Как всем известно, Иньцзо умер в шесть лет, а значит, по логике, мог и не успеть научиться читать. Однако за несколько дней, прошедших с момента перерождения, Су Цинь неотступно слышал от Уя Ши наставления вроде: «Будь послушным сыном», «Твоему императорскому отцу нравятся дети, увлечённые учёбой», «Мама сама научит тебя „Сяоцзину“» — и постепенно осознал: древнее понятие «любимец» отличается от современного куда больше, чем кажется на первый взгляд.
Уя Ши и вправду обожала его — до такой степени, что, казалось, боялась уронить даже в мыслях. Но вместе с тем она предъявляла к нему и весьма строгие требования.
Су Цинь, попав в это тело, не унаследовал воспоминаний прежнего владельца, из-за чего слегка промахнулся в расчётах. Желая приблизиться к сильному покровителю и встать на путь будущей победительницы императорских интриг, он нарочно продемонстрировал Уя Ши «поразительную» память.
Это было несложно: стоит взрослому разуму столкнуться с людьми, воспринимающими тебя как ребёнка, — и они непременно сочтут тебя вундеркиндом.
Вот только Су Циню пришлось за это расплатиться.
С тех пор как он очнулся в этом мире, ему так и не удалось выбраться из дворца Юнхэ — он только и делал, что ходил кругами по своим покоям.
«Троесловие» стало заслуженной карой за его самонадеянность.
Однако теперь это обернулось удобным предлогом. Су Цинь уже прикидывал, в какой момент ему лучше всего активировать вспомогательную систему 09.
— Ма-ма, — протянул он, дёргая пухлой ручонкой за край одежды Уя Ши, — я выучил совсем чуть-чуть… Только что мне приснился императорский отец! Во сне он был такой сильный — мог летать по небу и даже взмывать ввысь!
— А ещё! — воскликнул Иньцзо, радостно хлопнув в ладоши. — У него был такой волшебный шарик! Один человек уже умирал, но императорский отец дал ему этот шарик — и тот сразу ожил!
Уя Ши на мгновение замерла, опустила взгляд на взволнованного сына, а потом медленно улыбнулась.
— Правда? — спросила она, больше не настаивая на «Троесловии». Наклонившись, она взяла Су Циня на руки, прижала его затылок к своему лбу и нежно прошептала: — Расскажи-ка, сынок, что ещё тебе приснилось? Может, твой императорский отец превратился в дракона и унёс тебя в небеса?
«Вот ведь женщина! — мысленно возмутился Су Цинь. — Умеет же вклиниться в разговор!»
«Нагло!»
— Не-не знаю, — покачал головой Су Цинь, запрокинув лицо с наигранно растерянным выражением. — Мама, я ещё никогда не видел драконов. Можно мне увидеть дракона? У нас во дворце их держат? Они очень сильные?
Уя Ши улыбнулась про себя: «Так даже лучше».
— Его величество знает, — сказала она, не скрывая довольства, и сама налила Канси чай. — Маленький Шестой никогда не врёт.
— Только что я спросила его: «Не превратился ли император в дракона и не унёс ли тебя в небо?» — а он удивился и спрашивает: «А что такое дракон? Можно его завести?»
— Да? — отозвался Канси, поворачиваясь к тихо сидевшему в сторонке Су Циню. — Тебе приснился сон?
Су Цинь поднял глаза и с надеждой уставился на императора:
— Императорский отец~
Одновременно с этим он молниеносно прикрепил вспомогательную систему 09 к Канси. Система немедленно активировалась и, следуя заранее заданной Су Цинем программе, заговорила в голове императора голосом, который тот больше всего хотел услышать.
【Бинь~ Обнаружен источник удачи】
Улыбка на лице Канси застыла, не успев полностью расцвести.
Он резко обернулся к Уя Ши, и его лицо потемнело.
— Что ты только что сказала?
Уя Ши уже готова была ответить, что Иньцзо лишь позвал «императорский отец», но, заметив ледяной взгляд Канси, почувствовала неладное. Она незаметно бросила взгляд на императора и увидела, как тот пристально смотрит на неё. Значит, эти слова были адресованы именно ей?
Но ведь она ничего дурного не говорила!
— Ваше величество? — начала она, но тон Канси был настолько ледяным, что Уя Ши не осмелилась даже попытаться что-то выяснить. Она просто повторила последнюю фразу, которую произнесла вслух.
Закончив, она сделала шаг к Су Циню, положила руку ему на плечо и притянула к себе, подняв лицо с глазами, полными слёз:
— Ваше величество, маленький Шестой просто очень скучает по вам…
— Я спрашиваю, что ты только что сказала! — перебил её Канси с раздражением. — Ты уже забыла собственные слова и замыслы?
Обычно сообразительная Уя Ши в этот раз совершенно растерялась: она понятия не имела, о чём говорит император и почему вдруг так разгневался!
Женщина должна не просто быть нежной и покорной — она обязана понимать мужчину, знать, о чём он говорит, чувствовать его настроение и уметь вовремя его успокоить. В этом Уя Ши была настоящей мастерицей.
Но сейчас она совершенно не понимала, что происходит! Если бы она знала, что Канси разозлился потому, что система 09 подделала голос умершей императрицы, то немедленно упала бы на колени и закричала бы: «Я невиновна!»
Сам Су Цинь тоже не ожидал такой реакции. Он задал системе голос, который, по его мнению, должен был вызвать у Канси радость и волнение, — а не ярость!
Но это не беда.
— Императорский отец, — осторожно начал Су Цинь, подняв подбородок и глядя на Канси большими чёрными глазами, полными тревоги и недоумения, — сын… сын что-то не так сказал?
【Поздравляем! Вы получили систему. Выполняя задания в ином мире, вы сможете заработать множество наград】
В голове снова прозвучал знакомый голос, но для Канси эти слова были совершенно новыми.
После первого шока император вдруг заметил кое-что, на что раньше не обратил внимания.
— Иньцзо? — окликнул он Су Циня по его нынешнему имени.
Глаза Су Циня тут же превратились в две лунки, а в ямочках на щеках заиграла радость:
— Императорский отец!
【После выполнения задания по спасению тысячи людей в ином мире вы получите следующие награды: три пилюли бодрости, три пилюли выносливости, три пилюли продления жизни】
Голос снова прозвучал в голове Канси. Тот прижал ладонь ко лбу и с полной уверенностью понял: этот голос исходит изнутри его собственного разума.
«Неужели я заболел? Но если это болезнь, почему голос появляется именно тогда, когда Иньцзо зовёт меня „отцом“?»
Взгляд Канси упал на Иньцзо. Он внимательно разглядывал мальчика, будто пытался найти на нём хоть какую-то подсказку. Су Цинь в ответ широко улыбнулся, обнажив два ряда крошечных молочных зубок.
Канси тут же перевёл взгляд на Уя Ши. «Я не сумасшедший, — подумал он. — Иньцзо всего лишь трёхлетний ребёнок, что он может знать? Значит, всё дело в этой женщине».
Странно только, что он уже дал ей столько всего… Неужели она всё ещё жадна до большего? Раньше она не была такой глупой. Неужели, став императрицей, возомнила о себе слишком много?
【Задание: Кризис в Гу Юэчэне】
【До начала задания: девять цзинь】
Канси сжал кулаки и мрачно поднялся с места.
Он точно знал: Иньцзо сейчас не говорил, но голос снова прозвучал.
— Ваше величество? — Уя Ши в панике бросилась на колени, не понимая, почему император сегодня такой непредсказуемый.
— Ваше величество, прошу, успокойтесь, я…
Обычно Канси с удовольствием выслушал бы уговоры своей наложницы, но сегодня у него совершенно не было настроения.
«Надо проверить, достойны ли врачи из Императорской лечебницы своей зарплаты», — решил он.
Через час
Все врачи Императорской лечебницы единогласно объявили, что здоровье императора в полном порядке, и уже готовились принять награду. Но лицо Канси стало ещё мрачнее: ведь именно в тот момент, когда врачи заверили его в полном благополучии, в его голове снова прозвучал тот самый голос:
【До начала задания: восемь цзинь】
Врачи ничего не нашли, но голос был абсолютно реален!
Канси устало откинулся на спинку кресла, запрокинул голову и почувствовал глубокую растерянность.
Лян Цзюйгунь поспешно отправил врачей прочь и теперь стоял, согнувшись, не смея и дышать громко.
«Что он там делает? — думал Су Цинь, лёжа в постели и наблюдая за Канси через монитор системы 09. — Неужели до сих пор не понял?»
Система 09 работала как шпионская камера, вживлённая прямо в мозг Канси. Су Цинь мог в любое время наблюдать за ним, чтобы вовремя внести корректировки и помочь выполнить задание. Конечно, вовсе не ради развлечения!
Правда, глаза у Су Циня уже начинали слипаться от усталости, а Канси всё ещё сидел, выпрямившись, как стрела, и, судя по всему, совсем не собирался спать. Когда Су Цинь наконец провалился в сон, император всё ещё сидел в том же кресле.
На следующее утро Су Цинь обнаружил, что Уя Ши не в дворце Юнхэ. Служанка сообщила, что та отправилась к императрице-матери. Су Цинь догадался: Уя Ши решила, что Канси сердится именно на неё, и поспешила укрепить отношения с тёщей, надеясь, что та заступится за неё.
Удалось ли Уя Ши добиться своего, Су Цинь не знал. Но раз её не было во дворце, никто не осмеливался указывать ему, что делать. Так он наконец избавился от толстых книг и уселся во дворе под солнцем, наслаждаясь «личным фильмом» Канси.
Император сейчас был на аудиенции. Раньше Су Цинь не знал, отвлекался ли Канси во время заседаний, но сегодня точно видел: император явно отсутствовал мыслями. Его взгляд блуждал по странным уголкам зала — совсем как у школьника, ловко притворяющегося, что слушает учителя.
После аудиенции Канси отправился в Верхнюю книгохранильню проверить успехи сыновей в учёбе и заодно выполнить ежедневное задание. Су Цинь с интересом наблюдал за этим недолго, а потом закрыл «трансляцию», спрыгнул с лежанки и, покачиваясь на коротеньких ножках, зашагал на кухню — прихватить что-нибудь вкусненькое.
【До начала задания: десять, девять, восемь…】
Канси стоял в Цяньцин-гуне, заложив руки за спину. Вокруг него собралась целая свита: солдаты, врачи, служанки… Он решил дождаться, что же произойдёт, когда отсчёт закончится.
Окружённый людьми, император почувствовал себя в безопасности и даже слегка улыбнулся.
【Четыре, три, два, один!】
— Один, — прошептал Канси про себя.
— Бум!
Звук ударил прямо в уши, и на мгновение у Канси заложило голову. Когда слух вернулся, он услышал коллективный вдох изумления от всех присутствующих.
【Просим участника пройти через врата пространства в иной мир】
Рука Канси дрогнула. Голова словно налилась свинцом, и ему с огромным трудом удалось поднять взгляд.
Когда он наконец увидел эти врата — мерцающие синие волны в воздухе, — сердце его болезненно сжалось: «Значит, это не галлюцинация? Не болезнь? Это… реально?»
【Император ведёт себя странно】, — подумал Лян Цзюйгунь, вспоминая вчерашний визит в дворец Юнхэ.
Всё начиналось вполне обычно, но вдруг император резко изменился. Он внезапно повысил голос на госпожу Уя, чего раньше никогда не делал. Ни сама Уя Ши, ни Лян Цзюйгунь, который служил императору много лет, ничего не поняли!
Что же произошло? Что задумал его величество?
Позже, когда всех врачей Императорской лечебницы срочно вызвали на осмотр, а потом ещё и еду из Императорской кухни тщательно проверили, Лян Цзюйгунь вдруг осознал: случилось нечто по-настоящему серьёзное!
http://bllate.org/book/3140/344734
Готово:
