— Наш Лу-гэ глаза песком засыпало, а всё равно победил. Рукожоп — так тренируйся больше, искать оправдания — что за позор.
— Брызги грязи скорость не замедляют, в худшем случае просто глазам неприятно.
— Глаза вообще ничего не видят, и ты говоришь, что это не влияет на скорость?!
— Да по-твоему, что сильнее влияет: брызги в глаза или когда тебя за ноги зацепили?!
— Эй, не ссорьтесь, не ссорьтесь, оба молодцы, не надо портить парням репутацию.
— Точно, оба просто класс! Если кто-то кипит от злости, пожалуйста, пожалуйте на стену признаний, там выложили ссылку на сегодняшнее голосование! Начиная с полуночи, можете голосовать за понравившихся первокурсников! Жить в мире — к богатству!
— О! Как это в этом году так рано начались!
— Хе-хе, ну так умеют же люди хайпить, видят, что сейчас популярность на пике, вот и пришли на волне хайпа.
Официальные лица и правда те еще мастера.
В этом году голосование отличалось от прошлых лет: раньше участники соревновались лично, а теперь всё шло через общественные выборы. Стоит набрать больше десятка сторонников — и кандидатура автоматически попадает на рассмотрение, если только сам участник не заявит об откаже.
А затем, спустя неделю, объявят победителя.
Ровно в двенадцать ночи канал для голосования открылся.
Среди парней лидировали Цзян Цзинчжоу и Лу Янфань, хватало и других красавчиков, но соревноваться с ними было практически бессмысленно.
Стоило только ровно в полночь открыть голосование, как их голоса сразу же оторвались от остальных, заняв первое и второе места с огромным отрывом.
У девчонок всё было куда ожесточеннее.
Общая внешность девушек оказалась намного выше парней, красота цвела пышным цветом, и борьба за первое место обещала быть крайне интригующей.
— Цзян-гэ. — В общежитии Фан Ми сидел на стуле, скрестив ноги, и заглядывал на кровать Цзян Цзинчжоу. — Голосуй за меня.
— За какое еще голосование?
— Выбрать первую красавицу и первого красавца университета по твоему вкусу!
Лю Аньи вытянул шею с изголовья кровати:
— Так ты за красавицу будешь голосовать или за красавца?
— Тьфу-тьфу-тьфу, ты что такое говоришь?! — взревел Фан Ми. — Я традиционной ориентации! Традиционной!
— О-о-у, у какого же натураря первая реакция именно такая? — Лю Аньи только дай повод подразнить людей. — Еще рассуждает про ориентацию, а сам столько всего знает.
— Вали, вали отсюда, не помогаешь голосовать, так не лезь, я с Цзян-гэ разговариваю.
— Ай. — Лю Аньи протянул: — А я и не говорил, что не буду за тебя голосовать.
— Щас, разбежался. — Фан Ми усмехнулся. — Разве ты не запал на ту девчонку с экономического факультета? В прошлый раз в столовой встретили, так у тебя, помню, глаза на лоб полезли. Сможешь не отдать голос за нее?
— Ну ты и... — Лю Аньи цокнул языком раз, цокнул другой. — Блин, ну до чего же глазастый.
— То-то же. — Тон Фан Ми мгновенно переменился, и он льстиво улыбнулся Цзян Цзинчжоу: — Ой, ну наш Цзян-гэ совсем другое дело.
Фан Ми поднял телефон обеими руками, вперевалочку подошел к Цзян Цзинчжоу и фальшивым, сладким голоском пропел:
— Цзян-гэ, это она-а~ Говорят, занимается танцами, оу! Посмотри на эту фигуру, ну разве не суперкрасотка? Супер-гуд? Проголосуй за маленького, буду век благодарен~~
Цзян Цзинчжоу помолчал немного:
— ...От твоего писклявого голоса меня физически тошнит.
Фан Ми посмотрел на него со страшной серьезностью и откашлялся:
— Умоляю тебя, Цзян-гэ, не заставляй меня вставать на колени.
— Пф. — Сидевший рядом Лю Аньи тихонько прыснул.
Фан Ми метнул в него убийственный взгляд.
Цзян Цзинчжоу тоже слегка улыбнулся и, подыгрывая, взглянул на экран — девочка и правда оказалась хорошенькой.
Фотография, судя по всему, была из ее личного круга друзей — снимок в черном платье.
Поза классического балетного движения: опора на одну ногу, вторая отведена под прямым углом. Шея и руки тонкие, белые, подъем стопы натянут идеально прямо.
Цзян Цзинчжоу ничего в этом не смыслил, но чувствовал, что от фотографии веет особым изяществом.
— У тебя неплохой вкус. — Цзян Цзинчжоу достал телефон и нажал кнопку голоса.
— И ты так думаешь?! Суперкрасотка! — Фан Ми радостно захихикал. — Если бы не ограничение в один голос в день для каждого, я бы не стал тебя беспокоить. Не переживай, в мужской категории я за тебя проголосовал!
Цзян Цзинчжоу отказался:
— Да в этом не было необходимости.
— На кону три тысячи юаней! Каким бы богатым ты ни был, лишние деньги карман не жгут! — с праведным видом заявил Фан Ми. — Послушай брата, проголосуй за себя самого.
С этими словами Фан Ми уставился на палец Цзян Цзинчжоу, требуя досмотреть до конца, как тот отдаст свой голос.
—...
Цзян Цзинчжоу шевельнул пальцем:
—...Я вообще-то уже проголосовал.
— Серьезно? — подозрительно прищурился Фан Ми.
— Серьезно. — Цзян Цзинчжоу нажал на кнопку голосования под собственной фотографией, и посередине экрана всплыло окошко с надписью: «Пожалуйста, не голосуйте многократно». — Реально уже проголосовал.
— Эй. — Фан Ми смутно почувствовал неладное. — Ты же только что был против этого конкурса? Как это ты уже успел сам проголосовать...
Цзян Цзинчжоу улыбнулся ему.
Фан Ми долго ломал голову, но так и не смог сообразить, в чем тут подвох, и процедил сквозь зубы:
— Ладно уж...
В сомнениях и раздумьях Фан Ми отправился выбивать голос из Ван Хаоцяна, а Цзян Цзинчжоу снова завалился на кровать и лениво бросил взгляд на рейтинг голосования.
У них с Лу Янфанем было по восемьсот с лишним голосов.
И это только второй день! Даже если каждый оставлял по два голоса, проголосовало уже больше четырехсот человек — почти целый факультет.
Это выглядело уже чересчур.
Цзян Цзинчжоу вчера и сегодня голосовал за Лу Янфаня, но пока что его собственный результат опережал показатели Лу Янфаня на несколько десятков голосов.
Жаль, что за день можно отдать только один голос.
Цзян Цзинчжоу перевел взгляд на болтающего о чем-то Фан Ми, откашлялся, приоткрыл рот, снова закрыл и откашлялся заново.
Лю Аньи бросил на него вопросительный взгляд, но Цзян Цзинчжоу только покачал головой:
—...Ничего.
Цц.
Военная подготовка подошла к концу, первокурсники официально окунулись в студенческую жизнь, где клубные занятия и университетские лекции шли рука об руку.
В центре спортплощадки выстроились разнообразные выставочные павильоны студенческих кружков. С самого раннего утра трое обитателей общежития, за исключением Цзян Цзинчжоу, сияли от возбуждения.
Фан Ми вырядился так, будто собрался на смотрины невесты, остальные тоже уложили волосы по-взрослому, а Ван Хаоцян даже нарядился в интеллигентную белую рубашку.
Когда Цзян Цзинчжоу проснулся, эта компания как раз ломала голову над тем, как завязать галстуки.
Цзян Цзинчжоу: «...»
Честно говоря, если не считать Лю Аньи, которому рубашка была к лицу, остальные двое... Один выглядел так, будто стащил одежду из взрослого шкафа, а второй — как престарелый дядька, пытающийся молодиться. Зрелище было максимально жуткое.
Заметив, что Цзян Цзинчжоу проснулся, Фан Ми уставился на него как на спасителя:
— О! Цзян-гэ, Цзян-гэ, научи нас галстуки завязывать!
Ван Хаоцян задал вполне искренний вопрос:
— С чего ты взял, что Цзян-гэ умеет их завязывать?
Это же хотел спросить и сам Цзян Цзинчжоу.
— Цзян-гэ с виду такой... — Фан Ми подмигнул. — Сам понимаешь.
Цзян Цзинчжоу: «?»
Ван Хаоцян: «Что?»
— Ой. — Фан Ми скривил недовольную гримасу. — Ну, Цзян-гэ выглядит человеком, который следит за собой. Единственный в нашей комнате, кто мажется солнцезащитным кремом — это он, та банка геля для волос тоже его, и электрическая бритва...
—... — Цзян Цзинчжоу не удержался от реплики. — Разве это не самые базовые вещи?
— Смотрите! Смотрите-смотрите! — Фан Ми указал на Цзян Цзинчжоу и театрально всплеснул руками. — Это нормально, но погляди-ка на наше общежитие, только ты у нас такой утонченный! Если бы не твои крутые подвиги на военной подготовке, я бы точно решил, что ты из этих... кхм-кхм, шучу, шучу.
Цзян Цзинчжоу: «............»
Какое совпадение, вообще-то он и был из этих.
Пока они собирались и шли к спортплощадке, Цзян Цзинчжоу все еще размышлял: неужели он и впрямь производит впечатление настолько щепетильного человека? Настолько «гейского»? Если использование солнцезащитного крема считается излишеством, то эта компания парней выглядела просто дико неотесанной...
Кружки на спортплощадке пестрили разнообразием: один выставочный шатер лепился к другому, и этому ряду, казалось, не будет конца.
Самые козырные места, разумеется, занимали факультетские клубы, ведавшие внутренней жизнью университета. К примеру, те самые посты в официальном аккаунте о соревнованиях по военной подготовке пару дней назад выпускали именно они.
Лю Аньи и Ван Хаоцян жутко этим заинтересовались и побежали рассвечивать всё горящими от любопытства глазами, а Фан Ми отправился пытать старшекурсницу по соседству насчет того, как вступить в ряды администраторов школьной стены признаний...
Цзян Цзинчжоу прогулялся в одиночестве и обнаружил здесь самые причудливые кружки.
Клубы чтения, гадания, наблюдения за звездами, кулинарии, аниме и манги — здесь было всё, что только может вообразить человеческая фантазия, и даже больше.
— Цзян-гэ!
Кто-то окликнул его сзади. Цзян Цзинчжоу обернулся и увидел парня в бежевой толстовке и бежевых спортивных штанах.
Они переглянулись, и Лу Янфань расплылся в невероятно милой улыбке.
Цзян Цзинчжоу уже так отвык видеть Лу Янфаня в повседневной одежде, что чувствовал себя немного не в своей тарелке. Особенно этот безобидный донельзя наряд в сочетании с глуповатой улыбкой и пушистыми кудряшками просто зашкаливал по уровню дружелюбия.
Но раз кудри так легко растрепать, Лу Янфань наверняка пользуется гелем для волос?
На щеках ни щетинки, значит, бреется каждое утро без опозданий...
И крем от загара.
Лу Янфань выглядит таким беленьким, точно мажется им?
Пока спутник снова не окликнул его, Цзян Цзинчжоу даже не заметил стоящего рядом Юй Мао.
Юй Мао с видом человека, которому «всё давным-давно ясно», пару раз цокнул языком:
— Цзян-гэ, обязательно было так палиться?
Цзян Цзинчжоу сохранил невозмутимый вид:
— О чем ты?
Юй Мао снова цокнул, развивать тему не стал и спросил:
— Чего это ты тут один околачиваешься? Присмотрел какой-нибудь клуб?
— Нет, просто хожу за компанию с соседями, они побежали узнавать насчет кружков, ну а я сам по себе. — Цзян Цзинчжоу посмотрел на Лу Янфаня. — А вы?
— Мы тоже так, прогуливаемся. — Взгляд Лу Янфаня неотрывно следовал за Цзян Цзинчжоу, полный предельной сосредоточенности.
Юй Мао, исполнявший обязанности главного по атмосфере, прекрасно знал этот вайб и, чтобы не мешать их молчаливой переглядке, быстренько нашел предлог и улетучился. На ходу он продолжал со знающим видом цокать языком, напоследок подпитывая собственное присутствие.
—...
Цзян Цзинчжоу посмотрел вслед убегающему Юй Мао и помолчал пару секунд:
—...Он что, уже всё понял?
— Да вроде нет. — Лу Янфань немного подумал. — Если только считать за подсказку то, что я пригласил его к себе пообедать и случайно дал спалить общую фотографию в моей спальне?
Цзян Цзинчжоу потерял дар речи и посмотрел на Лу Янфаня абсолютно ледяным взглядом:
—...Чего же ты сразу ему всё не выложил?
— Подожди-ка. — Цзян Цзинчжоу слегка растерялся и потер переносицу. — С каких пор это мы успели сфотографироваться вместе?
Лу Янфань слегка кашлянул в кулак и отвел глаза в сторону:
— Не будем об этом, смотри, сколько тут всяких кружков! Университет — это совсем другое дело, в моей старшей школе из развлечений был от силы один спортивный праздник.
Цзян Цзинчжоу произнес:
— Лу Янфань.
— Раз уж подвернулась такая возможность, давай глянем, какие здесь есть клубы. — Лу Янфань шагнул вперед.
http://bllate.org/book/31334/3820816
Готово:
