Голос у этого мальчика был очень громким, и сидевшие вокруг дети тут же дружно посмотрели в их сторону. Сидевший за соседней партой Фу Сыян тоже повернулся и, обнаружив, что кто-то задирает Цзян Сюня, почему-то в столь юном возрасте уже научился злорадствовать.
Хм, он так дружит с Цзян Жанем, но даже это не шло ни в какое сравнение с тем пареньком по имени Цзян Сюнь. Раз этот одноклассник посмел так толкнуть Цзян Сюня, Цзян Жань наверняка расстроится. Именно с таким злорадством подумал Фу Сыян.
И действительно, Цзян Жань нахмурился и сказал тому мальчику:
— Ты только что подошел, нельзя его толкать!
Учительница окликнула их с другого конца класса, однако это не остановило разгорающуюся битву. Мальчик с возмущением заявил Цзян Жаню:
— Почему это нельзя? Он ведь только пришел, такой чумазый да еще и разговаривать не умеет!
Цзян Сюнь сжал кулаки. С бесстрастным лицом он выглядел мрачным и угрюмым, не желая спорить с этим мальчишкой.
Цзян Сюнь знал: спорить совершенно бесполезно.
— Смотрите, смотрите, он даже не разговаривает!
Атмосфера на мгновение замерла. Цзян Жань нахмурился и заступился за Цзян Сюня:
— Кто сказал, что он не умеет разговаривать? Он просто с тобой не разговаривает. И что с того, что он новенький? Он вообще-то мой младший брат!
Мальчик отповеди Цзян Жаня опешил, широко открыв рот и хватая ртом воздух, а глаза его гневно вылезли из орбит.
Цзян Жань обладал острым язычком:
— А еще моя мамочка говорила: если хочешь, чтобы тебе помогли, нужно попросить, а еще сказать спасибо. За такое я тебе помогать не стану!
— Вот именно, именно! — девочка по имени Лянь Цзин схватила подружку за руку, и они обе скорчили рожицы. — И не поможем!
— Вы… вы… уэ-э!
Не встретив поддержки и получив суровый отпор, мальчик громко заревел и, рухнув на пол, принялся кататься из стороны в сторону. Цзян Жань остался к этому совершенно равнодушен и, заметив спешащую к ним учительницу, невинно захлопал ресницами.
Окружающие дети наперебой принялись докладывать обстановку. Выслушав их, учительница лишь погладила Цзян Жаня по голове:
— Малыш Жань-Жань все сказал правильно, а брата защищал особенно храбро. Малышу Сюнь-Сюню не стоит принимать близко к сердцу то, что он только что услышал: ты — часть нашего класса, а все мы должны жить дружно и в согласии.
С этими словами учительница поспешно подняла катающегося по полу мальчика и отвела в соседний класс, где принялась его успокаивать и воспитывать. На этом небольшой инцидент был исчерпан.
Зеваки разошлись, а крепко сжатые кулаки Цзян Сюня медленно разжались. На душе у него было и сладко, и немного тревожно.
— Братец, ты только что с ним поссорился.
— Чего бояться-то? Я же ничего плохого не сказал, и учительница подтвердила, что я прав. — Цзян Жань придвинулся к самому его уху, и голос его звучал легко и беззаботно. — Я ведь за тебя горой, Цзян Сюнь, неужели ты не рад?
Что ж, Цзян Сюнь признавал: сейчас он был очень рад.
В его смутных воспоминаниях после того, как папа и мама уехали работать далеко-далеко, Цзян Жань оказался первым ребенком, который так за него заступился и стал с ним играть.
Он был невероятно счастлив.
Поэтому Цзян Сюнь кивнул и, словно от природы обладая навыком делать комплименты, произнес:
— Рад. Спасибо, братец, братец такой крутой.
Цзян Жаню от такой похвалы стало так приятно, что уголки его губ взмыли высоко вверх:
— То-то же! Та птичка, что я только что сложил, теперь твоя!
Оставшиеся с десяток минут этого урока Цзян Жань пребывал в прекрасном расположении духа и попутно помогал другим детям — особенно тем нескольким ребятам, что на перемене поделились с ним сладостями. Цзян Жань по-товарищески помог им сложить бумажных журавликов.
Однако Цзян Сюнь внимательно все подметил: хотя Цзян Жань помогал стольким людям, только та птичка, что лежала у него в руке, была от начала до конца сложена самим старшим братом, а остальным он помог лишь с некоторыми этапами.
Птичка, которую подарил ему брат, была самой особенной.
В этом детском саду был дневной сон, а детей кормили здесь обедом и оставляли отдыхать до четырех часов пополудни, и лишь после окончания занятий родители могли забрать их домой.
Во время обеда, пользуясь отсутствием родителей, Цзян Жань в открытую переложил всю нелюбимую зелень в тарелку Цзян Сюня. Цзян Сюнь наивно принял угощение, чувствуя, что брат к нему невероятно добр, и в ответ сам поделился с Цзян Жанем самым вкусным куском ребрышек из своей миски.
Это послужило маленьким знаком — Цзян Сюнь уже начал пытаться самостоятельно сблизиться с новым членом семьи.
Разумеется, столь великая честь снова заставила Фу Сыяна скрежетать зубами от досады.
— Эй, эй, Цзян Жань, я ведь тоже ем морковь! Почему ты не отдаешь ее мне? — Фу Сыян вытянул шею, подбираясь ближе к Цзян Жаню. — Почему ты даешь все только ему, а мне нет? Я же твой младший братан! О — я понял, я поменяю ее на мясо!
Цзян Жань зачерпнул ложкой еще немного лука и брякнул его в тарелку Цзян Сюня:
— Не дам, не хочу, у тебя в миске и так полно всего, ешь свое.
Цзян Сюнь невозмутимо добавил:
— Потому что он мой старший брат и дает только мне.
— …Эй!
В таких перепалках и возне подошел к концу первый совместный учебный день Цзян Жаня и Цзян Сюня. В четыре часа дня воспитатели с классными журналами в руках сверили списки встречающих родителей и лишь после этого выпустили малышей за ворота садика.
Сегодня за детьми пришел Цзян Чжэньсун. Батя Цзян отвел обоих мальчишек на старую улицу купить машевый суп со льдом, а перед уходом домой с полчаса погулял с ними в парке. У ворот их жилого комплекса они столкнулись с возвращавшейся с работы Юй Цинхэ.
— Мамочка!
Припрыгивая, Цзян Жань побежал навстречу Юй Цинхэ, и его пушистые черные волосы отливали золотом в лучах заходящего солнца. Цзян Сюнь пару секунд посмотрел на спину Цзян Жаня, а затем тоже двинулся следом.
— Вы сегодня хорошо провели время в садике? — Юй Цинхэ опустила взгляд на мальчишек. — Случилось что-нибудь интересное?
— Да, да, я папе уже все рассказал, сейчас и мамочке расскажу… Ой, подожди секунду.
Дети в этом возрасте всегда страсть как любят повторять одно и то же по несколько раз, и раньше Цзян Жань тоже очень любил пересказывать родителям все события из детского сада. Но сегодня он на пару секунд запнулся и, протянув руку, притянул к себе Цзян Сюня:
— Я-то уже все рассказал, теперь очередь младшего брата рассказывать!
— А? О, о… Сегодня было очень весело…
— Вот и замечательно. Чему вас научили на занятиях? Сюнь-Сюню уже привычно?
— Привычно, братец подарил мне птичку.
Они весело переговаривались, направляясь к своему подъезду. Держались они непринужденно и естественно, словно Цзян Сюнь уже давным-давно был частью их семьи.
Обойдя клумбу и подойдя к входу в подъезд, они увидели припаркованный возле их дома серый фургон. Грузчики как раз вытаскивали из него картонные коробки, и на цементном полу уже громоздилось штук пять-шесть.
Рядом с фургоном стояла миловидная, но выглядевшая уставшей молодая женщина вместе с мальчиком ростом с Цзян Жаня. Судя по всему, это были мать и сын, которые тоже помогали грузчикам выносить вещи.
— Мы вам загородили проход? Простите, я сейчас подвинусь в сторону.
Заметив семью из четырех человек, молодая женщина потерла ладони о штанины и отодвинула коробку.
Юй Цинхэ кивнула им:
— Ничего страшного. Вы… новые соседи с четвертого этажа? Я живу на пятом.
— Да, да, здравствуйте, здравствуйте.
Цзян Жань перевел взгляд и вспомнил, что жильцы квартиры этажом ниже съехали пару месяцев назад. Он посмотрел на ту тетю и услышал, как та представилась по фамилии Линь.
Что же до стоявшего рядом с тетей Линь мальчишки, то после легкого шлепка матери по спине он тоже очень медленно произнес:
— Здравствуйте.
— Привет.
Цзян Жань задрал голову, разглядывая эту парочку, и расплылся в очень стандартизированной, вежливой улыбке — вид у него при общении с новыми соседями был совершенно непринужденный. А вот Цзян Сюнь с места не сдвинулся, лишь прижавшись к боку Цзян Жаня.
Как новые соседи при первой встрече, взрослые перекинулись еще пара фразами, а трое детей разглядывали друг друга с расстояния в несколько метров.
Взгляд Цзян Сюня пару раз метнулся от брата к соседскому мальчику, пальцы медленно сжались на подоле рубашки, а другая рука нащупала в кармане крылья бумажного журавлика.
Впрочем, после обмена приветствиями дети больше особо не общались, и уж тем более не брались за руки и не обнимались. Пальцы Цзян Сюня, вцепившиеся в подол, тихонько расслабились.
Когда взрослые закончили любезности, семейство Цзян стало подниматься наверх. Цзян Жань вежливо помахал рукой и попрощался с новыми соседями. Видя, что Цзян Сюнь по-прежнему молчит, батя Цзян ободряюще похлопал его по плечу:
— Сюнь-Сюнь?
Цзян Сюнь поднял голову, посмотрел на сияющего улыбкой Цзян Жаня, а затем повернулся к новым соседям.
Спустя пару секунд, подражая Цзян Жаню, он совершенно незаметно улыбнулся мальчику из этой семьи — уголки его губ приподнялись ровно на один пиксель.
— Пока.
Новые соседи: «…?»
Странно, им вдруг стало чуточку знобно.
Глава 9. Небо рухнуло, а птичка, что согревала всего полдня…
У тусклого подъезда новые соседи несколько секунд переглядывались с этим казавшимся не слишком дружелюбным Цзян Сюнем, после чего молча перевели взгляд на Цзян Жаня.
На лице у Цзян Жаня все еще сияла яркая и чистая улыбка, глазки лукаво изогнулись, а в угодках губ прятались крошечные ямочки. Помахав на прощание рукой и сказав пока, он повернулся и тут же увидел, как младший брат и новый сосед таращатся друг на друга во все глаза.
Цзян Жань озадаченно почесал щеку:
— Вы чего это вдруг уставились друг на друга?
Цзян Сюнь первый отвел взгляд и послушно ответил на вопрос Цзян Жаня:
— Я поздоровался.
Соседский мальчик помолчал с пару секунд, тихонько пробормотал до свидания братьям Цзян — главным образом обращаясь к Цзян Жаню — и медленно спрятался за спину матери.
— Тогда мы пойдем наверх. Если понадобится помощь, можете смело обращаться к нам, — Юй Цинхэ кивнула матери с сыном.
— Ой, хорошо-хорошо, спасибо вам. Как только обустроимся, я зайду с ответным визитом.
Супруги Цзян вместе с детьми поднялись на пятый этаж. Едва перешагнув порог квартиры, Цзян Жань подхватил свой маленький рюкзачок, перевернул его вверх дном и хорошенько вытряхнул — на пол тут же посыпалась гора конфет и деталей конструктора.
Цзян Чжэньсун подбросил в руке горсть сладостей с дивана и поддразнил сына:
— Опять с полной добычей вернулся! Неужели тебя и правда так много детишек любит?
Цзян Жань скромничать не стал:
— Еще бы!
Батя Цзян громко рассмеялся. Юй Цинхэ подошла и легонько постучала мужа по лбу:
— Хватит балаганить, иди лучше помогай готовить. Жань-Жань, вы с Сюнь-Сюнем пока поиграйте.
— Ой, ладно, иду. — Батя Цзян послушно поплелся на кухню помогать жене. Аккуратно разложив конфеты, Цзян Жань взглянул на часы и хлопнул в ладоши: — Уже шесть часов!
— ? — Цзян Сюнь не успевал за ходом мыслей Цзян Жаня, и его взгляд был полон вопросов.
http://bllate.org/book/31369/3824869
Готово:
