Двое покинули корпус общежития для сотрудников, столовой и администрации и направились к стационару.
В тот самый момент, когда они уже собирались войти внутрь, откуда-то сверху рухнула тень!
Господин И только поднял голову, как вдруг ощутил мощный толчок — Фэй Лянь без малейших колебаний оттолкнул его в сторону.
Раздался глухой стук, и черная тень со страшной силой обрушилась на правое плечо Фэй Ляня, разлетевшись на мелкие кусочки. Лишь теперь господин И разглядел, что это был тяжелый цветочный горшок с землей и растением.
Если бы он упал прямо на голову господину И, тот либо погиб бы на месте, либо остался калекой!
Господин И произнес: — Эй, ты...
Он не успел договорить второе слово, как Фэй Лянь стряхнул с плеча обломки на землю и бросился вперед.
Чтобы пациенты не пытались покончить с собой, начиная со второго этажа на окнах стационара были установлены железные решетки. Вмиг превратившись в размытый силуэт, Фэй Лянь оттолкнулся от кондиционера на первом этаже и взмыл прямо к решеткам второго, а затем, словно проворный леопард, стремительно полез наверх!
Господин И молча закрыл рот, коснулся пальцем губ и запрокинул голову, наблюдая за ним.
Фэй Лянь двигался по стене так легко, будто перед ним не было никаких препятствий, и всего за несколько десятков секунд взметнулся на четвертый этаж.
Именно там находился единственный поврежденный участок решетки — цветочный горшок явно выпал оттуда.
Господин И легко улыбнулся и шагнул внутрь стационара.
Спустя несколько минут господин И поднялся на четвертый этаж на лифте и неспешно зашагал по коридору, опираясь на свою трость.
В палате уже толпился народ: кроме двух медработников, все были в больничных пижамах. Вокруг валялись книги, тетради и ручки — судя по всему, незадолго до этого здесь проводились какие-то занятия. Но теперь пациенты испуганно жались по углам, во все глаза глядя на Фэй Ляня.
Фэй Лянь с холодным выражением лица окинул каждого суровым взглядом. Очевидно, добравшись сюда первым, он уже представился и устроил допрос.
Господин И подошел и поинтересовался: — Плечо в порядке?
Фэй Лянь ответил: — В порядке.
Пожалуй, эти два коротких вопроса немного разрядили обстановку, и одна из дежурных медсестер набралась храбрости заговорить.
Со слезами на глазах и дрожью в голосе она осторожно произнесла: — Мы правда ничего не заметили... Здесь лежат только пациенты с тревожными расстройствами и депрессией, они никак не могли попытаться напасть на кого-то.
Но Фэй Лянь уже перевел взгляд на господина И, и ледяное выражение на его лице мгновенно сменилось растерянностью. С легким досадованием он произнес: — Господин, найти его не удалось.
Господин И улыбнулся, протянул руку, взял со стола стеклянный стакан и рассеянно покрутил его в пальцах, после чего произнес: — Вообще-то меня мало волнует, кто из вас жаждет моей смерти, потому что, если честно...
На полуслове он вдруг со злостью швырнул стакан оземь!
Раздался оглушительный звон, стакан разлетелся на мелкие осколки, и все присутствующие от неожиданности вздрогнули.
Тогда господин И снова пришел в движение: он неторопливо подошел к одной из пациенток и заговорил: — Пусть я не слишком силен в медицине, но психиатрические препараты имеют свойство сильно замедлять реакцию... Скажи-ка мне, почему ты самовольно перестала принимать лекарства?
Все взгляды мгновенно устремились на нее.
Та самая пациентка, что испугалась первой — и чья реакция явно не была замедленной, — подняла голову, явив взору довольно миловидное, но до ужаса исхудавшее лицо; казалось, легкий порыв ветра мог унести ее прочь. Голос ее тоже звучал мягко: — Это не я.
Столшись с такой хрупкой девушкой, господин И, похоже, даже проявил некое подобие терпения. Он присел перед ней на корточки и с улыбкой произнес: — Я видел тебя, Директор Чжу лично кормил тебя с ложечки. Тогда твое состояние казалось тяжелым, но сейчас ты выглядишь вполне сносно.
На груди больничной пижамы девушки висел бейдж с именем: Сюй Манман. Ее пустой взгляд был устремлен куда-то мимо господина И. Помолчав немного, она произнесла: — Но это сделала не я. Это мисс Линь. Вы ей приглянулись.
Стоило ей это произнести, как обе перепуганные медсестры попятились назад и судорожно зажали рты ладонями. Сами же пациенты остались совершенно невозмутимы.
Господин И оглядел комнату и с неподдельным любопытством спросил: — Ого, судя по всему, вы все знаете некую мисс Линь?
Пациентка по имени Сюй Манман ответила: — Мы все знаем мисс Линь. Те, кто лежит здесь слишком долго, те, кому опостылела эта больница, — все слышали эту историю и все до ужаса боятся однажды точно так же оказаться привязанными к койке без возможности пошевелиться.
Господин И уточнил: — Ты намекаешь, что врачи угрожают вам?
— Я ни на что не намекаю, — мягко промолвила Сюй Манман, сидя на кровати. — Мисс Линь всегда здесь. Она не видит вас, но очень хочет заполучить, поэтому она и столкнула горшок.
Фэй Лянь холодно бросил: — Я не говорил, что это был цветочный горшок. Откуда тебе знать?
Сюй Манман улыбнулась: — Что-то, что может упасть из окна и так сильно вас разозлить, должно быть очень тяжелым. Я подумала про горшок, и оказалось угадала. Мисс Линь ведь всего лишь хрупкая девочка, ей не под силу справиться с чем-то более массивным, это естественно.
Фэй Лянь хотел было возразить, но, подумав, что имеет дело с душевнобольной, решил поберечь силы.
Господин И поступил куда проще. Выслушав ее, он с готовностью заявил: — Мисс Линь хочет со мной встретиться? Что ж, прекрасно, я как раз ее ищу. Пойдемте, проводите нас в палату 2010.
Сюй Манман лишь загадочно улыбнулась в ответ, но стоявшая рядом медсестра набралась смелости выступить вперед: — Простите, господин, мисс Сюй — пациентка клиники, мы не можем позволить ей участвовать в мероприятиях, способных травмировать ее психику.
Тогда господин И не стал настаивать и бросил: — Что ж, в таком случае вам лучше получше присматривать за больными. В конце концов, кто знает, затесалась ли среди них настоящая мисс Линь, или же кто-то лишь притворяется ею.
Господин И вместе с Фэй Лянем вошел в лифт.
Фэй Лянь был слегка раздражен и, нахмурившись, произнес: — Прошу вас, господин, прекратите рисковать. Хотите осмотреть палату 2010 — ради бога, я зайду туда первый и всё вам сфотографирую.
Господин И витал где-то в облаках, делая вид, что вовсе его не слышит, и неподвижно застыл, обеими руками опираясь на трость.
Фэй Лянь продолжил: — И еще: ждите здесь, я пойду позову отряд для оцепления территории.
Господин И принялся изучать взглядом потолок лифта.
Фэй Лянь не выдержал: — Не прикидывайтесь глухим!
Господин И поднял руку, почесал за ухом и небрежно бросил: — Ладно-ладно, жена сказала — значит, так тому и быть.
— ... — процедил Фэй Лянь. — Господин, я ваш телохранитель и агент первого уровня, огромная просьба не использовать всякие странные прозвища в мой адрес.
— Ох, господин телохранитель~ — с лучезарной улыбкой протянул господин И. — Только что молодой господин спас мне жизнь ценой собственной, и эта скромная служанка так растрогалась, что решила отплатить за спасение собственной рукой и сердцем! Именно поэтому я повышаю тебя до статуса жены и великодушно разрешаю совершать столь глупые поступки, как спугивание добычи, и даже контролировать мои перемещения, что явно выходит за рамки служебных полномочий. Конечно, если ты решишь силой помешать мне продолжить расследование, я гарантирую, что не стану доносить на тебя в полицию, чтобы тебя посадили. Муж и жена — птицы одной стаи, ахаха.
Фэй Ляню безумно хотелось врезать этому человеку по лицу.
Спустя пару минут они стояли у двери палаты 2010, и Фэй Лянь срывал с нее бумажную печать.
В нос тут же ударил запах пыли — это красноречиво свидетельствовало о том, что комнатой и вправду много лет никто не пользовался.
Фэй Лянь обменялся взглядом с господином И, а затем с размаху пнул дверь ногой — та с грохотом распахнулась.
Палата 2010 ничем не отличалась от остальных двухместных палат, за исключением того, что обстановка в ней застряла где-то десятилетием в прошлом. Две больничные койки выглядели донельзя ветхими, на них не было никакого постельного белья — судя по всему, матрасы и простыни унесли отсюда давным-давно. Тяжелые портьеры наглухо закрывали окна, не позволяя лучам солнца пробиться в этот сумрачный, леденящий душу мрак. Кроме того, здесь стояла тумба без телевизора, две прикроватные тумбочки с широко распахнутыми ящиками и небольшой откидной столик, валявшийся на полу под косым углом.
Стоило двери открыться, как ожидаемого Фэй Лянем облака пыли не взметнулось — внутри было на удивление чисто.
Особое внимание привлекало стоявшее посреди комнаты кресло, явно не самое обычное: от подлокотников до ножек оно было усечено ремнями для фиксации. Это было медицинское кресло, предназначенное для усмирения буйных пациентов.
Кресло сияло чистотой, создавалось полное впечатление, будто им пользуются до сих пор.
В палате царила зловещая, пробирающая до мурашек тишина. Шагнув вперед, Фэй Лянь первым делом сфотографировал всю обстановку, после чего оглянулся назад.
Господин И ухитрился зайти следом и теперь присел на корточки перед лечебным креслом, с неподдельным интересом разглядывая ремни. Пощелкав пряжками туда-сюда, он задумчиво произнес: — Любопытно. Судя по этому размеру и степени затяжки, по-твоему, оно подошло бы несовершеннолетней мисс Линь?
Фэй Лянь ответил: — Не подошло бы.
— Значит, это кресло предназначалось для соседтки мисс Линь по палате тех лет? — с улыбкой предположил господин И. — Или же для кого-то совсем другого?
Едва он договорил, как потолочный светильник в комнате пару раз моргнул и резко погас.
В тот же миг одна из больничных коек издала противный, скрипучий звук: гак-гак-гак.
Фэй Лянь среагировал мгновенно: заслонив собой господина И, он резко обернулся к выходу. Из коридора сквозняком с грохотом захлопнуло дверь, которая тут же с силой отлетела обратно от упругого удара.
В дверном проеме вырос силуэт ростом чуть больше метра, освещенный контровым светом — он молча стоял и смотрел на двух мужчин в комнате.
Лампа снова замигала, и Фэй Лянь сурово бросил: — Кто здесь?
Позади него господин И огляделся по сторонам, а затем преспокойно направился к окну и раздернул шторы.
С громким шорохом солнечный свет хлынул прямо в комнату, в мгновение ока преобразив мрачное помещение.
Стоявшая в проеме фигура обрела вполне конкретные очертания: это оказался тот самый аутичный мальчик по имени Лэдэ из кабинета директора.
Господин И протянул руку и дружески хлопнул Фэй Ляня по плечу: — Расслабься, товарищ, в этом мире нет никакой мистики и нечистой силы, нужно верить в материализм.
Фэй Лянь: — ...
Господин И подошел к Лэдэ, некоторое время понаблюдал за ним и пришел к выводу: — Он по-прежнему явно не намерен обращать на нас внимания.
Аутизм, полная изоляция от внешнего мира — ничто не могло привлечь его внимание.
Тогда господин И решил развлечься сам: он взял мальчика за руку и произнес: — Пойдем, вернем тебя в кабинет директора.
Фэй Ляню оставалось лишь вздохнуть: — Господин, подождите секунду, я сделаю еще несколько кадров для отчета, и пойдем вместе.
Продолжая снимать палату, Фэй Лянь сделал еще несколько кадров фиксирующего кресла с разных ракурсов, после чего быстрым шагом догнал их.
По дороге к кабинету директора они вновь столкнулись с той самой группой пациентов, страдающих тревожностью и депрессией.
Сюй Манман шла позади всех. Ее тонкая, изящная фигурка напоминала побег молодого бамбука; обернувшись на ходу, она одарила их едва заметной улыбкой — правда, казалось, будто она смотрит на кого-то невидимого прямо за спиной у господина И.
Не успел господин И отреагировать, как шедший за руку с ним мальчик внезапно поднял голову и посмотрел на нее.
Лэдэ произнес: — Пока.
Господин И изумленно уставился на ребенка: — Ты заговорил? Ты ответил ей? Почему ты не отвечаешь мне?!
Но Лэдэ вновь погрузился в себя, полностью отгородившись от окружающего мира.
Господин И: — ...
Наблюдая за этой сценой, Фэй Лянь внезапно осознал одну простую истину: оказывается, самый надежный способ спастись от безумных выходок господина И — это впасть в аутизм?!
http://bllate.org/book/31199/3802738
Готово:
