Его предчувствие оказалось абсолютно верным: вскоре Цзян Синтин снова вывел из игры вражеского героя с длинным копьем, обладавшего высочайшим процентом попаданий. Трибуны вновь разразились бурной волной ликования.
Самое ожесточенное противостояние развернулось перед самой доставкой груза в точку. Киберспортивная команда KG отчаянно сопротивлялась, проявляя невероятную стойкость. Обе попытки наступления TS закончились провалом, а времени до конца матча оставалось совсем мало.
— Осталась всего минута с небольшим, этого хватит лишь на финальную атаку, — говорил Лен. — Как бы блестяще ни играли TS, если им не удастся закатить тележку в зону, им засчитают поражение. Мы видим, что штурмовой герой KG обладает колоссальной мобильностью и создает громадное давление на соперников.
— И вот танк TS по имени Koi жертвует собой, разменивая свою жизнь один в один на главного танка противника.
— Превосходная стратегия, но герои у самой тележки слишком «хрупкие». Теперь вся нагрузка ложится на снайпера: если он не выдаст достаточный урон, товарищей по команде у тележки очень быстро истощат.
— Камера переключается на Archer, он ищет удобный угол.
— Противники перемещаются крайне осторожно, время на исходе, он все еще корректирует позицию? — Ли Ян задался вопросом, после чего на его лице застыло выражение крайнего изумления. — Что он творит? В этом месте обзор загораживают деревья, это же вовсе не открытое пространство!
Лен прищурился и вытянул шею:
— Что это за фокусы? Он снижает разрешение!
На экране компьютера Цзян Синтин линии всех игровых моделей превратились в размытые ореолы с нечеткими краями. Слегка нахмурившись, Цзян Синтин решительно нажал на спусковой крючок. Выстрел разорвал воздух, пуля со свистом устремилась вперед и угодила прямо в голову штурмовому герою KG, затаившемуся за флагом. Тот замертво рухнул на землю.
— За флагом вообще-то не должно быть обзора, — растерянно произнес Ли Ян.
В зале воцарилась тишина, длившаяся секунд три, пока на большом экране не включили повтор, переключившись на перспективу Цзян Синтин. Лен с изумлением воскликнул:
— Что за баг?! Если в этой точке понизить разрешение, силуэт человека проступает прямо сквозь флаг!
— Потрясающий килл! — Трибуны взревели. Ли Ян повысил голос: — Это безумие! Сколько же опыта нужно иметь и насколько досконально знать карту, чтобы уловить такой нюанс?
Этой единственной пулей исход поединка был решен окончательно: TS успешно дотолкали тележку до контрольной точки и одержали победу.
— Беру свои слова назад, — предельно серьезным тоном произнес Ли Ян. — TS вовсе не новичок на про-сцене. У команды колоссальный опыт, за плечами — десятилетия ежедневных тренировок, а Archer — поистине грозный и вызывающий уважение талантливый новичок.
— Archer! Archer! Archer!
Зрители на трибунах скандировали его имя единым хором. На огромном экране засияла заставка победы TS. Чэн Сицзи застрял посреди ликующей толпы; куда ни кинь взгляд, везде реяли алые флаги киберспортивной команды TS. Атмосфера была настолько горячей, что устоять перед ее заразительной энергией было просто невозможно.
Его сердце тяжело и яростно билось в груди. Подойдя ближе к ограждению, он посмотрел вниз: на лбу Цзян Синтина блестел пот, а на лице играли самые живые эмоции. Направленный на него луч прожектора заставлял парня буквально светиться изнутри — казалось, будто на него разом обрушились все радости мира. Лицо, хранившее ледяную строгость во время матча, при улыбке снова становилось совсем детским.
Он взлетел достаточно высоко и достаточно далеко.
Но все равно оставался ребенком.
Повсюду сыпались разноцветные блестки, оседая звездами на его макушке. В порыве восторга он сорвал с головы наушники и, сияя счастливыми глазами, крепко обнял за шею сидевшего рядом сокомандника по имени Koi.
Чэн Сицзи вдруг почувствовал секундную боль в груди: внутри словно что-то надломилось и образовалась зияющая пустота, сквозь которую свистел ледяной ветер, — точь-в-точь как пуля, выпущенная минуту назад Цзян Синтин, которая угодила прямо ему в сердце.
Позже он покинул арену, чтобы успеть на вечерний самолет, ни с кем не попрощавшись.
Он полагал, что Цзян Синтин вряд ли обратит на это внимание: в конце концов, он был лишь обычным зрителем, который видел его на один раз больше остальных.
Год спустя Чэн Хуайюй тяжело заболел. Перед смертью он завещал Чэн Сицзи присматривать за дедом и внуком Цзян, а особенно — позаботиться о Цзян Синтин и наставить его на путь истинный.
Чэн Сицзи от природы не любил совать нос в чужие дела, и Чэн Хуайюй это прекрасно знал, поэтому говорил с виноватым видом, понимая, что перекладывать на него свой долг благодарности — несправедливо.
Однако Чэн Сицзи согласился, не раздумывая долго.
Он честно и усердно исполнял последнюю волю Чэн Хуайюй, правда, выполнил лишь первую ее половину. Всё потому, что он вспомнил ярко-красную осень 2010 года в Англии и сиявшего на сцене Цзян Синтин. Он не только не наставил того на праведный путь, но и попустительствовал во всем, позволив ему прийти в свои объятия и оказаться в своей постели.
Пятое. Вернуть мое имущество
Плавное движение запястья Цзян Синтина вернуло Чэн Сицзи из воспоминаний в реальность. Под звуковой эффект хедшота на экране всплыло победное сообщение. Стоявший позади напарник по имени Koi взвыл, вскочил со стула, сдернул с головы Цзян Синтина наушники и сокрушенно произнес:
— Иногда мне реально кажется, что ты читер. Разве человеческий процент попаданий может доходить до такого уровня? Да ты же еще левшой играл!
Короткие седые волосы Цзян Синтина взъерошились от соскользнувших наушников. Он небрежно провел рукой по голове, пытаясь примять торчащие прядки, и протянул руку, чтобы вернуть свои наушники.
— В профессиональных матчах шанс критического урона при прицеливании — сорок два процента, это нормальный уровень. — В глазах Цзян Синтина таилась легкая усмешка, но послевкусие горчило. Он перекатил языком за щеку апельсиновую леденцовую карамельку, вытягивая из нее хоть капельку сладости. Для него самого три года назад этот показатель достигал сорок восьми процентов — почти абсолютный топ профессиональной сцены.
Чэнь Жуй постучал в дверь. Цзян Синтин перевел взгляд и увидел за стеклянной дверью Чэн Сицзи, освещенного золотистыми лучами закатного солнца. Его ладная фигура, изящные запонки и сшитый на заказ костюм подчеркивали крепкие линии плеч и рук. В каждом его движении сквозила уверенность и солидность, а от всего облика исходило присущее зрелому мужчине обаяние. Он был невероятно, ослепительно хорош собой.
Koi был ветераном старого состава TS. Когда Цзян Синтин уходил из команды из-за развода, он покинул ее вместе с ним, а в этом году, после возвращения Цзян Синтина, вернулся следом, а потому Чэн Сицзи знал неплохо. Заметив вновь появившегося мужчину, Koi помрачнел, и его лицо приняло недружелюбное выражение.
— Вы отлично потрудились, время уже позднее, давайте все отправляться на ужин, — произнес Чэнь Жуй, подталкивая остальных участников команды к выходу. Перед тем как покинуть комнату, Koi оглянулся на Цзян Синтина, заметив, что тот держится стойко, несмотря на холодное выражение лица.
В тренировочном зале остался только Цзян Синтин. На нем была штормовка с высоким воротником, застегнутым до самого подбородка, чтобы скрыть отметины, оставленные вчерашней ночью на шее.
Вернувшись утром, пока в общежитии никого не было, он переоделся в свои брюки и застегнул куртку повыше, чтобы спрятать красные следы. Затем, превозмогая ломоту во всем теле, с абсолютно невозмутимым видом отправился умываться, но все равно попался на глаза сердобольным сокомандникам, вернувшимся после завтрака, которые тут же принялись допытываться, почему это он провел ночь вне общежития.
http://bllate.org/book/31356/3823627
Готово:
