Кровь за мгновение застыла по всему телу.
Это действительно... Хо Юньсяо.
Это лицо стало более зрелым и резким, чем в подростковом возрасте. Хо Юньсяо с детства был хорош собой, его черты лица отличались такой безупречной правильностью, что любой запомнил бы его с первого взгляда.
Поэтому, даже спустя больше десятка лет, когда мальчишка, который когда-то был ниже его на голову, вырос настолько, что теперь на него приходилось смотреть снизу вверх, Чжу Наньюй в тот же миг узнал это лицо и эти брови с глазами.
Син Гуаньюнь назвал его генеральным директором Хо.
Ему следовало последовать примеру и тоже так обратиться, но слова застряли прямо в горле.
В этот момент Чжу Наньюй не только не мог говорить, он даже не был способен пошевелиться. По коже пробежали мурашки, и он подумал, что его лицо, пожалуй, выглядело еще хуже, чем тогда, когда он стоял перед входом в Золотые Арки.
Как такое вообще могло совпасть?
Больше всего перед возвращением в Ванхай он боялся снова встретить Хо Юньсяо, а потом утешал себя тем, что Ванхай такой большой, что столкнуться снова не так-то просто.
И вот — и впрямь оказалось так просто. Не прошло и недели по возвращении, как он столкнулся с Хо Юньсяо.
С трудом сглотнув вязкую слюну, Чжу Наньюй наконец выдавил из себя улыбку:
— Здравствуйте, генеральный директор Хо, я Чжу Наньюй из Юньгуаня.
Хо Юньсяо уже сидел за столом. Расстегнув пуговицу пиджака, он откинулся на спинку стула, вытянул длинные ноги и снизу вверх посмотрел на Чжу Наньюя.
Хотя это он смотрел снизу вверх, мощная аура Хо Юньсяо давила на Чжу Наньюя так сильно, что у того перехватывало дыхание.
Разве он всего лишь не соврал однажды?
Разве он просто не обманул ребенка?
Кто бы мог подумать, что Хо Юньсяо будет помнить об этом столько времени?
Прошло столько лет, разве не было бы нормальным забыть всё так же, как он сам?
Стоит ли так паниковать, Чжу Наньюй?
Мысленно задал себе вопрос Чжу Наньюй, но ответ всё равно остался утвердительным.
Все эти годы он так и не смог избавиться от тяжести на сердце.
Каждый раз, когда он вспоминал о том, как отправленное Хо Юньсяо спустя целых шесть лет ожидания сообщение кануло в лету без ответа, ему становилось невыносимо больно, словно его сердце кто-то безжалостно сжал и разорвал на куски.
В конце концов, это был тот самый ребенок, чье преображение из угрюмого одиночки в жизнерадостного человека он наблюдал своими глазами.
Ребенок, которого он любил больше всех.
И которого он же собственными руками ранил.
Как он мог сметь надеяться на прощение Хо Юньсяо? В конце концов, он даже самого себя не мог оправдать.
Пусть даже... в те годы действительно были веские причины.
Чжу Наньюй всё стоял на месте и не садился. Хо Юньсяо протянул руку ладонью вверх и сделал приглашающий жест:
— Садитесь.
Конец фразы прозвучал очень мягко, но от этого голоса Чжу Наньюя прошибла мелкая дрожь.
Когда он уезжал, у Хо Юньсяо еще не началась мутация голоса, а теперь всё стало совершенно чужим.
Он оцепенело опустился на стул. По сравнению с ним Хо Юньсяо держался гораздо свободнее и непринужденнее: на его лице не было ни удивления при виде него, ни... ненависти.
Неужели он его не узнал?
Впрочем, это нормально. Прошло четырнадцать лет, и не узнать соседа-старшего брата из детских лет — вовсе не такая уж редкость.
Так даже лучше, если не узнал.
Чжу Наньюй молниеносно заставил себя успокоиться: профессиональная этика подсказывала ему, что в такие моменты нельзя позволять личным делам влиять на работу.
И всё же, когда он снова поднял глаза и встретился с взглядом Хо Юньсяо — то ли намеренным, то ли случайным, — его пальцы судорожно вцепились в край одежды.
У него даже зубы отбивали чечетку.
В начале деловых обедов о бизнесе не говорят, и Чжу Наньюй подумал, что у него будет достаточно времени, чтобы прийти в себя.
Сегодня Хо Юньсяо пришел без сопровождающих, так что сложность переговоров тоже должна была оказаться меньше.
Чжу Наньюй украдкой глубоко вздохнул, и официанты начали подавать блюда.
Он повернул сервировочный круг, пододвигая еду ближе к Хо Юньсяо, и с легким поклоном налил ему вина.
— Всё это фирменные блюда ресторана, не знаю, придутся ли они по вкусу генеральному директору Хо.
Хо Юньсяо неотрывно смотрел на Чжу Наньюя, и ему не составило труда заметить панику, спрятанную за этим внешне невозмутимым выражением лица.
Интересно, мог ли его дорогой старший брат предположить, что сегодня ему придется ужинать именно с ним?
Или же он думал, что тот давным-давно всё забыл?
Раз уж тот пытается делать вид, что всё в порядке, желая сгладить углы и перелистнуть эту страницу прошлого...
Хо Юньсяо непременно сорвет с него маску, не потакая его желаниям.
— Менеджер Чжу, разве мы не знакомы?
— Почему же вы притворяетесь, будто не знаете меня?
Глава 4
Чжу Наньюй чуть не пролил вино, а Хо Юньсяо тем временем сжал его запястье так крепко, что стало больно.
Значит, он всё-таки затаил на него обиду.
Да уж, как он мог забыть — Хо Юньсяо с самого детства отличался злопамятностью.
Тогда он вечно пытался рассмешить Хо Юньсяо, но в своем усердии неизменно перебарщивал и терял всякое чувство меры.
Бывало, вымыв руки, он засухивал ледяные пальцы за воротник Хо Юньсяо, тот вздрагивал от неожиданности, резко оборачивался, а в ответ получал целую порцию брызг прямо в лицо.
Ребенок тогда заметно хмурился, и после этого случая целых три дня не разговаривал с Чжу Наньюем. В конце концов Чжу Наньюй сам испеки для него пиццу, принес угощение и, уговаривая так и эдак целый вечер, добился того, что Хо Юньсяо с недовольным видом буркнул: «Я... прощаю... тебя».
— Вот и отлично, здорово! — радостно откликался Чжу Наньюй. Но, получив урок, он так и не набирался уму-разуму и в следующий раз снова принимался дразнить его — хотя Хо Юньсяо и дулся на него, стоило ему разозлиться, как он начинал походить на самого обычного ребенка.
— Генеральный директор Хо, я...
Острый язык Чжу Наньюя в этот момент полностью утратил способность убеждать, но, к счастью, Син Гуаньюнь вовремя заметил неладное и вмешался, выручая его из неловкого положения:
— Неужели генеральный директор Хо и правда знаком с Наньюем? Как замечательно.
Пока Хо Юньсяо отвечал, Чжу Наньюй воспользовался моментом и выдернул руку — на запястье от пальцев остался красный след.
Взгляд Хо Юньсяо по-прежнему жгуче задерживался на нем, словно острый клинок, готовый в любой момент вонзиться в цель.
— Знакомы. И даже очень необычным образом.
Хо Юньсяо произнес эти слова с легким нажимом, и в его голосе неизменно сквозило безразличие. Он вытер салфеткой пальцы, которые только что сжимали запястье Чжу Наньюя, и Чжу Наньюй, заметив этот жест, почувствовал легкий укол в сердце.
Он сидел как на иголках, и если бы только представилась возможность, ему безумно хотелось немедленно сбежать отсюда.
Но он не забыл, зачем пришел сегодня: сопровождать председателя на переговоры об инвестициях. Это дело было неизмеримо важнее любых его личных чувств, он не имел права всё испортить.
Хо Юньсяо смотрел на него, казалось, ожидая продолжения, поэтому Чжу Наньюй тоже налил себе бокал вина и поднял его, чтобы замаскировать волнение.
— Давно не виделись, генеральный директор Хо.
В конце концов он так и не произнес то привычное с детства обращение.
Хо Юньсяо проявил любезность и чокнулся с ним, причем край его бокала оказался на сантиметр выше.
Осушив этот бокал, Хо Юньсяо перевел беседу на Син Гуаньюня. Чжу Наньюй понервничал еще с пару минут и успокоился лишь тогда, когда понял, что тот больше не обращает на него внимания.
В этот раз Хо Юньсяо съел совсем немного, но из вежливости отведал каждое блюдо и почти не пил вина: сколько бы ни выпивали Чжу Наньюй и Син Гуаньюнь, он лишь слегка смачивал губы.
Это была та уверенность, которую давало положение в обществе — ему не нужно было гнуть спину ни в какой обстановке.
Во второй половине ужина перешли к обсуждению инвестиций. Капитал Фэнхэ на данный момент являлся крупнейшей венчурной компанией в стране, и если бы сегодняшнее сотрудничество увенчалось успехом, Син Гуаньюню больше не пришлось бы тратить силы на поиски других партнеров.
В вопросах работы Хо Юньсяо вел себя профессионально, и взгляд, которым он смотрел на Чжу Наньюя, уже не был столь агрессивным, как в самом начале.
Чжу Наньюй протянул ему документы, которые держал при себе. Бумаги быстро зашуршали в паре красивых рук. Конечно, Чжу Наньюй не рассчитывал, что тот станет изучать их с лупой, но всё же пояснил в сторонке:
— Генеральный директор Хо, наша компания Юньгуань Технологии все эти годы неизменно развивалась. На данный момент по количеству патентуемой продукции мы, может, и не стремимся на первое место среди конкурентов, но по крайней мере входим в пятерку лучших. Наш оборот растет год от года и даже из месяца в месяц, а многие предприятия поддерживают с нами долгосрочное партнерство. Я верю, что в нашей компании по-прежнему таится безграничный потенциал. В Юньгуане хватает как первоклассных специалистов, так и высоких технологий, впереди у нас долгий путь. Юньгуань нуждается в ваших инвестициях и в то же время гарантирует вам, что мы ни за что вас не разочаруем.
Произнеся эту долгую речь, послужившую финальным аккордом, Чжу Наньюй выразил достаточно искренности, и теперь пришла очередь Хо Юньсяо давать четкий ответ.
Если говорить откровенно, Хо Юньсяо наверняка заранее собрал исчерпывающую информацию о Юньгуань Технологии. Привлечение инвестиций отличается от обычного делового сотрудничества: раз уж Хо Юньсяо сидит здесь и не стал тратить попусту время и силы на еду, это значит, что у него уже созрел определенный ответ.
«На девяносто процентов всё схвачено», — подумал про себя Чжу Наньюй.
Хо Юньсяо согнул указательный палец и стал то и дело постукивать им по столешнице. Сердце Чжу Наньюя забилось в такт этим движениям, и он уже не воспринимал то, что говорил Син Гуаньюнь, — ему хотелось как можно скорее услышать утвердительный ответ из уст Хо Юньсяо.
Однако после томительной паузы Хо Юньсяо повернул голову, посмотрел на него, но в его глазах не было и намека на улыбку.
— Я еще подумаю.
С этими словами он поднялся и вышел из комнаты.
Чжу Наньюй встал и бросил вслед:
— До свидания, генеральный директор Хо.
Однако голос его звучал механически, а тело напрочь оцепенело.
Хо Юньсяо ничего не ответил и не обернулся, лишь лениво взмахнул рукой.
Что значит «я еще подумаю»?
Чжу Наньюю доводилось сталкиваться с подобными заказчиками, но то, что обычно звучало из их уст, казалось, имело совсем не тот смысл, что слова Хо Юньсяо.
Неужели всё дело в нем?
Поэтому ему нужно подумать?
Чжу Наньюй виновато посмотрел на Син Гуаньюня:
— Председатель, я всё испортил?
Син Гуаньюнь на вид выглядел вполне оптимистично. Не став расспрашивать об их конкретных взаимоотношениях, он лишь успокоил его:
— Нет, не переживай.
— Правда?
— Правда.
И почему это Син Гуаньюнь был так безмятежен, словно совершенно не опасался отказа Хо Юньсяо? Разве не он должен был волноваться сильнее всех?
Но, подумав немного, Чжу Наньюй понял: оба они не могли потерять самообладание одновременно, иначе это лишь усилило бы тревогу друг друга.
Расплатившись по счету, Чжу Наньюй уныло поплелся следом за Син Гуаньюнем, все еще не в силах оправиться от неожиданности недавней встречи с Хо Юньсяо.
— Менеджер Чжу, здравствуйте.
Сквозь пелену мыслей расслышав чей-то зов, Чжу Наньюй поднял голову: перед ним стоял молодой человек в деловом костюме.
— Здравствуйте, вы что-то хотели?
Мужчина чуть отступил в сторону и сделал приглашающий жест. Проследив за движением его руки, Чжу Наньюй заметил неподалеку припаркованный серебристый Майбах.
?
— Менеджер Чжу, наш генеральный директор желает побеседовать с вами с глазу на глаз, прошу вас.
Поговорить с глазу на глаз? Судя по манере молодого человека, возражения не принимались — впрочем, Хо Юньсяо прекрасно знал, что он и не станет отказываться.
http://bllate.org/book/31214/3805384
Готово:
