Мгновение спустя пейзаж перед глазами Чи Фэйюй неожиданно закружился. В глазах рябило, а когда головокружение прошло, перед ним раскинулось светлое золотистое небо.
Чэн Цзыюй подхватил его на руки, держа горизонтально, и уверенным, размеренным шагом зашагал вниз с горы.
Устроившись на руках у Чэн Цзыюй, Чи Фэйюй прижался лбом к его груди. Как же там было жарко — даже жарче, чем у него на спине, — и так мягко. Как же здорово он тренировался...
В голове у Чи Фэйюй царил полный хаос. Он даже думал, что это ему снится, но когда напряжение окончательно отпустило, силы оставили его, и он снова забылся глубоким сном прямо на руках у Чэн Цзыюй.
Утренний свет залил горную тропу, мягко освещая фигуры двоих и разгоняя ночной мраморный туман.
Попытка о помощи провалилась
Чи Фэйюй пришел в себя уже в больнице.
Он распахнул воспаленные, слезящиеся глаза: вокруг всё было ослепительно-белым, от этой белизны на душе становилось тревожно. Больницы никогда не ассоциировались у него с чем-то хорошим — они неизменно сопутствовали его собственным увечьям. Воспоминания постепенно прояснялись, за первой волной тревоги последовал неописуемый ужас, заставивший его задрожать всем телом.
На руках и коленях красовались повязки. По мере того как возвращалось сознание, накатывала и тупая боль, давая о себе знать волнообразными вспышками — от нее хотелось плачь.
Он смутно помнил то, что происходило до потери сознания: события на вилле, на горе, и то, как в самом конце Чэн Цзыюй, судя по всему, снес его вниз.
Чэн Цзыюй, Чэн Цзыюй...
При этой мысли Чи Фэйюй вздрогнул и в один миг резко сел на постели!
— Брат Юй! — машинально выкрикнул Чи Фэйюй.
В просторной палате повышенной комфортности, кроме него, не было ни души. Он понятия не имел, сколько пробыл без сознания и что случилось после. Станет ли Чжао Цзюнь чинить Чэн Цзыюю препятствия? Где он?
Чи Фэйюй соскочил с кровати, но едва шагнул вперед, как почувствовал натяжение трубки капельницы. Не раздумывая, он одним движением сорвал иглу с запястья и заковылял к выходу. Однако отчаянно нывшая лодыжка отказалась слушаться: сделав пару шагов, он потерял равновесие и рухнул на пол, издав глухой стук.
— Брат Юй... Брат Юй! Где ты? Есть тут кто-нибудь?! Выпустите меня, выпустите меня отсюда! — лежа на полу и не в силах подняться, Чи Фэйюй окончательно сломался. Заливаясь слезами, он истошно закричал, глядя на дверь.
Вскоре дверь распахнулась: вбежали Чэн Цзыюй и Сюй Юнь. Увидев распростертого на полу Чи Фэйюй, они испугались, но, сообразив, в чем дело, в несколько пар рук поспешно подняли его и усадили обратно на кровать.
Заметив кровоточащую руку Чи Фэйюй, Чэн Цзыюй тут же прижал ее ладонью, а Сюй Юнь наловчился нажать кнопку вызова медсестры.
Спустя мгновение в палату влетели врач с медсестрой. Впрочем, стоило Чи Фэйюй увидеть Чэн Цзыюя, как он мгновенно притих: перестал плакать и капризничать. Он покорно позволил врачу уложить себя, заново поставить капельницу, осмотреть на предмет новых травм и зафиксировать лодыжку, после чего медики удалились.
Сюй Юнь никогда не задавал лишних вопросов — ни о том, что довело Чи Фэйюй до такого состояния, ни о причинах только что случившегося нервного срыва. Он молча принялся за дело: аккуратно расставил на полках сбитые Чи Фэйюй вещи и поставил кипятиться воду.
Убедившись, что с Чи Фэйюй всё в порядке, Чэн Цзыюй внимательно посмотрел на него. Чи Фэйюй ответил ему долгим взглядом, ожидая услышать хоть что-нибудь. Однако с языка сорвалось лишь одно:
— Как бы там ни было, нельзя самому выдергивать иглу, это слишком опасно. Больше так не делай.
Чи Фэйюй послушно кивнул. Заметив на полу несколько капель крови, сорвавшихся с его руки, которые Сюй Юнь уже принялся старательно вытирать, он покорно произнес в ответ:
— Я понял, Брат Юй. Больше не буду резать себе руки и выдергивать иголки, я всё запомнил.
Слова парня заставили Чэн Цзыюя на секунду замереть. Только сейчас он сообразил, что Чи Фэйюй имеет в виду тот раз, когда он полорвал вену бритвой, и слегка, с досадой, вздохнул.
Разговор исчерпал себя, и в палате воцарилось долгое молчание. Чэн Цзыюй хотел о чем-то спросить, но так и не решился. Чи Фэйюй тоже жаждал в чем-то признаться Чэн Цзыюю, но слова застряли в горле.
Что мог сказать Чи Фэйюй? Что его едва не изнасиляла банда головорезов, подосланных Чжао Цзюнем? Что Чжао Цзюнь держит его на коротком поводке столько лет?
Он не смел произнести ни слова. Он боялся, что, узнав правду, Чэн Цзыюй начнет испытывать к нему отвращение. И раз уж их контракт подходил к концу, стоило хотя бы напоследок оставить о себе хорошее впечатление.
В конце концов тишину нарушил Чэн Цзыюй, обратившись к Сюй Юню:
— Помощник Сюй, раз больше ничего не требуется, я выйду подежурить снаружи.
Сюй Юнь кивнул. Он, должно быть, испытывал к Чэн Цзыюю огромную благодарность, и его тон звучал тепло:
— Хорошо, вымотались вы, старший брат Чэн. На этот раз благодаря вам Сяо Чи спасен, предоставьте заботу о нем мне.
Он отворил и затворил дверь. Чэн Цзыюй покинул палату. Сюй Юнь налил в чашку кипятка, разбавил его минеральной водой до идеальной температуры и протянул погруженному в свои мысли Чи Фэйюй.
Приподнявшись на локте, Чи Фэйюй взял кружку и сделал глоток, смачивая пересохшее горло, после чего обратился к Сюй Юню:
— Брат Сюй, сколько я проспал?
— Большую часть дня, сейчас уже вторая половина, — честно ответил Сюй Юнь.
— Как вы меня нашли? Босс Чжао что-нибудь говорил? — задал Чи Фэйюй вопрос, волновавший его больше всего.
— Меня нашел босс Чжао и сказал, что у тебя случился нервный срыв, ты подрался, сбежал и пропал, даже телефон оставил. Старший брат Чэн тут же бросился на поиски. Сначала он хотел запросить записи с камер, но персонал виллы отказался их предоставлять. Опросив людей в нескольких местах, он вычислил, что ты побежал в горы, и на рассвете притащил тебя оттуда вниз, — пересказал события в общих чертах Сюй Юнь. Судя по всему, Чжао Цзюнь не стал вдаваться в подробности перед ними.
Чи Фэйюй мысленно выдохнул с облегчением и снова зарылся в одеяло. Его приглушенный голос раздался из-под постельного белья:
— Извините, что доставил вам столько хлопот. Простите. А где мой телефон?
Сюй Юнь плавно выдвинул прикроватный ящик, где лежал аппарат Чи Фэйюй, и сразу подал его парню, чтобы тот мог проверить сообщения за прошлую ночь и сегодняшний день.
Конечно же, Чжао Цзюнь завалил его бесчисленными эвфемизмами.
Стараясь отгородиться от этого, Чи Фэйюй пролистал его чат и сразу открыл переписку с Чэн Цзыюем. Сообщения от него были предельно короткими:
[Ты где? Что стряслось?]
[Сначала скажи мне, я сам приеду за тобой. Я же не стану им ничего рассказывать, ладно?]
[Почему ты не идешь ко мне?]
[Вызов по WeChat: пропущен]
Чи Фэйюй долго смотрел на экран, после чего принялся набирать ответ:
[Опять я доставил тебе хлопот, брат Юй, спасибо]
[милый стикер с целующимся щенком]
Отправив сообщение, Чи Фэйюй вспомнил, что неплохо бы изучить профиль Чэн Цзыюя в WeChat. К его разочарованию, обнаружилось, что это, судя по всему, был корпоративный аккаунт спецслужбы охраны: лента постов зияла пустотой, в поле имени значилось название охранного предприятия вместе с его собственным именем, а в статусе красовался рабочий номер телефона.
В момент нахлынувшего разочарования прилетел ответ от Чэн Цзыюя:
[Я просто делал свою работу. В следующий раз, если что-то случится, можешь сразу обращаться ко мне]
[Не убегай в одиночку, это слишком опасно]
В следующий раз... Будет ли он, этот следующий раз? Съемки шоу подходят к концу, он скоро уедет — представится ли ему еще шанс снова увидеть его?
В голове Чи Фэйюй промелькнула навязчивая мысль, сопровождаемая внезапным порывом: он не хотел, чтобы Чэн Цзыюй уходил, не хотел снова оставаться один на один с этим кошмаром. Он хотел быть с Чэн Цзыюем, пусть даже ценой отказа от всего остального. К черту эти ресурсы, эту репутацию и деньги!
Глубоко вздохнув, Чи Фэйюй принялся набирать текст в окне чата:
[Брат Юй, умоляю, спаси меня, я...]
Не успел он дописать остальное, как телефон внезапно завибрировал от входящего вызова WeChat. Вздрогнув от неожиданности, Чи Фэйюй всмотрелся в экран: звонила мама, с которой они давным-давно не общались.
Поколебавшись секунду-другую, Чи Фэйюй всё же принял вызов.
— Мам, что такое? — с матерью он всегда держался покорно. Во-первых, она оставалась его единственным кровным родственником, а во-вторых, ее гнев внушал ужас: с малых лет привыкнув во всем ей подчиняться, он довел это до автоматизма.
— Чи Фэйюй! Опять за старое берешься?! — едва линия соединилась, в динамике раздался разъяренный вопль матери.
Этот тон звучал до боли жутко, возвращая его в кошмары детства. Чи Фэйюй шевелил губами, не в силах вымолвить ни звука: он понял, что Чжао Цзюнь наверняка с три короба наплел матери, извратив всё в выгодном для себя свете.
— Я ничего такого не сделал... Я... я в больнице, — после долгой паузы едва слышно выдавил Чи Фэйюй.
— Почему ты упускаешь такую блестящую возможность?! Босс Чжао в бешенстве! Кредиторы наседают на меня каждый день, а ты вот так со мной поступаешь?! Вылитый отец, точь-в-точь он! — мать зашлась в истерике, бессвязно отчитывая его. Ее пронзительный голос заставлял сердце Чи Фэйюй трепетать.
— Я же сказал, что я в больнице! Я весь в ранах! Тебе нужны деньги? Забирай всё, что у меня есть! Хватит! Хватит говорить об этом!.. — Чи Фэйюй сорвался на рыдания. Не разбирая, что именно кричит в трубку мать, он свирепо сбросил вызов и тут же перевел ей на счет львиную долю сбережений со своей банковской карты.
После этого он зашел в чат с Чжао Цзюнем — и предсказуемо обнаружил там несколько гневных сообщений. Чи Фэйюй отчаянно зажмурился.
[Ты куда вообще смылся? Наигрался уже?]
[Через полчаса чтобы был в номере]
[Какой же ты неблагодарный ребенок. Мать тебе больше не указ? И на телохранителя наплевать? Из-за твоих исчезновений у него тоже могут быть неприятности, знаешь ли. Хочешь его подставить?]
Дальше сообщений не было. Чи Фэйюй догадался, что, не обнаружив при нем телефона, Чжао Цзюнь решил не тратить слов попутно, а продемонстрировать ему последствия неповиновения уже потом.
И теперь Чи Фэйюй прочувствовал это на собственной шкуре.
Вернувшись в чат с Чэн Цзыюем, он буква за буквой стер недописанное сообщение.
Затем он отложил телефон, уставился на больничный потолок и закрыл глаза, пытаясь сбежать от суровой реальности. Сюй Юнь, закончив со всеми делами, бесшумно выскользнул из палаты.
Ближе к вечеру дверь кто-то отворил. Обладающий чутким сном Чи Фэйюй тут же распахнул глаза при звуке щеколды. Потерев веки, он с изумлением обнаружил, что вошел Чэн Цзыюй.
— Брат Юй! — мгновенно проснувшись, Чи Фэйюй попытался приподняться на постели, а его сердце забилось от радости.
— Сяо Чи, проголодался? Поешь-ка немного, — Чэн Цзыюй подтянул поближе небольшой столик, поставил на него принесенный с собой контейнер с едой и присел рядом.
http://bllate.org/book/31460/3837743
Готово:
