Чу Цяньян положил на стол записку и парчовую шкатулку, которые Шэнь Ляобай нашел прошлой ночью, и произнес:
— Сегодня утром мы с Хань Чжаном обыскали остальные четыре комнаты, но ничего не нашли.
Они стояли вокруг шкатулки с обломком ветки и не знали, что и думать. Соня Цяньчэн поднял эту ветку размером с большой палец и поднес к солнечному свету:
— Посмотрите, кажется, внутри что-то есть?
Услышав это, Шэнь Ляобай тут же наклонился ближе. На поверхности ветки виднелись крошечные трещинки, похожие на те, что появляются на потрескавшейся от зимних холодов древесной коре. В лучах солнца сквозь них были видны мелкие точки темно-зеленых пятен.
— Может, — Соня Цяньчэн взглянул на Чу Цяньяна, — разломим её и посмотрим?
Хотя его прислало поместье князя Дина, особой властью он не обладал. Во-первых, князь Дин поручил это дело целиком и полностью Чу Цяньяну, а во-вторых, учитывая нрав последнего, если бы тот не пожелал подчиняться, Соня Цяньчэн ничего бы не смог с этим поделать.
Чу Цяньян кивнул.
Получив разрешение, Соня Цяньчэн приложил усилия обеими руками, но тут же издал удивленный возглас: эта хрупкая на вид ветка, казалось, способная рассыпаться от малейшего прикосновения, вовсе не собиралась ломаться надвое под его пальцами.
— Это...? — Соня Цяньчэн с сомнением посмотрел на целую ветку в своей руке.
Хань Чжан усмехнулся:
— Разве господин Сун сегодня утром не позавтракал? Почему у него совсем нет сил?
Он выхватил ветку из рук Сони Цяньчэна. Эта штука была тверда как кусок железа, и согнуть её никак не удавалось. В Хань Чжане взыграло упрямство:
— Не верю я, что эта вещица неуязвима для оружия.
Он достал кинжал, который носил с собой, и изо всех сил полоснул по ветке. Раздался звонкий удар, словно лезвие опустилось на щит, но на ветке не осталось ни царапины.
Тут даже Хань Чжан остолбенел.
Чу Цяньян тоже невольно нахмурился. Он аккуратно убрал ветку и передал её Вэнь Хао:
— Немедленно отвези эту вещь в мой дом в Чанъани.
Вэнь Хао взял шкатулку и сказал:
— Далан, путь предстоит опасный, а людей рядом с вами и без того горстка. Позвольте Вэнь Хао остаться и помогать вам.
Соня Цяньчэн, которого только что косвенно назвали бесполезным человеком, с видом виноватым перевел взгляд на невозмутимого Шэнь Ляобая.
Доверять им двоим доставку этой шкатулки, разумеется, было нельзя.
— У меня есть свои люди, — произнес Вэнь Хао и поднялся. Невзрачный на вид, он обладал огромной силой: подойдя к соседнему столу, он подхватил за шиворот гостя, который ел спиной к ним, и притащил его сюда, вручив шкатулку: — Ты следил за нами всю дорогу, должно быть, сильно соскучился. Утруди себя доставить эту шкатулку в клан Чу в Чанъани.
Тот оглядел собравшихся, сжал зубы, взял шкатулку и вышел.
Хань Чжан уже оправился от недавнего потрясения и, неторопливо отпив солоноватого чая, протянул:
— Братец Сун, похоже, князь Дин не слишком-то доверяет твоим способностям.
Соня Цяньчэн лишь неловко улыбнулся:
— В моих делах и впрямь есть изъяны. К счастью, товарищ вовремя исправил оплошность, иначе мне не миновать гнева князя Дина.
— Тот человек следил за нами с самого выхода из округа Динчжоу, чтобы регулярно докладывать князю Дину о ситуации, — пояснил Вэнь Хао для ничего не понимающего Шэнь Ляобая. — Князь Дин весьма подозрителен и желает знать все подробности, прежде чем успокоится.
Вот оно что, мысленно прикинул Шэнь Ляобай. Кое-что о прошлых заслугах князя Дина он знал: поговаривали, что в юности тот прославился великими победами, но затем был лишен военной власти и получил титул князя Дина, став праздным вангом без реальных полномочий в городе Динчжоу.
Столько лет всё шло тихо и мирно. Если бы Шэнь Ляобай случайно не впутался в это дело, он бы и дальше думал, что князь Дин мирно коротает старость.
— Уважаемый гость, вам еще что-нибудь нужно? — спросила хозяйка постоялого двора.
Вспомнив записку, оставленную Ин Цин, Шэнь Ляобай невзначай поинтересовался:
— Знает ли хозяйка человека по имени Чжан Сань?
Хозяйка замерла на мгновение и спросила:
— Зачем гость ищет его?
Шэнь Ляобай, конечно же, заметил её мелкую суетливость и мягко ответил:
— Ничего серьезного. Просто говорят, что раньше он общался с моим младшим братом, поэтому я хотел расспросить его, не знает ли он каких-нибудь зацепок.
— Ой, — хозяйка хлопнула рукой по столу, — этот Чжан Сань только и знает, что бездельничать! Подождите минутку, я сей же час приведу его сюда.
С этими словами она впопыхах выбежала наружу, а спустя мгновение втащила внутрь худенького невысокого парня, вцепившись тому в ухо.
— Ой-ой, сестрица, потише же! — принялся вымаливать пощаду паренек.
— Говори немедленно, куда ты спрятал того гостя по фамилии Шэнь? Ты что, связал человека?
— Да как я смел! Их же было пятеро, и каждый искусный мастер, разве смог бы я его связать?
Услышав это, хозяйка не ослабила хватку:
— Тогда откуда у тебя взялось столько золота?
Чжан Сань зажал ухо руками, на его лице отразилось крайнее мучение:
— Они сами дали.
— Ври больше! — округлила глаза хозяйка. — С чего бы это им без всякой причины давать тебе деньги?
Видя, что хозяйка снова собирается приложить силу, Шэнь Ляобай торопливо вмешался:
— Уважаемая, пощадите его, отпустите, пусть он толком всё расскажет.
Хозяйка сжала зубы и разжала пальцы. Чжан Сань принялся растирать покрасневшее ухо, глубоко вздохнул и наконец пришел в себя:
— Я ведь не даром взял их деньги! Я проводил их к задней горе, они сами заплатили, всё по-честному.
— К задней горе? Да ты спятил! Ты посмел отвести их к задней горе! — хозяйка чуть не сбила Чжан Саня с ног парочкой увесистых пощёчин. — Тебе своя жизнь надоела, так не губи других! Знаешь ли ты, что младший брат этого гостя до сих пор не вернулся?
— Я, я не знаю! — растерянно моргая, пробормотал Чжан Сань. — Я привел их на гору, они постояли на вершине, огляделись, а потом велели мне возвращаться. Боясь, что они заблудятся, я даже специально оставлял метки по пути. Разве они еще не вернулись?
— Где эта задняя гора? — спросил Чу Цяньян.
От его пронзительного взгляда Чжан Сань невольно отступил на шаг:
— Сразу за деревней. Перед самым подъемом в гору лежит болото, стоит чуть оступиться — и сразу засосет, поэтому туда мало кто ходит. Раньше, когда у меня не хватало денег на выпивку, я ходил на заднюю гору поохотиться на дичь ради продажи, так что те места знаю неплохо.
— Веди нас туда, я заплачу тебе двойную цену.
Несмотря на неоднократные предостережения хозяйки, Шэнь Ляобай все же решил отправиться на заднюю гору вслед за Чжан Санем.
Хотя Чжан Сань казался щуплым и мелким, по горным тропам он двигался шустро — скакал вверх точь-в-точь как обезьяна. Трое слуг во главе с Чу Цяньяном обладали хорошей выносливостью и не отставали, а Шэнь Ляобай и Соня Цяньчэн шагали следом, стиснув зубы.
— Похоже, братец Шэнь не из их шайки, — заметил Соня Цяньчэн.
Шэнь Ляобай улыбнулся:
— Теперь мы все связаны одной веревкой, так что какая разница.
— И то верно, — легко усмехнулся Соня Цяньчэн. — Я слышал, ты ищешь младшего брата? Выходит, цель у тебя та же, что и у Чу Цяньяна.
Шэнь Ляобай вспомнил Усыпальницу Чу, о которой упоминал Чу Цяньян:
— Кем приходится ему этот Чу?— Заместитель министра общественных работ Усыпальница Чу — отец Чу Цяньяна, — ответил Сун Цяньчэн.
— Заместитель министра общественных работ? — Шэнь Ляобай слегка нахмурился. — Зачем ему помогать князю Дину искать гробницу?
Соня Цяньчэн вытер пот и усмехнулся:
— Обо всех скрытых смыслах я судить не берусь. Братец Шэнь человек умный, должен понимать глубже меня.
Помимо сокровищ из гробницы, нужных князю Дину для набора войска и покупки лошадей, он явно жаждал заполучить Канон Великого Мира — книгу, способную управлять миром.Намерение поднять мятеж было очевидным, но помогал ему в этом заместитель министра общественных работ Усыпальница Чу... Неужели... Шэнь Ляобай судорожно втянул воздух.Если Усыпальница Чу желал помочь поместье князя Дина в мятеже, то и старший сын Чу Цяньян не мог об этом не знать. Все те слова о том, что князь Дин попросил их о помощи в поисках, — ложь, а истинная цель заключалась в заговоре...
— Выбился из сил?
Голос Чу Цяньяна неожиданно раздался рядом. Шэнь Ляобай вздрогнул: оказывается, погрузившись в раздумья, он отстал, и Чу Цяньян специально замедлил шаг, чтобы подождать его.
— Нет, ничего, — Шэнь Ляобай покачал головой. Всё услышанное пока было лишь догадками, а без подтверждения фактами верить им нельзя. Но если в сердце поселилось недоверие, продолжать совместный путь станет трудно.
— Впереди болото, — сказал Чу Цяньян. — Ступай след в след за тем, кто впереди.
Болото оказалось огромным. Вблизи оно ничем не отличалось от обычной грязи, кое-где даже росла сорная трава, легко сбивавшая с толку. Шэнь Ляобай пошел вперед, наступая на чужие следы, а Чу Цяньян следовал за ним.
На середине пути спокойная трясина вдруг забурлила, покрываясь пузырями, причем всё быстрее и быстрее. Вся топь закипела, словно котел с кипятком, испуская клубы белого пара.
Шэнь Ляобай остановился, потому что из грязи впереди показалась рука. Сначала пальцы, затем ладонь, рука по локоть... и вот уже весь этот грязевой пласт зашевелился, словно неприкаянные души тех, кто утонул здесь в прошлом, пытались выбраться наружу.
Шэнь Ляобай попытался двинуться, но тело окоченело. Собрав все силы, он смог лишь пошевелить пальцами.
Та испачканная в грязи рука уже приблизилась к нему и намертво вцепилась в подъем стопы. В тот же миг в ногу словно вникла тысячефунтовая сила, тянувшая его в пучину болота.
Чья-то рука легко коснулась его спины, затем резко зажала рот и нос, стремительно оттаскивая назад. И когда Шэнь Ляобай уже был готов задохнуться, эта рука наконец отпустила его.
Шэнь Ляобай рухнул на твердую землю, жадно хватая ртом воздух:
— Что... что это было?
Сидевший рядом Чу Цяньян уже успокоился:
— Миазмы.
Шэнь Ляобай приподнялся и только теперь заметил, что солнце давно скрылось за тучами. Небо помрачнело, собираясь пойти дождем, а над болотом поплыл молочно-белый туман. Странно, но миазмы клубились исключительно над топью, не проникая вглубь леса.
— Эти миазмы вызывают галлюцинации? — пробормотал Шэнь Ляобай и невольно опустил взгляд на свои ботинки.
Новый испуг: на коже обуви четко отпечатались четыре грязных следа от пальцев, проступивших с пугающей отчетливостью.
Чу Цяньян поднял его с земли и бросил:
— Идем.
Шэнь Ляобай больше не раздумывал. Раз уж он увязался следом, то знал — пути назад нет. Глубоко вздохнув, чтобы унять трепет в груди, он последовал за Чу Цяньяном в гору и вскоре воссоединился с остальными членами отряда, ожидавшими чуть впереди.
— Господин, — заметив приближение Чу Цяньяна, произнес Чжан Сань, — собирается дождь, спрятаться в этих горах негде, а карабкаться по склонам в непогоду опасно. Если кто-то из господ получит ушиб, сестрица живо оторвет мне уши.
Чу Цяньян поднял голову к небу и сказал:
— Дождь начнется не сразу. К тому же у болота миазмы, нам отсюда не выбраться.
— Ну... ладно, — скрипя зубами, отозвался Чжан Сань. — Тогда держитесь за мной следом, господа.
http://bllate.org/book/31303/3816437
Готово:
