Что за ерунда?Наньгун Цзе невольно усомнилась в собственных ушах. — Разве могут брови и глаза обычного человека ассоциироваться с ледяной глыбой? Ты что, роман пишешь?
Ой, это такое понятие, это образ! — принялась отстаивать свою правоту Фан Цзиньнянь. — Увидишь — поймёшь, её брови и глаза и впрямь похожи на холодную суровую ледяную глыбу.
Наньгун Цзе: что делать? Её подруга детства, похоже, страдает синдромом восьмиклассника.
Наньгун Цзе невольно отступила на шаг, в её тоне прозвучала лёгкая нотка бессловесного удивления:
— Да-да-да, её брови — как не тающий круглый год ледник, а в глазах словно прячется глубокий снег.
Нет, сестрёнка, ты послушай сама себя, это вообще похоже на описание нормального человека? Кто не знает, подумает, что ты строчишь какой-то второсортный роман.
Лицо Фан Цзиньнянь мгновенно вспыхнуло, и она тут же сменила тему:
— Короче говоря, не в этом суть!
Наньгун Цзе поджала губы и принялась отчитывать Фан Цзиньнянь:
— Верно, суть в том, что ты променяла подругу на красоту! Как бы ни была хороша собой эта девица, какое тебе до неё дело? Ты бросила подругу у реки ради какой-то мимолётной прелести, заставив меня так долго томиться в ожидании, просто возслыхательно!
Ай Цзе, прости меня, я виновата! — Фан Цзиньнянь тут же шлёпнулась на колени с извинениями.
Ладно, у меня широкая душа, на этот раз я тебя прощаю! — Наньгун Цзе величественно взмахнула рукой и решила больше не возвращаться к этому вопросу.
Хе-хе, Ай Цзе, ты такая добрая! — Фан Цзиньнянь снова рассыпалась в дежурных похвалах, после чего перевела разговор в нужное русло: — Ай Цзе, я... я хочу с ней подружиться.
О, ты хочешь сказать, что хочешь подружиться с той девушкой, у которой, по твоим словам, в бровях скрывается вековой нетающий ледник, а во взгляде таится глубокий снег, верно? — Наньгун Цзе не удержалась от колкости.
Фан Цзиньнянь уже выработала иммунитет к неловкости и с предельной серьёзностью кивнула:
— Именно, я хочу с ней подружиться!
А ты уверена, что хочешь именно подружиться? — Наньгун Цзе сделала точный вывод на основе своего многолетнего опыта чтения романов о женской любви. — Судя по моему богатому опыту, мне почему-то кажется, что ты хочешь с ней завести романтические отношения?
Романтические отношения?
В голове Фан Цзиньнянь внезапно громыхнуло, словно её подорвало чем-то, и её голос тут же задрожал и поплыл:
— А что, девушки с девушками тоже могут заводить романы?
Наньгун Цзе читала романы о женской любви не первый год, а потому отрезала с абсолютной уверенностью:
— Конечно могут! Пока люди любят друг друга, встречаться можно независимо от пола.
Оказывается, девушки с девушками тоже могут заводить романы.
Фан Цзиньнянь невольно предалась фантазиям о том, как она завязывает романтические отношения с той сотрудницей.
Если они действительно начнут встречаться, то смогут вместе гулять рука об руку, покупать засахаренные каштаны, ходить на ярмарки и развлекаться в уездном городе.
Разве влюблённые не должны целоваться? Значит ли это, что она сможет целоваться с ней?
Влюблённые ведь занимаются постельными делами, верно? Разве это не значит, что она и та девушка будут вместе... хе-хе-хе, как волнительно!
Всё, хватит, если думать дальше, уголки рта полезут вверх и их уже не удержать.
Фан Цзиньнянь усилием воли мотнула головой, вытряхивая из неё все пошлые мысли.
Фан Цзиньнянь:
— А две девушки могут пожениться?
Наньгун Цзе покачала головой:
— Пока что это невозможно. Но, судя по моему многолетнему опыту чтения романов, однополые пары могут пожениться за границей.
Ай Цзе, я хочу с ней встречаться! — В глазах Фан Цзиньнянь читалась непоколебимая решимость. — Добрая моя Ай Цзе, ты не могла бы поделиться своим многолетним опытом чтения романов и научить меня, как нужно добиваться людей?
Ха-ха-ха, не переживай, я передам тебе весь свой многолетний опыт без утайки! — громко рассмеялась Наньгун Цзе, а затем добавила: — Прежде всего, самое главное в ухаживании — это узнать имя объекта.
Настроение Фан Цзиньнянь мгновенно упало:
— И правда, я ведь до сих пор даже не знаю, как её зовут.
К тому же та девушка выглядит очень молодо, примерно как она сама. Раз она в столь юном возрасте уже стала сотрудницей Группы Цзю, то наверняка добилась успехов в моложе годы и получила прекрасное образование, верно?
А она сама? Бедная, без особого образования, даже в университет не поступила.
Разве она вообще достойна добиваться такого человека?
Наньгун Цзе росла вместе с Фан Цзиньнянь и понимала её с полудвижения. Разумеется, она тут же разгадала мысли, бушевавшие в душе подруги.
Наньгун Цзе похлопала Фан Цзиньнянь по плечу и ободрила её:
— Чего ты боишься? Любишь — так добивайся! Забудь пока про всякую ерунду, оставь в стороне и происхождение, и условия.
Сейчас самое главное — это то, как завоевать человека. Ты ещё даже не начала ухаживать, а уже загадываешь наперёд, что будет после поражения?
Главное — это само ухаживание, к чёрту результат, просто действуй! Ну и что, если потерпишь неудачу, разве твоя жизнь чем-то изменится по сравнению с нынешней?
Но если ты преуспеешь, то обретешь любимого человека и завяжешь роман.
В любом случае, успех или неудача — ты ничего не теряешь, действуй смело! Я стану твоим любовным стратегом и помогу разработать план!
Во-первых, в ухаживании самое главное — угождать интересам объекта.
Мы должны выяснить, что ей нравится, а затем делать подарки в соответствии с её вкусами, устраивать маленькие сюрпризы и романтику. — Наньгун Цзе похлопала себя по груди, давая гарантию. — Предоставь это мне, я ведь на нашей деревне на все руки мастер.
Я пойду разузнаю, как её зовут и что ей нравится. А когда всё выясним, сядем и вместе подумаем, как её завоевать.
Хорошо, спасибо, Ай Цзе! — Фан Цзиньнянь сжала кулаки, её глаза горели неукротимым азартом. — Я не подведу твоих стараний и обязательно приложу все силы, чтобы завоевать её!
Подожди-подожди, я тут вдруг вспомнила кое-что поважнее! — Наньгун Цзе с досадой шлёпнула себя по лбу. — Прежде чем за кем-то ухаживать, нам нужно кое в чём убедиться.
Фан Цзиньнянь с любопытством спросила:
— В чём же?
В том, нравится ли ей вообще противоположный... то есть, в том, любит ли она женщин!
Вдруг она не любит женщин, тогда всё, что мы сделаем, пойдёт прахом, и мы даже можем вызвать у неё отвращение. — Наньгун Цзе вздохнула. — Большинство людей в обществе традиционной ориентации, однополая любовь — это всё-таки редкость...
Многие люди даже испытывают сильное отвращение к однополой любви.
Если вдруг она не любит женщин, тебе останется только отступить.
Наньгун Цзе нахмурилась и предостерегла:
— К этому вопросу нужно подходить издалека, всё зависит от её отношения.
Если она ярая противница однополой любви, да к тому же окажется скверным человеком, то вполне может растрепать о твоих предпочтениях на каждом углу... И тогда тебя начнут тыкать пальцами в спину и поносить.
Впрочем, я говорю на всякий случай, я же не знаю точно, какой она человек. Но считаю, что бережёного бог бережёт.
Короче говоря, пока мы не выясним её сексуальную ориентацию, ни в коем случае не показывай ей, что тебе нравятся женщины.
Сначала мы её прощупаем, а когда убедимся, что она по девушкам, тогда и пойдёшь добиваться.
Наньгун Цзе держала Фан Цзиньнянь за руку и давала множество наставлений. Болтовня затянулась до полудня, пока из домов соседей не потянуло ароматами домашней еды. Только тогда Наньгун Цзе отпустила руку подруги:
— В общем, запомни всё, о чём я тебе говорила, и ни в коем случае не выставляй свои предпочтения напоказ перед другими людьми!
Фан Цзиньнянь кивнула:
— Я поняла! Я буду осторожна в словах и поступках и никогда не выдам свою ориентацию посторонним!
После этого они попрощались и разошлись по домам.
Во второй половине дня Наньгун Цзе с победным видом ввалилась во двор дома Фан Цзиньнянь, принеся с собой отличные новости.
Хорошие новости, сногсшибательные новости, я добыла имя той самой особы! — тараторя, Наньгун Цзе втянула Фан Цзиньнянь за руку в дом.
Войдя, Наньгун Цзе аккуратно затворила дверь, а затем с напряжённым видом задёрнула все окна в комнате.
Убедившись, что двери и окна наглухо закрыты, она опасливо заговорила:
— Я узнала, как её зовут. Её зовут Цзю Чэнъе. Цзю из Группы Цзю, Чэн — от слова наследовать, Е — как тёмная ночь.
Цзю Чэнъе, Цзю Чэнъе. — Фан Цзиньнянь тихонько перекатывала имя на языке, смакуя его, а затем глуповато улыбнулась: — Какое у неё красивое имя.
Наньгун Цзе с ошеломлённым видом покосилась на подругу детства: что делать, её подруга явно превратилась в помешанную на любви дурочку?
Наньгун Цзе скривила губы и презрительно бросила:
— И что тут красивого? По-моему, твоего имени оно и рядом не стояло. Цзиньнянь, Цзиньнянь — какое мелодичное имя, куда лучше всякой Чэнъе!
Всё совсем не так. — Фан Цзиньнянь снова глупо улыбнулась. — А мне кажется, её имя очень красивое.
Ладно-ладно, с тобой бесполезно говорить. — Наньгун Цзе пренебрежительно махнула рукой и понизила голос: — Знаешь, я тут выяснила: похоже, Цзю Чэнъе заявилась сюда на поиски какого-то человека.
Наньгун Цзе запустила работу своего дедуктивного аппарата:
— Судя по моему многолетнему опыту чтения романов, Цзю Чэнъе на девяносто процентов приехала искать благодетеля, который спас её в детстве, или что-то в этом роде.
И наверняка у Цзю Чэнъе при себе остался какой-нибудь памятный подарок от этого благодетеля — нефритовая подвеска или браслет.
А потом Цзю Чэнъе безумно влюбится в этого спасителя, и как только они найдутся, тут же воссоединятся навсегда, неразлучно и страстно! В романах только так и пишут.
Наньгун Цзе и не подозревала, что её нынешние догадки были невероятно близки к истине.
Она добавила:
— Впрочем, всё это лишь мой опыт из романов, а на данный момент у меня есть лишь сведения о том, что она приехала сюда кого-то искать.
Кого именно она ищет — благодетеля, врага или просто старого знакомого, и что она собирается делать после встречи, — этого я не знаю. То была лишь моя личная догадка, не бери в голову.
Цзю Чэнъе приехала сюда, чтобы кого-то найти?
Услышав эту новость, сердце Фан Цзиньнянь невольно пронзило горьковатое чувство.
http://bllate.org/book/31323/3819250
Готово:
