали её зонт и вернулись.
В тот самый вечер она меня и добавила.
Прошло всего пять дней, так почему же кажется, что всё это было уже так далеко, что время утекло сквозь пальцы, а следы тех мимолётных касаний поблёкли?
Что она написала?
Она спросила: [Вернулась из командировки?]
Словно поймала меня на крючок — такая точность! Только вчера вернулся, а она уже знает. Мне не нравилось это ощущение, когда тебя просвечивают насквозь.
Но, подумалось мне, она, похоже, зациклилась на том ужине, да и зонт её у меня оставался, поэтому я ответил: [Вернулся]
Она: [А мне не сказал, ха-ха-ха.gif]
……
Я не понимал, с какой стати она решила, что я должен перед ней отчитываться, и тем более не понимал, как можно так бесхитростно бросаться столь двусмысленными фразами.
Я: [Вчера вернулся очень поздно, что-то случилось?]
Спрашиваю очевидное.
Она: [Сегодня есть время? Погода прояснилась]
Мм? И что дальше?
Я: [Буду работать сверхурочно]
Она: [Пообедаем вместе в обед?]
Глядя на её приглашение, я снова попытался увязать между собой прояснившуюся погоду и наше свидание, но выходило из рук вон плохо. Правда же?
В конце концов я пришёл к выводу, что она хочет угостить меня обедом, чтобы расспросить о рыночных тенденциях, заодно вернув свой зонт.
Я: [Хорошо, адрес скину, приезжай ко мне в офис]
Я счёл себя весьма заботливым: раз уж она хочет разобраться в отрасли, приехать ко мне в офис — самый наглядный вариант. К тому же это придаст встрече деловой оттенок и характер нормального рабочего общения.
Так удастся избежать и неловкости от встречи с ней тет-а-тет.
Она ответила: [Хорошо, улыбка.jpg]
Отправив ей адрес, я с тяжёлым сердцем поднялся, с сожалением прощаясь с недосмотренными снами. Мне казалось, что ради встречи с ней не стоит тщательно наряжаться: она и так видела меня в столь жалком виде, а пытаться прихорашиваться теперь — лишь лишний раз подчёркивать собственную нелепость.
Я кое-как натянул удобную повседневную одежду — именно в таком виде я обычно хожу в офис по выходным — и вышел из дома.
В половине одиннадцатого я был на месте. В конференц-зале шло совещание, дежурного администратора в выходной не было. Я хотел заварить себе кофе, но, подумав немного, решил сделать сразу две чашки.
Пять дней назад, в тот самый вечер, я машинально заглянул в её «Моменты». На обложке красовались две чашки кофе — весьма поэтично, а ниже значилась строчка «доступно за три дня» и абсолютная пустота.
Наверняка фотографии за чашкой кофе были сделаны с её так называемым парнем. Все эти люди обожают исподтишка, намёками выставлять своё счастье напоказ.
Вернувшись к окну чата и глядя на присланный ею смайлик со смехом, я в задумчивости подумал: её романтические отношения, должно быть, складываются прекрасно, раз она целыми днями веселится.
Отвечать было нечего.
Значит, кофе она наверняка пьёт.
Кофе ещё не сварился, как она снова прислала сообщение: мол, добралась и стоит у входа. Я не стал отвечать, а просто вышел отворить дверь. Пока шёл эти несколько шагов, думал о том, до чего же она странная: разве снаружи нет звонка? Обязательно писать мне? Местные звонки чем-то отличаются от заграничных, она что, не понимает, как ими пользоваться?
Через стеклянную дверь я снова увидел её лучезарную улыбку — она радостно помахала мне рукой. Длинное серое шерстяное пальто подчёркивало её утончённый творческий образ, а бледное лицо в сочетании с помадой оттенка корицы невольно заставляло вспомнить героинь корейских дорам, которые вызывают трепетное умиление, стоя под падающим снегом.
Было бы ещё похожее, сумей она добавить пушистый шарф.
Я нажал кнопку открывания дверей и с кислым видом произнёс:
— Добро пожаловать.
— Я не отвлекаю тебя от работы?
— Нет.
Я провёл её в свой кабинет. Проходя мимо мини-кухни, бросил ей «секунду», и она с пониманием кивнула.
Уединения всё же не удалось избежать. Прислушиваясь к гудению кофемашины, я думал о том, что через минуту-две она умолкнет, я разолью кофе, и мои блуждающие глаза снова не будут знать, куда себя деть.
Я предложил ей присесть, а сам подошёл к кофемашине. Раздался звонок — всё было готово.
— Будешь кофе? — мне нужно было уточнить.
— Да, спасибо.
Я разлил напитки по чашкам и повёл её в кабинет. Она опустилась на диван для гостей, а я сел напротив.
Аромат кофе смешался с её собственным запахом, едва уловимо щекоча мне нос. Оставалось лишь ждать, пока она заговорит первой.
Она понюхала кофе, но пить не стала — поставила чашку рядом и произнесла:
— Итальянские зёрна?
— Нет, местной обжарки.
Она улыбнулась, наверняка догадавшись, что я сболтнул это наугад. Я понятия не имел, откуда привезли зёрна, но уж точно не из местных, и тем более не импортные. Копеечный кофе на развес, который закупает администратор для офиса, никак не мог оказаться родом из Италии.
— Мм, вкусно.
— Ты же даже не попробовала.
Она по-прежнему смотрела на меня мягким взглядом, уголки её губ слегка изогнулись, но ответа не последовало.
Вдруг я осознал: таким образом она подыгрывала моей глупой шутке. В этот миг меня окатило странным чувством принадлежности к какому-то общему кругу — словно ты беспричинно замертво улёгся посреди дороги, а кто-то взял и молча прилёг рядом.
Какое же это ребяческое и в то же время великое снисхождение.
Куда больше, чем когда тебя насквозь видят и заранее отвергают, я не выносил такого безусловного сближения — когда человек не понимает тебя до конца, но всё равно готов потакать твоим прихотям, проявляя снисходительность, а может, и нечто большее.
С какой стати ей так поступать!
С одной стороны, я противился этому, а с другой — чувствовал, как вопреки воле сдаю позиции. Я ведь прекрасно видел зонт, лежавший на тумбе за её спиной, но в этот момент мне вдруг расхотелось его возвращать.
Если она действительно способна мне потакать.
Я отвёл взгляд и как ни в чём не бывало спросил:
— Что ты предпочитаешь из еды?
— Всё что угодно, я плохо ориентируюсь в местных заведениях, посоветуй что-нибудь.
— Тогда давай в западный ресторан этажом ниже, ты наверняка к нему привыкла.
— В Австралии я объелась западной кухни на всю жизнь, вернувшись сюда, неужели ты не собираешься угостить меня чем-нибудь другим?
— Я... — только было собрался сказать, что у нас внизу хотя бы готовят сносно, как дверь отворил вошедший Лао Жуань.
Он слегка удивился:
— Разве ты не говорил, что не придёшь?
Я полоснул его взглядом, призывая прикусить язык.
Он вытаращил глаза, плотно сжал губы, а его взгляд описал в воздухе дугу и наконец остановился на Линь Шу.
Удивление стало ещё сильнее:
— У нас... гость?
— Да, это... моя родственница, заглянула...
Не успел я договорить, как этот Лао Жуань снова вклинился:
— Родственница? Какая ещё родственница? Надо же, какая красавица.
Вопрос задавал он, но глаза так и прилипли к Линь Шу.
Мне тоже не нравилось, как он её разглядывает — ужасно бестактно, к тому же он и меня выставлял в дурном свете.
— Ты чего приплёлся? — я швырнул в него салфеткой.
А он и в ус не дул, ни капли совести — преспокойно уселся на диван как раз между нами.
— Вижу, в кабинете свет горит, зашёл проверить, не залезли ли воры, а тут, оказывается, такая красавица.
Как пошло!
Я украдкой взглянул на Линь Шу: она обаятельно улыбнулась ему в ответ.
— Раз уж как раз обеденное время, не угостить ли нашу прекрасную родственницу обедом? — Лао Жуань проявил редкое усердие.
Линь Шу перевела взгляд с меня на Лао Жуань и произнесла:
— Сегодня я собираюсь угостить Чжаочжао, а если вы свободны, то... присоединитесь?
Спрашивала она Лао Жуаня, но глаза вновь вернулись ко мне, будто ища одобрения.
— Вы даже не знаете, кто он, а уже собираетесь кормить обедом?
— Тогда... кто он?
— Мой партнёр, Руань Синьпэн.
Лао Жуань тут же подался вперёд и протянул руку для рукопожатия, но я перехватил его ладонь ещё до того, как Линь Шу успела протянуть свою:
— Нечего тут распускать руки.
— Эй, так кем она тебе приходится? — нахмурился Лао Жуань, начиная сердиться.
— Не твоё дело. Всё равно в следующем месяце она улетает обратно в Австралию, оставь свои планы при себе.
Лао Жуань возмутился:
— Я же просто проявил гостеприимство, раз она твоя родственница! С чего ты взял, будто я что-то замышляю? Не зная броду, можно подумать, что это твое сокровище — ни тронуть нельзя, ни посмотреть.
— Ты будешь обедать или нет?! — я уже сам начал закипать от злости. Я же говорил, что больше всего ненавижу, когда меня раскусывают. Признаю, мне не нравилось, как Лао Жуань увивается за ней. Наверное, дело в том, что Лао Жуань — мой человек, и его угодничество перед незнакомой мне женщиной неизменно вызывало дискомфорт.
— Буду, буду! В тот западный ресторан внизу, юная красавица ведь не против?
— Она...
— С удовольствием. — Наступила очередь Линь Шу перехватить у меня инициативу. Она что, вот так просто взяла и согласилась за меня?
С удовольствием?
С удовольствием! Только что говорила, что хочет чего-то другого, но стоило кому-то предложить, как она тут же согласилась.
Я прикусил губу и окончательно решил зонт не возвращать.
Глава 7. Какое тебе дело
7. Какое тебе дело
Я вручил ей стопку документов, и за чашкой кофе мы принялись обсуждать отраслевые тенденции. Она сказала, что думала, будто моя компания занимается исключительно тендерным сопровождением, как и фирма её отца, но я возразил, что сфера шире: мы также ведём сметное дело, проектирование и оказываем другие инженерно-консультационные услуги, просто я сам руковожу направлением тендеров и технического надзора, а за остальное отвечает Лао Жуань. Она с живым интересом слушала и задавала вопросы. Лао Жуань, конечно, то и дело норовил вставить слово, но я не возражал — его пониманию рынка и инвестиционному чутью я искренне завидовал, иначе вряд ли стал бы открывать с ним совместный бизнес.
Если подумать, он был на два года младше меня. Раньше мы работали в смежных областях и периодически подкидывали друг другу контакты по проектам. Однажды он собирался отвезти меня к новому заказчику, чтобы завести знакомство, но прямо в дороге разразился ливень, и его машина сломалась. Мне пришлось ехать в одиночку, а на обратном пути я попал в аварию — машину крепко потрепало, да и сам я из-за сильного удара повредил шейные позвонки. Узнав об этом, Лао Жуань ужасно переживал. Рассуждая здраво, в той истории не было его вины, но он упрямо винил себя, уверяя, что если бы поехал со мной, беды удалось бы избежать. На это я ответил, что поедь он тогда со мной, пострадали бы оба.
http://bllate.org/book/31471/3839411
Готово:
