Недосказанность в словах была понятна всем присутствующим.
Когда Стюарт впервые услышал о том самом господине, он невольно испытал некоторое недоумение: неужели поблизости действительно оставались следы других представителей Расы Драконов?
Однако, судя по реакции Огасты, тот явно имел в виду именно его. Разве он не пользовался дурной славой среди сородичей? Почему же он вдруг стал тем самым господином?
Он вовсе не хотел во всё это ввязываться и уже собирался сказать, что останется здесь.
Но Огаста уже заговорил первым:
— Ничего страшного, веди.
Каменная стена находилась на втором подземном этаже старинного особняка.
Вокруг царил сырой и ледяной воздух.
Это была овальная каменная стена высотой около пяти метров. Издалека казалось, что массивный темный камень сплошь исписан таинственными языковыми символами.
Продвигаясь по тусклым, извилистым ступенькам вниз, они шаг за шагом приближались ко второму подземному этажу старого дома.
Наконец перед ними открылось простое и широкое пространство. В самом центре возвышалась древняя темно-зеленая каменная стена, источавшая непередаваемую торжественность.
Вокруг нее были натянуты массивные цепи. Кроме того, за цепями дежурили восемь мужчин в черной одежде, а поблизости то и дело прохаживались патрульные. Чуть дальше виднелись два ряда высоких устройств.
Флори слегка победоносно улыбнулся и обратился к шедшим позади:
— Чтобы защитить эту каменную стену, отец нанял самую известную в этой сфере охранную компанию, которая дежурит здесь круглосуточно. А для поддержания нужной температуры и влажности в помещении было закуплено множество профессионального оборудования. В конце концов, если подобные реликвии хранить неправильно, на них могут появиться трещины...
Он был уверен, что раз Семья Хайес проявила такую заботу, прибывший посланник Расы Драконов останется крайне доволен.
Однако, обернувшись, он увидел, что Огаста застыл на месте в полном оцепенении.
Только тогда Флори вспомнил, что разум каждого, кто впервые видит эту стену, неизбежно затягивает в иллюзию.
Что же увидел Огаста?
Ему представилось, будто закатное солнце у горизонта пылает, словно огонь, окрашивая небо в глубокий багрянец, и на самом краю этого бескрайнего простора возвышается высокая фигура.
На голове этого человека красовалась терновая корона, длинные серебряные волосы развевались на ветру. Он слегка обернулся, и в его алых зрачках отразился заходящий солнце, а тонкие губы были едва заметно сжаты.
Огаста сам не заметил, как у него защипало глаза. Он прекрасно понимал, что это всего лишь иллюзия, но всё равно продолжал погружаться в неё.
Ему даже захотелось протянуть руку и коснуться этого призрачного силуэта.
Но в следующее мгновение видение растаяло в воздухе.
Находясь в полубессознательном состоянии, Огаста помнил лишь то, как до последнего тянул руку, пытаясь позвать этот силуэт.
Король...
Не уходи.
Не уходи!
Когда Огаста пришел в себя, Стюарт и Флори пристально смотрели на него.
Только тогда он заметил одинокую холодную слезинку, скатившуюся по его щеке.
Флори, который изначально рассчитывал посмеяться над Стюарт, попавшим в сети иллюзии, никак не ожидал стать свидетелем столь неожиданной стороны Огасты.
В этот момент он внутренне занервничал и затрепетал, совершенно забыв о том странном обстоятельстве, что Стюарт вообще не поддался воздействию видения.
Заметив, что всё внимание Флори сосредоточено на Огасте, Стюарт естественным образом перевел взгляд на каменную стену.
Прошло уже несколько тысяч лет.
Эта каменная стена предстала перед ним совершенно иным образом.
Было трудно описать словами то чувство, что шевельнулось в груди — пожалуй, это было даже немного ностальгично. Но еще больше подступало воспоминаний из тех времен, когда он был одним из Двойных Королей Драконов.
Все те прежние годы одиночества, обид и боли...
Теперь Стюарт смотрел на них со спокойной отстраненностью стороннего наблюдателя.
Впрочем, причиной, по которой эта стена погружала людей в иллюзии, скорее всего, являлась оставшаяся внутри и пропитавшая камень духовная сила живших в прошлые эпохи людей. Это накапливалось веками и привело к подобному результату.
В этот момент Флори, поймав на себе ледяной взгляд Огасты, почувствовал, как по лбу заструился пот. Он в панике забормотал:
— К-кроме того, в Семье Хайес все единогласно сошлись во мнении, что раз эта каменная стена принадлежала Королю Атланти, то описанные на ней события должны повествовать о его подвигах...
Заметив, что при этих словах мрачное выражение лица Огасты немного смягчилось, Флори с воодушевлением, словно заправский сказитель, начал декламировать:
— В 177 году до нашей эры из ниоткуда родился Король Атланти. Едва достигнув десяти лет, он уже преуспел как в науках, так и в боевых искусствах. В двенадцатилетнем возрасте в самом сердце Звездной системы Короля Драконов, в Вечной Чистильне, он дал обет объединить Звездную систему Короля Драконов. И неуклонно шел к этой цели: день за днем, на протяжении десятилетий, он упорно изучал магию, закалял тело и в то же время привлекал под свои знамена талантливых людей. Будучи еще совсем молодым, он потратил всего несколько десятков лет на то, чтобы объединить весь мир, тем самым заложив основы будущих границ Расы Драконов, а заодно и всей Звездной системы Короля Драконов!
Флори сыпал красивыми и плавными речами.
По правде говоря, странные письмена и символы на каменной стене не имели ничего общего с современным языком Расы Драконов.
Но если учесть, сколь огромный промежуток времени разделял те эпохи, было бы куда страннее, если бы язык Расы Драконов Первой Эпохи остался абсолютно неизменным по сравнению с нынешним, более развитым и удобным.
Стюарт, слушая, как Флори вовсю расхваливает его собственное прошлое, сначала онемел от неловкости, а затем его охвели смешанные чувства.
Он отлично помнил, что в период его правления его проклинали все кому не лень. Теперь же всё выглядело с точностью до наоборот.
Столь разительный контраст между настоящим и прошлым породил в душе Стюарта немало вопросов.
Под звуки речи Флори Огаста словно бы вернулся в те времена, когда он еще состоял при своем короле. Его взгляд мгновенно потеплел.
Флори, решив, что сделал правильный ход, радостно засиял и уже собирался продолжить, как вдруг...
Стюарт, доведенный до такого предела стыда, что ему было хоть стену скрести от смущения, больше не выдержал и оборвал его:
— Хватит.
Поток громких и красивых фраз прервался. Флори почувствовал сильное раздражение, бросил на Стюарта недовольный взгляд и скривил губы:
— Разве я сказал что-то не так, Стюарт?
Он был абсолютно уверен, что Стюарт не в силах разобрать надписи на стене, а потому задал этот вопрос намеренно.
Стюарт снова посмотрел на каменную стену, и воспоминания нахлынули на него с новой силой. Ранняя слава, первое в жизни восхождение на трон, кипучая энергия и дерзость.
Хотя все последующие бесконечные годы прошли во тьме, тогда он действительно был молод душой. Высеченные на стене слова выражали не только его гнев, но и были жутко наивными!
http://bllate.org/book/31415/3832190
Готово:
